Всегда буду рядом
Шрифт:
– Хотя я и не застукала вас, – с горечью продолжала Брук, – но видела и слышала достаточно, чтобы догадаться, что к чему.
– Брук, ты все не так поняла, – попытался убедить ее Лео.
– Ой, не надо… больше не делай из меня дурочку. – Бесстрастный голос Брук звучал ровно и жестко, но сердце ее разлеталось на кусочки от боли. – Если уж быть до конца откровенной, я давно вас подозревала. Помнишь тот день, когда у меня ужасно болела голова? Я сказала, что все время провела в постели. Но это не так. Я приезжала сюда и сидела в машине там, во дворе дома. То, что я увидела тогда,
Франческа издала стон и зарылась лицом в подушку. Лео быстро взглянул на нее, а потом на жену.
– Да как ты могла подумать такое!
Брук насмешливо посмотрела на мужа. Он даже не отрицает ничего, отметила она про себя.
– Все началось с того, что я случайно услышала беседу твоих родителей. Я тебе о ней не все рассказала. Твоя мама опасалась, что ты все еще влюблен в свою бывшую невесту и что ты не на работе задерживаешься по вечерам. Она боялась, что ты ездишь сюда, к Франческе, наконец добившись того, чего она лишила тебя во времена вашей помолвки.
Лео побледнел. Франческа мелко дрожала и плакала, уронив лицо в ладони.
– Одному Богу известно, как это произошло, – усмехнулась Брук. – Учитывая, что ты у нас такой самец, а она самая большая шлюха на свете. Но мне казалось, что она тебя просто околдовала, пустила в ход какие-то чары. Я убеждала себя, что это мимолетная связь, что ты ее на самом деле не любишь, что тобой движет оскорбленное самолюбие или чувство мести. И вот я, храбрая, влюбленная, слепая дурочка, решила вернуть тебя и… и… – Брук задохнулась от нахлынувших эмоций.
– А ты, – бросила она мужу, пытаясь сдержать подступившие слезы, – ты позволил. Позволил мне унижаться так, что мне теперь и вспоминать не хочется. Все, все советовали мне закрыть глаза на твою измену. Даже моя мать. И поначалу я так и поступила. Но больше у меня нет сил терпеть это. Особенно после того, как я узнала о ваших телефонных разговорах.
– О телефонных разговорах? – переспросил Лео.
– Да, черт подери, именно о телефонных разговорах! С этой… бесстыжей. Счета за переговоры пришли как раз в тот день, когда ты все бросил и уехал. Был там один звонок на ее номер. А продолжалась ваша беседа целых два часа! А потом я распечатала счет за разговоры по сотовому. И что же я там обнаружила! Что ты говорил с ней даже в день годовщины нашей свадьбы!
– Брук, ради всего святого, дай же мне объяснить, – взмолился Лео.
– Поздно. Нужно было раньше объяснять. Теперь я тебе не поверю, что бы ты там ни сказал. Я требую развода. Дети останутся со мной.
Лео вскинул голову. Его еще более прекрасное от гнева лицо выражало решимость.
– Ты их не получишь! Так же как и развода!
– Не получу? Посмотрим! – закричала Брук. – Если помнишь, моя мать – адвокат. Чертовски хороший, кстати говоря. Она отсудит мне детей. И ты не сможешь даже приблизиться к ним со своей вульгарной девкой!
Никогда
В конце концов он очнулся от оцепенения и сказал твердым, спокойным тоном, не сводя с нее глаз:
– Брук, тебе придется меня выслушать. Если не ради меня, то хотя бы ради наших детей. Это совсем не то, что ты думаешь. Ты все не так поняла. Я люблю тебя, а не Франческу. Я с ней никогда не спал. Я с ней только говорил, пытался помочь после смерти Лоренцо.
– И ты думаешь, что я тебе поверю? Тогда с кем она спала сразу после гибели ее любимого мужа? И кто же довел ее до такого?! – Брук сделала нервный жест в сторону рыдающей женщины. – О нет, Лео. Нет… ты ошибаешься. Мне не придется больше выслушивать твое вранье. Я ухожу. Меня тошнит от вас обоих.
Она повернулась, чтобы уйти, но Лео бросился к ней через комнату, схватил за руку и повернул к себе. Доведенная до полного отчаяния, Брук со всего размаха ударила его ладонью по щеке. От неожиданности он открыл рот, но ничего не сказал. Она застыла на месте, заметив, как расплывается у него по щеке красноватый отпечаток ее пальцев.
– Перестаньте… перестаньте! – закричала Франческа не своим голосом, вскакивая на постели. – Я переспала не с Леонардо, Брук. А с абсолютно незнакомым мне человеком, которого подцепила в баре. Я привела его сюда и… и позволила ему делать со мной на этой кровати такое, о чем приличные девочки вроде тебя даже не знают.
Брук сделала вид, что зевает. Лео расстроенно вздохнул.
– Франческа, ты не обязана ничего говорить. Брук поймет, когда я объясню ей все… наедине.
– Нет. Нет, Леонардо, ей лучше узнать правду, – воскликнула Франческа, – от меня. И тогда она поверит тебе. Ты не должен страдать по моей вине. Только не ты. Ты единственный добрый и порядочный мужчина из всех, кого я встречала в своей жизни. Все остальные оказывались подлецами. – Она повернулась к Брук. – Ты даже не представляешь, какими. Одним из них был мой отец.
– Твой… отец? – повторила ошеломленная Брук.
– Да. Мой отец. Мой любимый милый папочка, которого я обожала. Когда умерла мама, мне было всего двенадцать. В день ее похорон он уложил меня в их постель, чтобы я заняла ее место. На следующий день повторилось то же самое. И на следующий…
Брук почувствовала, что у нее перехватило дыхание. Она слышала о том, что такие ужасные вещи происходят, но никогда прежде не встречалась с жертвами инцеста.
– Не в состоянии представить себе, как отец может вытворять такое с собственной дочерью?
Ошарашенная услышанным, Брук только покачала головой.
– Когда мне исполнилось шестнадцать, он забрал меня из школы, чтобы я могла исполнять роль его жены, когда ему заблагорассудится. Он был очень богат и мог не ходить на работу. Мы путешествовали по миру, и отец всегда представлял меня как свою дочь. Но на самом деле я была его шлюхой, его маленькой, готовой на все шлюхой.