Вселенка

Лана Шорт

– Ваше Величество, приятно видеть Вас в добром здравии!
– невозмутимо ответил он.
– Поверьте, мое дело неотложной важности. Думаю, что Его Высочество Дэймион уже успел объяснить причину, по которой я сопровождаю его на сегодняшний вечер.

Эйнар помолчал, пристально разглядывая дракона, уголки его рта опустились вниз, но больше никак своего неудовольствия он не высказал. Он перевел взгляд на меня:

– Леди Фиарлес, из знаменитого рода Фиарлесов, не так ли?

Я молча присела в реверансе, вознеся в душе очередную благодарность

своему таирскому деду за то, что обучил меня этикету.

– Значит, вот с кем мой внук желает связать свою судьбу, невзирая на все предыдущие договоренности и долг чести?!

Я молчала. А что тут скажешь? Пока все произнесенное королем Энидора - правда.

Меня выручил Даронир. Он сделал шаг вперед, отвлекая на себя внимание, и, с совершенно другой, чарующе-мягкой интонацией, произнес:

– Моя леди Нивея! Рад видеть вас в добром здравии. Вы прекрасны, как всегда. Моя леди...

Что он хотел добавить, осталось неизвестным. Леди Нивея, с момента нашего появления в кабинете ее отца не сводившая с Даронира глаз, стояла молча и почти неподвижно, словно боясь пошевелиться и привлечь его внимание. Бледное лицо королевы с неярким румянцем на скулах словно застыло, как маска, и только глаза полыхали расплавленным серебром, опровергая безучастность возлюбленной Даронира.

Но, прерывая речь короля, в кабинет заглянул все тот же лорд Жерар:

– Ваше Величество, дозвольте доложить?

И, после разрешающего кивка своего сюзерена, подлетел к нему, зашептал что-то на ухо, явно прикрывшись завесой безмолвия, ибо, как я ни старалась, но даже звука из его сообщения не услышала.

Глаза Эйнара слегка расширились, он с совершенно новым интересом окинул меня взором, затем на его губах расцвела довольная усмешка.

– Зови, - кратко приказал он, когда Жерар, наконец-то, оторвался от его уха.

Энидорец низко поклонился и выскользнул из кабинета, только затем, чтобы через несколько секунд появиться вновь со словами:

– Его Величество король Денгрии - Ромир Пятый и Его Высочество Дармир!

Я забыла, что надо дышать. Бросила отчаянный взгляд на ошеломленного не менее моего Дэйма. Перевела взгляд на дверь. Отец принцессы Никиэнны, вернее - ныне мой отец, в сопровождении среднего брата уже почти вошли и начали приветливо улыбаться стоящему напротив входа королю Энидара. Взор потрясающе красивого мужчины, бывшего заодно королем Денгрии, скользнул по стоящим в кабинете, мазнул по моему лицу, устремился дальше, потом застыл и, неверяще, вернулся ко мне.

– Ники?!

Я помолчала, затем, собравшись с силами, слегка охрипшим голосом, ответила:

– Ваше Величество!

– Ну зачем же так официально, дочь!
– король быстро оправился от изумления и, по крайней мере, внешне полностью овладел собой.
– Наконец-то ты нашлась, драгоценная моя! Нельзя же так ревниво относиться к тому, что у нас с твоей мамой будет еще один ребенок, кстати, лекари обещают еще одну дочь! Пора возвращаться домой,

дорогая.

Что?! Что за чушь?!

Присутствующие удивленно смотрели на меня, очевидно пытаясь сопоставить истеричную девицу, страдающую от подростковой ревности к еще неродившейся сестре, и меня. Только Дэйм и Даронир, знающие историю моих взаимоотношений с родителями, понимающе переглянулись. Хороший ход, батюшка!

– Ваше Величество, - мой отец повернулся к королю Энидара, с большим любопытством разглядывающего меня, - мне сообщили, что моя несовершеннолетняя дочь будет сегодня на вашем празднике, поэтому я присоединился к сыну, который должен был представлять наш дом у вас на торжествах.

Король Денгрии торжествующе улыбнулся.

– Очень удачно получилось, что встреча произошла до начала самого бала. Излишняя гласность нам ни к чему. Мы с дочерью тут же отправляемся домой, - заявил Ромир и направился ко мне, чтобы тут же упереться в мгновенно вставшего передо мной Дэйма.

Его Величество Ромир недоуменно поднял красиво очерченные соболиные брови:

– Что это значит?
– обратился он, почему-то, не к Дэйму, а к его деду.

Хозяин кабинета благодушно прищурился и непререкаемым тоном произнес:

– Раз вы так удачно посетили нас, дорогой собрат, то мы с внуком просто не можем допустить, чтобы слишком скоро с вами расстаться. Прошу, - король окинул взглядом всех присутствующих, - прошу всех садиться, - повел он рукой, указывая на кресла, стулья и небольшой двухместный диван, стоявший у окна. Отказ явно не предусматривался.

Мой таирский родитель пожал плечами и опустился на ближайший стул, всем своим видом показывая, что все в полном порядке и он рад провести пару лишних минут в обществе Эйнара Третьего. Его примеру последовали все присутствующие, причем меня Дэйм утянул в сторону и помог расположиться на диванчике, в стороне от остальных.

– Значит, это Ваша дочь, Ромир?
– Эйнар оценивающе осмотрел меня с ног до головы, затем бросил нечитаемый взгляд на внука, который с решительным видом загораживал меня своим корпусом от моего отца.

Мать Дэймиона, леди Нивея, растерянно взирала на происходящее и исподтишка бросала взгляды на Даронира, но до сих пор не произнесла ни слова.

Король Бризара оценивающе оглядел всех нас и прервал наступившую на мгновение тишину негромким покашливанием, но сказать ничего не успел.

Эйнар тут же оторвался от уже начавшего тяготить разглядывания меня вдоль и поперек и задумчиво произнес:

– Значит, принцесса Никиэнна, но только не Фиарлес, а Ремул. Очаровательная девочка, - заявил он, обращаясь к моему отцу.
– И, как я понимаю, в бегах?

– Да, очаровательная, но совершенно неопытная и слегка запутавшаяся, - подхватил тот.
– Её дома ждет жених, поэтому чем быстрее мы...

– Жених?
– удивленно перебил его Эйнар, а отец Дэйма тут же издал какой-то протестующий возглас.
– И помолвка уже была?