Всего лишь каприз
Шрифт:
Энджи была довольна происходящим.
— Больно видеть, как повреждаются построенные тобой стены, а ты не имеешь физической возможности заняться их ремонтом… Если тебе это дело нравится, девочка моя, я с удовольствием научу тебя всему, что умею. И не беспокойся о доходности этого ремесла. Фермеры обожают подобные стены. Это занятие выигрышно во всех отношениях. Можно даже получать гранты на починку стен — ведь они являются частью национального достояния. Мы можем запросить любую цену за такую реставрацию, а также построить
Никки больше не сомневалась в серьезности собственных намерений. Она работала и работала, и с каждой минутой то, что она делала, нравилось ей все больше. Пока она работала, Коняшка лежал около нее. Однажды в одном из стенных проломов показался нос кролика. Хотя море было вне зоны видимости, Никки предпочитала сохранять меры предосторожности, опасливо привязав Коняшку к стулу Энджи.
— Отпусти его, — сказала Энджи.
Коняшка заливался сумасшедшим лаем, пытаясь оборвать поводок.
Она последовала ее совету, и Коняшка провел оставшуюся часть дня, гоняясь за кроликами, которых появлялось все больше и больше. Он так и не сумел поймать ни одного, но каждый раз, когда очередной пушистый зверек удирал, пес подбегал к Никки, словно желая рассказать, что именно произошло. Этим вечером Коняшка вернулся домой такой же грязный, но счастливый, какой возвращалась каждый день она.
Оказывается, у нее охотничий пес! Ей хотелось рассказать об этом Гейбу.
Но Гейба снова не было дома…
Он провел в море столько времени, что рыба начала ему сниться.
И хотя Гейб обожал свою работу, стоило признаться — последние годы он начал чувствовать некоторую усталость от бесконечных морских просторов. Джемма старела, и он проводил больше времени на суше, читая у камина и совершая недолгие пешие прогулки со своей собакой вдоль скал. Еще он любил готовить.
Когда Джемма умерла, Гейб снова поспешил в море. Теперь тяжелая работа особенно манила его. Он много работал и спал. И это занимало все его время.
Но он не сможет оставаться в море всю жизнь.
Когда уже Никки наиграется, устанет перебирать камни и вернется обратно в Сидней?
И сколько времени потребуется ему, чтобы забыть ее?
Она доделала хвосты своей работы по контракту — закрыла последнюю страницу своей жизни в качестве инженера. Теперь ей надо было съездить в Сидней, и эта часть жизни навсегда останется в прошлом. Она могла бы справиться с этой задачей за один день.
Ей не хотелось оставлять Коняшку у Генриетты. Хоть она и чудесная женщина, пес все еще начинал трястись от страха, когда видел ее.
Никки предпочла бы оставить пса с Гейбом. Но надежды на это мало — он почти не появлялся дома.
— Оставь его у меня, — предложила ей Энджи. — Моему коту это не особо понравится, но ему не помешает подобная встряска.
И Никки решила оставить Коняшку у Энджи, а сама направилась в Сидней.
В
И удалилась, не почувствовав ни малейшего сожаления.
Ей очень хотелось позвонить Гейбу и все ему рассказать.
Ну не глупо ли?
Вместо этого Никки направилась в магазин спецодежды. Там она купила пару прочных рабочих комбинезонов, резиновые перчатки, непромокаемые сапоги, защитные очки и яркий желтый жилет, чтобы надевать его во время работ вдоль дороги.
Больше в Сиднее ей нечего было делать. К трем часам дням Никки уже вернулась в Банксия-Бэй.
У Энджи Коняшка набросился на нее в неописуемом восторге.
— Он провел весь день, сидя у двери и ожидая тебя, — сказала Энджи. — Я боялась выпускать его. Мне пришлось позволить ему погоняться за котом, чтобы хоть как-то развлечься. Имей в виду, я вряд ли смогу взять Коняшку к себе в следующий раз. Боюсь, мой бедный старый кот может убежать из дома навсегда.
Никки улыбнулась. Она обняла своего пса и посадила его на заднее сиденье машины. «Надо будет задобрить кота Энджи, купив ему что-нибудь вкусное», — решила Никки. Хотя вряд ли ей придется снова оставлять Коняшку у Энджи. Кому нужен этот Сидней? Разве может женщина хотеть большего, чем есть у нее сейчас?
Гейб…
Как бы глупо это ни было, Никки хотела видеть только Гейба.
Еще не было четырех, когда машина Никки заехала во двор. Гейб стоял на веранде. По его лицу она догадалась — он вовсе не ожидал ее увидеть.
— Привет, — сказала она, постаравшись притвориться веселой.
Коняшке притворяться не потребовалось. Он в несколько прыжков подбежал к веранде и подскочил, чтобы броситься на Гейба, чуть не уронив того.
Пока пес и мужчина обнимались, Никки повернулась спиной к сладкой парочке и начала вытаскивать вещи из машины. Увесистые сумки с классной спецодеждой. Она занесла сумки на крыльцо. Гейб и Коняшка отошли немного в сторону, чтобы позволить ей пройти.
— Спецодежда? — изумленно спросил Гейб, и она бросила на него подозрительный взгляд.
— Ты не единственный, кто имеет право носить рабочие комбинезоны.
— Ты купила рабочие комбинезоны?
— Четыре штуки. Отличные вещи!
— Ты все еще обучаешься у Энджи?
— Тебе об этом наверняка рассказали. Пять дней в неделю. Сегодня я ездила в Сидней, чтобы завершить все рабочие проекты, и подала заявление об уходе. Затем я отправилась в магазин и купила спецодежду.
— Ты… уволилась?!
— Да.
— Ты, наверное, шутишь…
— Какого черта ты расспрашиваешь меня обо всем этом? — взорвалась Никки. — Только из-за того, что твоя мама занималась строительством каменных стен, никто другой не может делать этого?