Все о страсти
Шрифт:
От переднего двора шел цветник, отделявший древнюю каменную ограду от газонов, окружавших искусственное озеро. Скрытый за стеной сад тянулся вдоль всего здания. За ним шла обсаженная кустами аллея.
Джайлз натянул поводья у самого крыльца, спешился, отдал коня подбежавшему конюху и, поднявшись по ступенькам, постучал. В дверях возник грузный дворецкий.
— Добрый день, сэр. Чем могу помочь?
— Я граф Чиллингуорт и хотел бы повидать сэра Чарлза Роулингса.
К чести дворецкого, нужно сказать, что он постарался не выказать удивления.
— Да,
Он проводил графа в гостиную и исчез. Джайлз почти забегал по комнате. Нетерпение подогревалось невыразимым сознанием того, что он опережает судьбу всего на шаг. И во всем, разумеется, виноват Девил. Даже сознавать себя почетным Кинстером — уже искушать эту самую судьбу.
Дверь отворилась, и в комнату вошел джентльмен — постаревшая, изможденная, согбенная под бременем лет копия его самого. То же могучее сложение, те же каштановые волосы. Несмотря на то что они не были знакомы, Джайлз немедленно узнал бы родственника в любой толпе.
— Чиллингуорт? Ну и ну! — пробормотал Чарлз, тоже уловив сходство, делавшее ненужным ответ на его вопрос. — Что же, — объявил он, взяв себя в руки, — добро пожаловать, милорд. Чему обязаны таким удовольствием?
Джайлз улыбнулся и начал рассказ.
— Франческа?
Они удалились в тишину кабинета Чарлза. Усадив гостя в удобное кресло, Чарлз устроился за письменным столом.
— Простите, не могу понять, чем вас заинтересовала Франческа.
— Пока еще не могу точно сказать, но моя… дилемма, если позволите так выразиться, достаточно обычна. Как глава семейства, я обязан жениться. В моем случае это просто необходимость, подкрепляемая еще большей необходимостью иметь наследника. Кстати, вы знакомы с Осбертом Роулингсом?
— Осберт? Сын Генри?
Граф кивнул, и лицо Чарлза вытянулось.
— Тот самый, что мечтает быть поэтом.
— Мечтал. Сейчас он им стал, и действительность оказалась куда хуже грез.
— Господи Боже! Длинный, неуклюжий и не знает, что делать со своими руками?
— Абсолютно точный портрет. Теперь вы понимаете, почему семья требует от меня исполнения долга. По справедливости нужно заметить, что Осберт сам не хочет быть графом и до смерти боится: а вдруг я буду продолжать отлынивать от своих обязанностей и ему придется занять мое место?
— Трудно представить себе такое. Даже в детстве он был мямлей и размазней.
— Поэтому, достигнув тридцатипятилетнего возраста, я стад подумывать о женитьбе.
— И выбрали Франческу?
— Прежде чем обсуждать детали, я хочу кое-что прояснить. Я ищу сговорчивую невесту, готовую вступить в брак по договору.
— По договору… — Чарлз нахмурился. — Вы имеете в виду по расчету?
— Это определение всегда казалось мне бессмыслицей. На что хорошее можно рассчитывать в браке? Но Чарлз не улыбнулся.
— Возможно, вам лучше объяснить точнее, чего вы ищете.
— Я хочу жениться на даме соответствующего рождения, воспитания и манер, которая могла бы достойно исполнять роль графини и
— Надеюсь, не оскорблю вас, если скажу, что и Франческа далеко не бедна.
— Я так и понял. Однако, если не считать земель Гаттинга, которые я намереваюсь присоединить к поместью Ламборн, все остальная собственность останется в ее владении.
Чарлз удивленно вскинул брови:
— Что же, великодушно, крайне великодушно. — Взгляд его затуманился, словно уплыл куда-то вдаль. — Должен признаться, что моя женитьба тоже была устроена… — Он внезапно тряхнул головой, явно пытаясь вернуться к действительности. — Боюсь, что должен спросить, кузен: есть ли какая-то причина, по которой вы так настаиваете на подобной женитьбе?
— Если вы имеете в виду давнюю любовницу, от которой я не желаю избавляться, или что-то в этом роде, то ничего подобного нет и быть не может, — заверил Джайлз, глядя в открытые, честные карие глаза родственника. — Причина, по которой собираюсь сохранять деловую основу в браке, всего одна: я не допускаю мысли о женитьбе по любви. Более того, я и слышать ни о чем подобном не желаю. И не хотел бы, чтобы моя будущая жена впала в заблуждение, полагая, что я предлагаю ей любовь или будущее в розовом цвете. Пусть с самого начала понимает, что любовь — отнюдь не часть нашего соглашения. Не вижу смысла в чем-то подобном и хотел бы, чтобы мои намерения с самого начала были ей ясны.
Чарлз, внимательно глядя на него, кивнул:
— Думаю, вы гораздо честнее других, которые придерживаются вашего мнения, но не считают нужным сказать об этом вслух.
Джайлз не ответил.
— Прекрасно. Мне понятны ваши устремления. Но почему именно Франческа?
— Из-за Гаттинга. Когда-то, несколько веков назад, его принесли в приданое. Возможно, в этом и был смысл тогдашнего брачного контракта. Он дополнял круг земель, примыкающих к Ламборну. И его не следовало отдавать, но один из предков, посчитав, что Гаттинг не был частью майората, отказал его младшему сыну, и это стало чем-то вроде традиции. — Джайлз вдруг нахмурился: — Но ведь Джерард был старшим, не так ли? Почему же вы, а не он, унаследовали это поместье?
— Отец… — вздохнул Чарлз. — Он поссорился с Джерардом, поскольку тот отказался жениться по его желанию. Он женился по любви и уехал в Италию, тогда как я…
— Женились на той, от кого отказался брат?
Чарлз кивнул.
— Поэтому отец переделал завещание. Джерард получил Гаттинг, который должен был достаться мне, а я унаследовал Холл. Но Джерарду было, все равно. Даже после смерти отца он остался в Италии.
— Пока не погиб. Как это случилось?
— Лодка перевернулась на озере Лугано. Никто не спохватился до самого утра. И Джерард, и Катрина утонули.