Всем сердцем
Шрифт:
– Мне очень жаль, – сухо обронил Джошуа.
Он собирался расспросить Эдвина о других его долгах, но их разговор уже привлек внимание некоторых картежников, и продолжать его в такой обстановке было бы крайне неразумно.
– Я хочу повидаться со своей кузиной, – заявил Эдвин, еле ворочая языком. – Надо сказать ей, чтобы держалась от тебя подальше.
– Какое совпадение! – усмехнулся Джошуа. – Я дал ей точно такой же совет в отношении тебя.
– В отличие от тебя я не убийца.
Кеньон угрожающе
– Думай, что говоришь, парень.
Но Эдвин был слишком пьян и не мог остановиться.
– Ты убил дочь Тимберлейка… Не помню, как ее звали – то ли Лайлак, то ли Лили. А теперь ты ухлестываешь за моей кузиной. Хоть Анна и порядочная стерва, но я не позволю тебе прибрать к рукам денежки моего отца…
Джошуа размахнулся и со всей силы ударил Эдвина кулаком в лицо. Тот свалился на пол, точно сломанная марионетка. Из его носа, потекла кровь.
В комнате поднялся шум. Какая-то дама закричала.
Брэнд схватил друга за плечо.
– Он не заслуживает твоих тумаков, приятель.
Джошуа промолчал. Брэнд не знал, что Эдвин мог быть тем негодяем, который прятался в кустах во время дуэли, а потом выстрелил в Анну.
Внезапно в его затуманенной гневом голове зашевелилась странная мысль. Почему Эдвин защищал Анну? Ведь в случае ее смерти наследство его отца перешло бы к нему. Казалось бы, он должен был поощрять ухаживания Джошуа. Или он нарочно глумился над Кеньоном в комнате, полной свидетелей? Может быть, таким образом, он хотел заранее отвести от себя все подозрения?
Джошуа похолодел. Интересно, знал ли этот пьяный подонок, что Анна здесь, на балу? Что она танцует в зале под присмотром его бабушки?
Эдвин жалобно застонал, кое-как достал из кармана платок и вытер разбитый нос. Казалось, этот несчастный не способен обидеть и мухи, но Джошуа не собирался его отпускать.
Схватив Эдвина за шиворот, он рывком доставил его на ноги и потащил к выходу из гостиной. Брэнд шатал рядом. Титулованные гости расступались, испуганно перешептываясь между собой.
Джошуа мысленно усмехнулся, вспомнив свое желание незаметно влиться в толпу.
Эдвин дернулся, пытаясь освободиться.
– Куда ты меня ведешь? – жалобно пропищал он. – Отпусти!
– Всему свое время.
Мраморный коридор освещался свечами, которые были установлены в канделябрах, сделанных в форме морских раковин. Звуки их шагов смешивались с возбужденными голосами гостей, высыпавших из комнат, чтобы поглазеть на этот спектакль.
– Помогите! – проблеял Эдвин, но никто не откликнулся на его зов. Тогда он в страхе взглянул на Брэнда. – Он спятил, Фейвершем! Если он меня убьет, ты не получишь свои деньги.
Губы графа скривились в мрачной усмешке.
– С удовольствием посмотрю, как ты будешь умирать. Ради такого зрелища не жалко пяти тысяч.
– А
Джентльмены и дамы недоуменно жались к стенам и что-то тихо бормотали. Из зала долетали аккорды веселой мелодии. Джошуа был преисполнен решимости и не обращал внимания на ошарашенных зрителей.
Заметив его приближение, лакей поспешно открыл дверь. В холл ворвался холодный ночной ветер, свечи замерцали.
В этот момент раздался пронзительный женский возглас:
– Что вы делаете, джентльмены? Вы испортите мне бал!
К ним торопливо шла миссис Дороти Англтон, одетая в пышное белое платье, которое больше подходило юной дебютантке, чем костлявой уродине средних лет. Тучный краснолицый муж миссис Англтон семенил за ней, точно дрессированный мопс. Глядя на него, было трудно представить, что он богатый купец, заработавший состояние на каменном угле.
– Сделай же что-нибудь, Фредди! – приказала миссис Англтон супругу. – Скажи им, чтобы они немедленно отпустили мистера Беллингема.
Мистер Англтон прочистил горло.
– Послушайте, отпустите беднягу!
– Как скажете, – отозвался Джошуа и убрал руку с воротника Эдвина, с силой отпихнув его от себя.
Эдвин вылетел на крыльцо, наткнулся на колонну и вцепился в нее, чтобы не упасть. В его мутном взгляде читалась неприкрытая злоба.
– Я еще поквитаюсь с тобой, Кеньон!
Не удостоив его ответом, Джошуа захлопнул дверь и обернулся к хозяевам дома, за которыми маячила толпа возмущенных гостей.
Но Брэнд решил сам замять скандал. Несмотря на свою дурную репутацию, он умел очаровывать даже самых неприступных женщин.
– Мы искренне извиняемся за причиненное беспокойство, – сказал он, взяв за руки миссис Англтон. – Этот парень был пьян, и мы хотели избавить вас от его хамских выходок.
Миссис Англтон выглядела растерянной.
– И это все? – спросила она. – В зал вбежал кто-то из гостей и сказал, что в доме драка. К тому же я видела кровь на лице мистера Беллингема.
– Он оскорбил даму, – сухо произнес Джошуа.
В быстрых карих глазках миссис Англтон зажегся интерес. Остальные тоже насторожились.
– Какую даму? – спросила хозяйка бала.
Все присутствующие подались вперед, чтобы не пропустить ответ. Кеньон печально улыбнулся.
– К сожалению, я не могу назвать ее имя.
– Ах, ну да, разумеется.
На худом лице миссис Англтон появилось разочарование.
– Но я уверен, что эта тайна заставит людей говорить о вашей вечеринке в течение многих месяцев, – тихо вставил Брэнд.
– М-м-м, пожалуй. – Просияв, она взяла мужа под руку. – Мы должны поблагодарить этих двух джентльменов, правда, Фредди?