Всегда ты

Грегори Джилл

— Можно стакан воды и салфетку для губ? — наконец приглушенным голосом спросила она.

Сидя на стуле, Кэмпбел заряжал пистолет. Услышав просьбу Мелоры, он на мгновение прервал работу и пристально посмотрел на девушку.

— Конечно, дорогая. Налей себе, — сказал он, кивнув на стоявший на бюро графин с водой. — И возьми мой носовой платок. — Кэмпбел встал и пошел к Мелоре, но она вскочила с дивана. — Э, да у тебя действительно серьезная ссадина. — К своему удивлению, Мелора услышала в его голосе нотки сочувствия. —

Прости меня. Я не хотел тебя ударить. Но ты сама вынудила меня к этому. В следующий раз не заставляй меня быть с тобой жестоким.

Мелора выхватила платок из его рук и отскочила на безопасное растояние, прежде чем он успел ее остановить.

— Я согласна тебе помочь, — тихо сказала она, наливая в стакан воды и смачивая платок.

— Продолжай.

Она быстро отпила воды и приложила платок к ссадине.

— Я сделаю все, что ты скажешь, и поеду с тобой, только не трогай Джинкс.

— Неплохое предложение, — ответил Кэмпбел, засовывая пистолет в кобуру. Он нахмурился, глядя, как она осторожно продолжает промакивать ссадину на губе. — Я, конечно, готов принять его, но здесь есть одно серьезное упущение. Кэл Холден.

— Не стоит беспокоиться о нем. — Мелора положила платок на бюро и взглянула Кэмпбелу в глаза, стараясь казаться спокойной и искренней. — Кэл не имеет никакого значения. Он просто часть твоего прошлого. И моего тоже. А мы должны думать о будущем.

Мелора содрогнулась, заметив его пристальный взгляд. Кэмпбел старался разгадать, что скрывается за ее словами — правда или ложь. Поняв это, Мелора собрала всю свою волю и открыто посмотрела ему прямо в глаза.

— У меня нет желания встречаться с ним снова. Он так жестоко обошелся со мной. Я бы хотела забыть об этом… этом случае и жить дальше, — уже более мягко сказала она.

— Он плохо обращался с тобой? — спросил Кэмпбел. Черты его лица заострились. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, — Мелора, если он прикоснулся к тебе, клянусь, я зарежу его.

— Нет, нет. Он ни разу не прикасался ко мне, — соврала она. — Напротив, он почти не разговаривал со мной, — торопливо продолжала Мелора. — Но он похитил меня перед нашей брачной ночью и расстроил наши планы. Едва ли я могу поблагодарить его за то, что он разрушил ною жизнь. Наши жизни, — поспешно поправилась Мелора. — А теперь я хочу, чтобы все было по-прежнему.

— Так и будет, дорогая. Как только я убью этого парня, мы сразу поженимся прямо здесь, в Черривиле.

Мелора обмерла:

— Поженимся?

— Да. После этого мы вернемся в Рохайд и продадим нашу собственность. Я знаю, как ты привязана к «Плакучей иве», но в этих краях слишком часто воруют скот и вряд ли это скоро прекратится. И ранчо — оба ранчо — будут нам только обузой. Поэтому гораздо лучше будет устроиться в Сан-Франциско. Я уже объяснял тебе, что выручка от продажи обоих ранчо даст нам отличную возможность начать новое дело.

Мелора

онемела от возмущения. Она смотрела на Кэмпбела и думала: «Неужели теперь, зная, что мне все о нем известно, после того, как он запугивал меня и поднял на меня руку, этот человек надеется, что я продам „Плакучую иву“ и поеду с ним? Неужели он думает, что я променяю дом, где мы с Джинкс родились, и землю, на которой выросли и которую так любим, на какое-то игорное заведение?! Похоже, он и вправду думает, что я его маленькая покорная женушка, его собственность, его очаровательная игрушка, которую он станет показывать своим именитым гостям. Ну, ничего. Мы еще посмотрим, кто кого!»

— А что будет с Джинкс? — как можно мягче спросила Мелора. Ей необходимо было выяснить все его планы — планы, которые он так самонадеянно хотел ей навязать.

— Эгги повезет ее на восток. Тебе будет приятно узнать, что я нашел для Джинкс великолепного врача в Филадельфии. Доктор Кирк из Института Миллера и Петерсона. Пока ее будут лечить, что может затянуться на месяцы, а то и годы, мы, дорогая, начнем наше дело в Сан-Франциско.

— Ты об игорном заведении?

— Совершенно верно, — кивнул он. — В Сан-Франциско масса возможностей. Ты никогда не видела ничего подобного.

«Я никогда не видела подлецов подобных тебе», — подумала Мелора, стараясь подавить эмоции.

— Ты не расскажешь мне? — спросила она, глядя на него с притворным смирением. — Кэл говорил, что ты был причастен к краже скота в Аризоне. Это правда?

— Чертов лжец.

— Так это неправда?

— Ну, — усмехнулся он, — случалось иногда.

Мелора еле справилась с приступом отвращения. Ей понадобилось все самообладание, чтобы ее голос прозвучал тихо и естественно:

— А в Рохайде? Тоже иногда случалось?

Кэмпбел ответил не сразу. Подойдя к зеркалу, он пригладил волосы и внимательно посмотрел на свое отражение. Затем вдруг резко повернулся и почти враждебно уставился на Мелору.

— Хорошо, я расскажу тебе кое-что, Мелора. Я чувствую, что задел тебя за живое и поэтому обязан тебе все объяснить. Да, я занимался кражей скота в Рохаиде. — Он поднял руку, заметив, что ее глаза потемнели от ужаса. — Моя операция началась за несколько месяцев до того, как я официально приехал в город, чтобы унаследовать «Даймонд».

— Который ты попросту украл у Кала? — выпалила Мелора. Она облизнула губы. Этот вопрос мучил ее с того момента, как она узнала о его грязных делах в Аризоне. — А может, ты причастен и к убийству моего отца?

Кэмпбел отрицательно покачал головой:

— Нет, конечно, нет. Когда это случилось, меня даже не было в штате.

Мелора почувствовала слабость. Ее мутило. Мутило от гнева, горя и непреодолимого отвращения к этому подонку. Но она нашла в себе силы и продолжала:

— А может… это были… твои люди?