Всем сердцем
Шрифт:
Теперь у Джошуа было только одно желание – как можно скорее добраться, до невесты и заключить ее в объятия. Сосредоточившись мыслями на Анне, он погнал Плато к поместью Грейстоун.
– Вам придется подождать здесь, – сказал лорд Тимберлейк леди Стокфорд и Харрингтону. – Мы не можем допустить столпотворения в комнате Озуалд.
Его дрожащий голос отозвался эхом в просторном парадном холле. Изящные белые кресла и приятные пейзажи на стенах тонули в вечерних сумерках. Огромная лестница казалась призрачной и словно парила в воздухе,
Анна сдержала дрожь.
– Нас только четверо, – сказала она. – К тому же Харрингтон может подождать за дверью спальни.
– Я совершенно согласна, – подхватила леди Стокфорд. – Вам понадобится помощь в уходе за больной женщиной.
– Я немного разбираюсь в медицине, – добавил Харрингтон, – и могу осмотреть ее повреждения.
Но лорд Тимберлейк решительно покачал головой.
– Мой врач, наверное, уже наверху. И потом, Озуалд не любит незнакомых людей. Я не хочу ее расстраивать. Ей и так сейчас несладко.
Говоря это, он взволнованно расхаживал по холлу, и сердце Анны дрогнуло от жалости. Она тронула леди Стокфорд за руку.
– Со мной ничего не случится, поверьте. Здесь нет никакой опасности.
Вдова хмуро сдвинула брови и переглянулась с Анной. Этими взглядами они напомнили друг другу о том, что виновник всех неприятностей – Фирт, и что в этом доме им бояться нечего. Леди Стокфорд тряхнула головой:
– Ну ладно, ступай. Если понадобится помощь, позовешь. А я пока поищу кого-нибудь из прислуги и попрошу чашку чаю.
– Идите на кухню, – сказал Тимберлейк, слабым взмахом руки указав на заднюю часть дома. – Мисс Невилл, давайте поторопимся. Я ужасно волнуюсь.
Он ухватился за перила и начал подниматься по лестнице. Анна последовала за ним. Харрингтон встал на часах у парадной двери, а леди Стокфорд подошла к гостиной.
Тимберлейк украдкой взглянул на них сверху.
– Слава Богу, что вы приехали, – пробормотал он. – Даже не знаю, что бы я делал, если бы вы отказались. Это единственный способ…
– Единственный способ?
Он растерянно заморгал.
– Э… я хотел сказать, что единственный способ быстро добраться до спальни Озуалд – это пойти тем путем, который я вам сейчас покажу.
На верхней площадке лестницы он дотронулся до панельной обшивки коридорной стены, и перед ними распахнулась потайная дверь, за которой скрывалась лестница для прислуги.
В узкой шахте было темно. Свет проникал сюда лишь из далекого слухового окна, расположенного над их головами. Тимберлейк поспешил наверх по деревянным ступенькам. Анна не отставала, хоть у нее кололо в боку от быстрой ходьбы.
– Каким образом миссис Озуалд поднялась на служебный этаж, если она получила, серьезные травмы? – спросила она.
– Ее отнес Дэвид, – ответил Тимберлейк. Его голос звучал глухо как из бочки. – Он остался у ее постели. Озуалд пришла к нам работать, когда Дэвид был еще маленьким. Не знаю, что он будет делать,
Он достал из кармана фляжку, откупорил ее и стал пить, запрокинув голову. Рука его дрожала, и несколько капель пролилось на подбородок, но он, похоже, этого не заметил.
Анна прониклась сочувствием. В отличие от Эдвина, который напивался до беспамятства исключительно из-за своей слабохарактерности, лорд Тимберлейк прибегал к спиртному как к спасению от тоски. Он пережил смерть дочери. Какой бы плохой ни была Лили, ему ее очень не хватало. А теперь еще новая напасть – слегла его любимая экономка.
– Насколько серьезно пострадала миссис Озуалд?
– Что? А! Она ударилась головой и, кажется, сломала руку. Я не совсем уверен…
Он начал закручивать пробку, но она выскользнула из его неловких пальцев, поскакала вниз по ступенькам и исчезла в темноте. Тимберлейк даже не остановился, и вскоре они поднялись на самый верхний этаж. По обе стороны от двери тянулся узкий коридор. Барон огляделся, схватил Анну за руку и потащил налево.
– Скорее, мисс Невилл! Мы почти пришли.
Его пальцы были холодными и влажными. Анна пыталась понять, отчего он так нервничает. Конечно, ему, как хозяину дома, было немного не по себе в помещении, предназначенном для прислуги. И потом, он так трогательно беспокоился за свою экономку!
Они прошли ряд закрытых дверей и остановились в самом конце коридора, перед последней комнатой. Тимберлейк сунул в карман открытую фляжку, достал ключ и завозился с замком.
Анна почувствовала смутную тревогу.
– Не понимаю. Почему ее спальня заперта?
– Озуалд любит сидеть взаперти, – пробормотал Тимберлейк. – Она у нас со странностями. Пойдем, моя девочка.
Он повернул ручку и открыл дверь – толстую дубовую панель, как заметила Анна. В коридор пролился мягкий золотистый свет. Анна вытянула шею и с удивлением увидела просторную, богато обставленную комнату.
На столах и каминной полке мерцало множество свечей. Розы, стоявшие в вазах, наполняли воздух божественным ароматом. В углу виднелась большая кровать, закрытая голубым бархатным балдахином.
Лорд Тимберлейк не пожалел денег, чтобы создать уют для миссис Озуалд. Интересно почему? Неужели ворчливая экономка была его любовницей? Если так, тогда понятно, почему он сильно расстроился из-за ее болезни.
Анна отбросила свои догадки и решительно вошла в комнату вслед за Тимберлейком. В конце концов, она здесь для того, чтобы помочь бедной женщине.
Джошуа сжал в руке пистолет и без стука вошел в дом Тимберлейка, даже не придержав массивную дверь. Через несколько секунд, когда его глаза привыкли к тусклому свету парадного холла, он услышал шаркающие шаги и обернулся на звук. Из гостиной вышла бабушка. За ее спиной маячил Гарри.