Всегда ты
Шрифт:
— Кто такие эти Омелли, Лу? — спросил ее Кэл, коловший позади амбара дрова.
— Они самые милые люди во всей округе, — ответила девочка. Примостившись возле брата, она плела из одуванчиков браслет для Мелоры. — У них пятеро детей и большой дом. А Лара Омелли — моя самая дорогая и лучшая подруга. Ее папа позволил мне прокатиться с ними в коляске до города и купил мне целых три кусочка лакричного пирога, когда я просила только один, и…
— Когда состоится это барбекю? — перебил ее Кэл. Он на минутку прервал работу, заметив появившуюся из-за угла Мелору, несущую два стакана
Луиза, не заметившая Мелору, продолжала щебетать, увлеченно сплетая стебельки цветов.
— Вечером. Пожалуйста, прошу тебя, разреши нам пойти. Там будут угощать пирогом, тортом, лимонадом и…
— Кстати о лимонаде. Я подумала, что вы оба умираете от жажды, — вмешалась в разговор Мелора, подходя к небольшому навесу, который Кэл уже успел доверху заполнить дровами. Протянув Луизе стакан с прохладным напитком и получив в награду восторженные вопли девочки, она повернулась к Калу.
— Хочешь пить? — сдержанно спросила она.
Он кивнул. Мелора протянула ему стакан, стараясь не смотреть на рельефные мышцы его обнаженной груди и предплечий. Как назло, он тоже потянулся за лимонадом. Их руки столкнулись, расплескав немного напитка.
— О, прости, пожалуйста, — воскликнула Мелора, отдавая стакан.
Кэл пожал плечами.
— Ничего страшного. Здесь осталось вполне достаточно для умирающего от жажды человека. — К великому изумлению Мелоры, он вдруг взял ее руку, поднял ее и слизнул с пальцев прохладные капельки лимонада.
— Очень вкусно.
Заметив выходку брата, Луиза громко рассмеялась. Кэл взъерошил ей волосы и весело подмигнул.
Лишь Мелора стояла неподвижно, как статуя, не замечая ласковых солнечных лучей, не чувствуя аромата горного воздуха, наполненного запахом сосен и осенних листьев. Ее пальцы горели в тех местах, где к ним прикоснулся язык Кэла. Мелора чувствовала, что ее лицо пылало от смущения. И это, конечно же, не ускользнуло от внимания Кэла.
Он слабо улыбнулся девушке, поднял стакан в молчаливом приветствии и залпом выпил содержимое.
Мелора растерялась и не знала, как себя вести. «Тебе следует перестать так смущаться, когда приближаешься к Кэлу Холдену на расстояние десяти шагов», — подумала она, неловко опуская свою все еще горящую от прикосновения влажного языка руку.
Это становилось забавным. Мелора никогда не чувствовала прежде слабости в коленях при одном лишь взгляде на мужчину, но с той ночи, когда Кэл вышел из кухни, оставив ее в гордом одиночестве, с ней происходило что-то странное. Девушка постоянно смущалась в его присутствии, ей хотелось следовать за ним повсюду и делать все так, чтобы обратить на себя его внимание.
Она ужасно страдала от этого, поскольку была слишком горда, чтобы броситься к ногам мужчины, любого мужчины, и уж, конечно, меньше всего хотела выглядеть идиоткой в глазах такого непредсказуемого человека, как Кэл Холден.
Хотя…
«Мужчины такие несносные, грубые и недалекие», — зло думала Мелора. Теперь, наученная горьким опытом на примере Рейфа Кэмпбела, она решила до конца жизни держаться подальше от всех мужчин, поскольку поняла, что не настолько хорошо разбирается в них, как
Кэл же теперь не обращал на нее никакого внимания. Он избегал Мелору с той самой ночи, когда поведал ей свою жуткую «сагу». Большую часть времени он делал вид, что очень занят, и разговаривал с Мелорой только в самом крайнем случае, когда этого было не избежать.
Поэтому ее и удивило его поведение. С чего бы это он вдруг решил слизывать лимонад с ее руки?
Означало ли это, что он просто хотел подразнить ее, вывести из себя или что-то другое?
Самое ужасное было то, что ей никогда не удавалось понять, о чем думает Кэл, по выражению его лица. Вот и теперь он поставил пустой стакан и снова взялся за топор. У Мелоры захватило дух при взгляде на эту гору перекатывающихся при каждом движении мускулов.
— Так что, Лу, ты и в самом деле хочешь пойти на это барбекю? — как ни в чем не бывало спросил он, как будто Мелора уже больше не стояла рядом с ними под палящими лучами солнца.
— Да, Кэл, конечно, хочу. А кроме того, мне бы хотелось, чтобы и вы с Мелорой тоже пошли туда. Омелли приглашали всю нашу семью.
— Надо подумать, Лу.
— Ну, Кэл, — заканючила девочка, обиженно выпятив вперед свою нижнюю губку.
— Послушай, Луиза, не надо спорить со мной. Ты знаешь правила. Пойди найди Джесса и пошли его сюда. Мне надо с ним поговорить. После я сообщу тебе о своем решении.
Когда малышка убежала на поиски брата, Кэл разрубил еще пару болванок на несколько частей, вытер со лба пот и опустил топор.
— Думаю, небезопасно идти на барбекю сегодня вечером, — наконец сказал он, Мелора подняла с земли оставленный Луизой браслет из одуванчиков и примерила его на запястье.
— Почему? — как можно более безразлично спросила она, хотя была счастлива, что Кэл решил обсудить с ней этот вопрос. Они ведь впервые по-настоящему разговаривали друг с другом с той ночи. Все время они были окружены детьми, такими неугомонными, озорными и настолько привязанными друг к другу, что девушка не переставала этому удивляться.
Это было даже к лучшему, поскольку с тех пор, как она впервые в жизни засомневалась в собственной проницательности, Мелора не была уверена в том, что хочет остаться наедине с Кэлом или каким-нибудь другим мужчиной.
Однажды она уже влюбилась в мошенника. И что же? Казалось бы, сердце должно было быть разбито и опустошено.
Но нет, Мелора была в ярости. Она злилась на Рейфа Кэмпбела и на себя за то, что попалась на его удочку.
Она не понимала, что с ней творится. С некоторых пор она стала испытывать сильные чувства к этому стройному загорелому мужчине, который еще мгновение назад колол дрова с такой ловкостью и силой, что пот блестел на его широкой груди и руках, как роса. Мелора была совсем не готова к этим чувствам, но они пришли сами собой, независимо от ее желания.