Все равно!
Шрифт:
– А что у нас с чердаком?- спросил я, разглядывая щелястый потолок.
– Не была я там никогда, красавец. Иди сам посмотри.
Отогнул большой гвоздь, забитый в чердачную дверь ещё во времена Наполеона и влез. Здесь действительно никто не бывал. Солома на крыше вся прогнила и начала проваливаться. Чердак образовывал собой треугольник, полтора метра высотой в середине и плотная, на четыре пальца пыль покрывала его. Стараясь не потревожить, я улёгся на брюхо, один глаз в щель.
– Бабка!
– Что кричишь, готов ли?
– Зови гостей!
– Иду уже!- Кибитка поехала к работникам аэродрома предупредить, что сегодня она
Через час они подтянулись, вся смена. Как сказала старуха, они работают сутками.
Значит стесняться не будут, упьются дешёвым пойлом, а Кибитка направит их разговоры в нужную мне сторону. Я лежал и думал что бабка - отъявленная авантюристка, самой высшей пробы. Ей бы образования побольше, акцент дурацкий убрать, и блистала бы она в Лондонах и Парижах, собирая бесценную информацию для Генштаба Красной Армии.
Через час я уже узнал всё что хотел: где сидят, когда кормят, а особенно как охраняют, и сколько человек. Гриша Горбань оказался действительно умным и хитрым. Каким-то образом, он пришёл к выводу что самолёт приземлился неспроста, его заправили, а значит улетать будут на нём же. Ворвавшись в Новогоднюю ночь на аэродром и допросив охрану, он уже примерно представлял дальнейшее. Посадив своих людей в засаду, он убивал одним выстрелом сразу несколько зайцев. Единственное что меня смущало, так это способности гадалки Марии-Марыси, на которую оба; бандит и КГБшник запали ещё с тех пор, когда все они жили на одной улице, и ходили в одну школу. Что же она, проспала что-ли?
Зимние ночи на Украине мало отличаются от наших Северных, разве что теплее и снега нет пока, врать не буду. Луна светила ярко, не полная, но мне и того не надо. Значит Гриша Горбань ждёт меня. Ещё один на мою голову. Я уже начал всерьёз подумывать о том чтобы обратиться за помощью к какой-нибудь конкурируещей организации, но поборол себя. Они же не бесплатно станут стараться, к тому же им наплевать на моих друзей. Подумаешь одного-двух убьют в перестрелке. Может деньгами его обсыпать, Гриню нашего?
А вот физиономия у него не такая. Нет конечно, денежки он любит, только здесь что-то ещё... Может потом выясню. Я прошёл на то место, где аборигены ездили через пролом в заборе окружающем взлётное поле. Он был заделан, но на скорую руку и неряшливо.
В руке нёс мешок, в котором лежал автомат взятый из немецкого танка, тот самый что раньше называли Шмайссером, а теперь обнаружилось что это вовсе и не он. В общем-то разницы никакой, из чего тебя застрелят. Ещё в мешке лежали четыре комплекта комбинезонов и бутылка бабкиного первача, заткнутого холстинкой вместо пробки. Территория аэропорта слишком большая, чтобы эффективно охранять её двумя десятками гражданского населения. А раз Гриша умный, то наверняка сосредоточил всю свою команду в помещениях аэропорта.
Окна были тёмными, зато вокруг здания всё было залито светом, не подступишься.
Я насчитал три канализационных люка, каждый освещён своим прожектором.
В канализацию я бы точно не полез, делать там нечего и воняет гадостно, а вот кабельные каналы люков не имеют. Их вроде бы нет совершенно, однако это самая главная часть аэропорта: связь и электроэнергия.
Кабельными путями пронизано всё подземное пространство, и самый главный начинается с башни управления полётами. Оттуда он идёт в здание аэропорта, в машинный зал, куда простой народ - такой как бандиты и их хозяева не ходят по причине того, что там не специалисту делать нечего. Открывается он просто - с помощью кувалды по стенке в пол-кирпича, и сразу после ремонта она восстанавливается. Видимо поэтому никто особо и не догадывается откуда что берётся. Зато грызуны не портят изоляцию, и бомжи не лазают.
Залезал в ход из башни, просто проследив куда исчезают кабели, здесь же валялись лопаты и ломы, тачка с поломанным колесом и ещё куча разного строительного мусора. Разломал стенку и вошёл. Сразу у входа выключатель. Пошёл по узкому проходу, задевая мешком за арматуру. Решил не стесняться, всё равно никто не оценит, с ходу раздолбал вторую стенку в конце тоннеля и вылез в подвале машинного зала. Отсюда по прямой до Горбаня метров шестьдесят всего.
"Даже если пленников решат перевести куда-то ещё, не успеют." - думал я, подбираясь к главному автомату-выключателю. Поискал специальную рукоятку, на восемьсот пятьдесят ампер всё таки, здоровенная махина, и не нашёл. Попробовал повиснуть на нём, не получается. Хвостик короткий, руки соскальзывают. Чтобы отключить аэропорт от подстанции меня одного мало. Остаётся только последнее средство. Я вынул этот шмайссер-не шмайссер из мешка, зарядил и дал очередь по чёрному бакелитовому корпусу. В разные стороны брызнули осколки пластика, какие-то пружины, контакты и прочая электрическая дребедень... И сразу погас свет.
Подсвечивая себе фонарём выглянул в технический коридор. Ни шороха, ни звука.
Поменял магазин, побежал в главное здание. И едва успел спрятаться за кислородные баллоны под лестницей, потому что зажглось аварийное освещение, и навстречу мне топали несколько человек. Горбань решил не рисковать, послал сразу семерых. Разумно конечно, только ведь на толпу надежда слабая. У меня всегда были склонности к наукам, например то что от взаимодействия кислорода с маслом получается гремучая смесь, а ещё делал ставку на то что и загонщики знают об этом, хотя бы один из них.. Быстро покрутив кран на баллоне, мне стало понятно что он пустой.
Солидол в канистре стоял тут же на столе, когда я захватил полную пригоршню и выпрямился. То что они были не профи стало понятно сразу, после того как увидели меня. Остановились. Так как я не подавал признаков жизни они пошептавшись, стали медленно приближаться ко мне, оружие наготове. Баллон плохая защита, но всё таки кое-что, и руку с автоматом прячет. Когда подошли совсем близко старший сказал:
– Эй, ты чего?
– А вы?- ответил вопросом на вопрос.
Он подумал.
– Ты дурак что-ли? Сдавайся!
Все вроде вздохнули, это уже понятней. Их много а я один, и сдаваться придётся конечно. Я вытянул ладонь с прилипшим полукилограммом солидола и показал им.
– Это что?
– Солидол что-ли?
– Ага, теперь угадай что я сделаю, если вы оружие не положите, и не пройдёте дальше по коридору.
Поднял руку и она зависла над вентилем. Это страшно. Даже мне было не по себе, хотя и знал что баллон пустой.
– Ты дурак что-ли?- повторил старший как попугай.
– Взорваться хочешь?