Всем спасибо
Шрифт:
Нюанс бисексуального ролика заключается в том, что все, находящиеся в кадре, взаимодействуют вне зависимости от пола. То есть, трахнув девочку, придется трахнуть и мальчика. С девочкой приятель оказался на высоте, а вот в юношеском анальном отверстии его член постоянно клонило к стыдливому сну, поэтому в процессе гомосексуального акта он постоянно «сосался» с девочкой и наминал её груди.
В целом получилось хорошо, и на моего приятеля до сих пор дрочат в определенных уголках мировой сети. Он, так же, очень понравился модели-мальчику, из-за чего, впоследствии, некоторое время отбивался от его ухаживаний.
Естественно,
Другой тип желающих развлечь себя порносъемками — «наблюдатели».
Один из них, очень известный петербургский бизнесмен, банкир и гомосексуал, вышел на меня через одного из моих «мальчиков». Он позвонил мне и представился своим глубоким, известным широкой публике сопрано. Я слегка прихуел. Не каждый день мне звонят люди, которых я часто наблюдаю по телевизору и в заголовках деловой прессы. Вопрос «чем могу?» решился вежливой просьбой поприсутствовать на съемках. Его возбуждала возможность подрочить на такое шоу, и он готов был её щедро оплатить.
Это звучало логично, ведь такой услуги, как порнографическое peep-show, в России не существует, а потенциального потребителя — хоть отбавляй. И все же мне пришлось отказать, поскольку я опасался того, что за ним последует целая череда любителей «порноцирка». Это выбило бы из колеи большинство моделей, и сорвало бы любой съемочный процесс.
Он, слава богу, все понял и не настаивал. Люди такого уровня теоретически могли в отместку доставить мне массу неприятностей. Лучше и не начинать.
Единственное исключение из правил я сделал для одного известного юриста. Он долго и настойчиво ныл, но я был непреклонен. А потом мне пришел заказ на съемки в офисном интерьере, и юрист радостно предложил свои многочисленные офисы «но бартеру» — мы снимаем, он тихо смотрит. Кроме того, я был уверен, что за ним не потянется никакой бомонд. Я накинул моделям из сэкономленного на аренде, и все остались довольны.
На этих съемках, кстати, произошел очень показательный случай, характеризующий атмосферу и отношения в мире порно. Мы заканчивали снимать бисексуальный сюжет. Девочка стояла на столе в классической позе «догги-стайл», и в ней дислоцировалось три члена — во всех доступных местах. В перерыве между дублями зазвонил её «сотовый». Чтобы не портить мизансцены, слезая со всех трех хуев, она потянулась за трубкой и, вынув член изо рта, выдала следующее:
— Да, котик? Нет, солнышко еще занято. А ты уже подъехал? Ну, подожди немного — солнышко выбежит минуток через двадцать. Да, котик, я тоже тебя люблю. Чмаки-чмаки.
И котик послушно стоял перед подъездом, ожидая, пока его солнышко дожарят в три болта. Я потом спросил у девочки, хватает ли её на секс после съемок? «Конечно! На съемках же не секс».
О чем я Вам и толкую.
2004 год
Взлеты и падения, или «никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь». Любовь к Шапке. Полнометражка и спермоснайпер. Санитарно-гигиенические будни. Дед Юра. От первого лица.
Этот год стал апогеем всего. Я фактически
Я расслабился и начал тратить бабло, которое, к тому моменту, лежало в считавшемся очень лояльным и надежным латвийском банке. Почти весь 2004-й год я жил за границей, проводя мало времени в России. Кипр, Джерба, Прага, Таиланд — основная география похождений. Подражая западным контентщикам, я докупил к своему автопарку «тусовый автобус» Dodge Ram, с кроватями, телевизорами и прочими прибамбасами, чтобы компанией ездить на пляжи и в клубы. А вот Lexus пришлось продать, потому что все принимали меня за водителя, а не за владельца, поскольку машины я любил, а шмотки — не очень.
Пол-года я встречался с молоденькой поп-звездой, миллионершей и вдовой олигарха в одном лице. Причем, это были серьезные отношения, а не дань имиджу или деньгам. Как-то естественно я перестал ходить в дешевые магазины, питался исключительно в ресторанах, начал покупать безумно дорогие безделушки и впервые почувствовал себя миллионером, тратя в год больше миллиона долларов на всякую хуйню. В общем, я обзавелся массой атрибутов богатой жизни, но VIP-персоной так и не стал. Несмотря на обладание картами всех фешенебельных клубов и тусовок Петербурга, посещать их было откровенно не интересно. Была мысль прикупить катер, но до дела так и не дошло.
В целом масштабы происходящего поражали даже мое воображение. Огромные деньги вливались в огромные порнопроекты. Причем, инвестиции начали приходить уже со стороны других отраслей бизнеса. В деле появлялись газовые, нефтяные и телекоммуникационные капиталы. Хотя никто не задавал вопросов, но всем было ясно, откуда могли появляться столь значительные суммы. И если раньше авмы открывали сайты раз в три месяца, то теперь они запускали их по двадцать за раз.
Наравне с расширением, во всех кастах бешеными темпами росла конкуренция. Стало очевидно, что это — крупный бизнес, подобный промышленности. Через лояльные к порноденьгам платежные системы проходили сотни миллионов долларов ежемесячно.
Вместе с конкуренцией поднял голову и креатив. Контент стал разнообразней, охватывая все большее количество подниш, о которых раньше и слыхом не слыхивали. Например, появились сайты, посвященные похищениям и изнасилованиям невест, тюремной жизни и т.п., в которые раньше не стал бы вкладываться даже самый рисковый авм или инвестор. Бешеной популярностью в США пользовался тематический сайт «Иракские солдаты насилуют белых женщин». До «расцвета» в такую откровенно политизированную поднишу никто бы и не сунулся. Теперь же модели с Кавказа и местные парни, закутанные в бурнусы и обвешанные муляжами АК-47, исправно изображали групповые бесчинства над неизвестно откуда взявшимися в интерьерах разрушенного Багдада (старые заводы под Петербургом) блондинками европейского происхождения. Атмосфера жары и пустыни достигалась желтыми фильтрами.