Всей нечисти Нечисть...
Шрифт:
– - Да, сейчас!
– - засуетился Борзеевич, отворачиваясь, чтобы Манька не обижалась, что он за нею подсматривает.
Манька подобрала меч, посох и лук, брошенные ею, когда она кинулась в снег, подобрала рюкзак, оставленный Борзеевичем. Достала ключ дракона и, не переставая реветь, побрела в ту сторону, куда вели следы Борзеевича. Борзеевич уже воткнул ветку неугасимого полена в землю, набрал в котелок снегу и приказал ему вскипятить себя, снял с себя полушубок накинув ей на плечи. Он рылся в рюкзаках, доставая одежду, какая
– - Город будет стоять в одном месте, а видеть его будут в другом, -- всхлипывая, прошептала Манька.
– - Все жители города будут мертвы, но все они будут живы, -- ей стало еще обиднее.
– - И будет город охранять дракон, который его не увидит, пока охраняет...
– - Манька зарыдала во весь голос.
– - И куда я сейчас такая голая? И придет человек в город, где его нет, и будет там, где город... Загадает человек одно желание, а выполнены будут три... И умрет человек, и будет жив...
– - Маня, накинь полушубок. Волосы ведь отрастут!
– - успокоил ее Борзеевич.
– - А брови, а ресницы?
– - Манька заплакала еще горше, понимая, что и они отрастут.
– - Если человек возьмет сокровища, то умрет, но будет жив... Если человек возьмет лампу и загадает три желания, не получит ни одного...
– - Брось, Манька, разгадаем, чаю попей, реви не реви, а одежки не воротишь...
– - проблеял Борзеевич и тоже всхлипнул.
– - Будем греться по очереди, дойдем как-нибудь... Брось ты его, успеем... Чтобы нас поймать, Горынычу теперь надо вокруг гор обежать и еще раз по всем горам проползти. У нас как минимум две недели...
– - А ну как вампирам достанется? Тут немного осталось, всего пять... Тут и про нас есть... Вот, смотри, человек лежит, а над ним еще человек, и город рушиться... И рухнет город, если человек пожалеет человека, а не город... И еще -- обломки ключа и мертвый Дракон... Дракон умрет, когда будет сломан ключ... Еще три... Борзеевич, а живой воды у нас больше нет?
– - Манька вдруг вспомнила, что бутыль из под живой воды осталась лежать на снегу.
– - Нет, Маня... Я так испугался...
– - запинываясь, дрожащим голосом тихо признался Борзеевич.
– - У нас теперь только твой меч, посох и лук без стрел... Десять штук на развод только. Я тут носочки шерстяные приберег...
Манька достала из рюкзака два комплекта нательного белья, один теплый, другой простой, и натянула на себя оба. К счастью, там еще оставалась женская рубашка, подаренная лесными за десятой горой и теплые колготки, купленные Борзеевичем ей в подарок на свою зарплату в одном из магазинчиков, мимо которых проходили. Ветка неугасимого поленьего дерева горела, как стог соломы, она немного согрелась.
Дьявол появился прямо перед ними со свертком в руках. В пределах разумного лицо его было веселым.
– - И нечего, Маня, было убиваться! Я же обещал...
– - он развернул праздничную упаковку, перевязанную ленточкой, и вынул плащ, почти такой же, как у себя. Только
Борзеевич открыл рот, не веря своим глазам, с восхищением, щупая его. Манька отказывалась верить вовсе. Затаив дыхание, она одела на себя плащ, жалея только о том, что зеркальце было маленьким.
– - Ух ты!
– - восхищенно отозвался Борзеевич, обойдя Маньку.
– - Таких красавиц еще поискать! Вот волосики отрастут... бровки, реснички...
– - Ну что ты на больную мозоль наступаешь? Полей живой водой, делов-то!
– - осерчал Дьявол.
Вид и у Маньки, и у Борзеевича сразу стал виноватым.
– - Так нету... Нету! Я воду на Маню вылил, когда она горела!
– - признался Борзеевич, разведя руками.
– - Чтобы ей сделалось, железная она! Видал, как снег закипел? Это она остужалась!
– - накричал на него Дьявол.
– - А против оборотней как? Если покусают? А как вы стрелы нарастить сумеете теперь за сутки?!
– - Оборотни?
– - помрачнел Борзеевич, обернувшись к Маньке и обнаружив, что она не удивилась.
– - Так если оборотни за нами в погоню кинулись, то пять дней назад уже... Пять дней назад полнолуние началось!
– - Я еще в пещере знала. Не до них было!
– - вспомнила она.
– - Тут нигде не укрыться, -- сказала Манька, расстроившись.
– - Если только спуститься и найти укрытие с узким проходом. Но если их много...
– - Взорвут. Это не драконы. Вряд ли они без динамита, а днем они могут обернуться в человека. И оружие у них будет. Много их, Дьявол?
– - Их в половину меньше, чем в прошлый раз, но больше и не надо. Нападать будут и спереди и сзади. А вам их бить, я так понимаю, нечем... На расстоянии. Вблизи отбить полторы тысячи оборотней -- нереально!
– - Если бы мы добрались до Вершины Мира... На нее можно взобраться только одним путем, место там узкое, -- предложил Борзеевич.
– - Но без живой воды, нам вряд ли удастся бежать с оборотнями наперегонки...
– - В любом случае, нам надо бежать, -- сказала Манька обеспокоено.
– - Если мы будем ждать здесь и проливать слезы, мы значительно облегчим задачу оборотням! А так мы поживем немного... Далеко они?
– - Сутки пути, -- сказал Дьявол.
– - Значит, поживем, Борзеевич, еще сутки. Эх, жалко, не успею избам показать такую красоту, -- Манька повертелась, заглядывая через плечо, чтобы рассмотреть на спине вышитое дерево. В плаще было тепло, и ветер не чувствовался. Он был почти до полу, и закрывал ноги. Она перекинула через голову лук, меч и посох, скрепленные вместе.
– - Меньше, -- посочувствовал Дьявол.
– - Вы не спали два дня, вам все равно надо будет отдохнуть. А оборотни в полнолуние могут бежать и день, и ночь. Двух часов на отдых им достаточно.