Все исправить
Шрифт:
Вадим двинулся вперед. «Холодок» он чувствовал весьма отчетливо. Дима тоже. И еще что-то странное…
— Потерпи. Может, я все-таки поделюсь?..
— Не лезь. Это не мне достанется, а ему. А он и так чересчур… активный.
— Держись, — мягко попросил голос Ал… Лёша. — Лина, скоро?
— Почти готово. Дим, руку протяни.
Лина? Все со щелчком встало на свои места. Так вот что это за место. Пещера фениксов!
— Готово.
— Давай. Осторожно…
Это совсем близко — за поворотом коридора! Что они делают?
Пламя заполняло пещеру, как оранжевая стена. И Дим вошел в эту стену, опираясь
— Мила… да Мила же! Все нормально, успокойся, обошлось же.
— Ага. — Людмила от души плеснула в кружку еще дымящегося отвара, почти обжигаясь, сделала несколько глотков. Не показываться же ей перед сыновьями зареванной.
Ее мальчики живы! Все обошлось, ничего не случилось. И у Дима с Лёшей, и у Линочки. И у этого, у Вадима. Про себя Мила называла двойника своего сына исключительно полным именем — уж очень не вязались к полуседому мужчине без возраста (или вне возраста?) уменьшительные имена. Он тоже сумел выиграть бой, спасти город. И пресс-конференция, показанная по всем главным каналам всех крупных стран, — это то, что надо. Можно гордиться…
— Пар-р-р-р-ршивцы! — рыкнула Маргарита, на минуту прервавшая свои утешения. — Зар-р-разы!
— Что такое?
— Ты только не волнуйся… Мои поросята вместе с твоим Игорем… все обошлось, не переживай. Но в общем, они там сейчас, на месте.
— Они же на практике!
— Нетушки! С ними сейчас общается Координатор. Ухитрились найти Дима почти одновременно с… Слушай, а ну делись! Что ты там пьешь, а? — И Маргарита, выхватив у подруги кружку с отваром, от души приложилась, успокаивая растрепанные нервы.
— Прискорбное отсутствие воспитания… — ханжески высказался аквариум.
— Что поделаешь, — вильнула хвостом средняя рыбка. — Икринки из неполной семьи…
— Вас не спросили! — возмутилась Марго. Реагировать на рыбьи высказывания она до сих пор не научилась, за что тут же схлопотала дополнительно:
— И нервы лечить надо.
— Да, впечатления детства, что ни говори, формируют характер зрелой особи…
— Ой, а расскажите?
Рыбки наперебой ахали, охали, радовались, возмущались, порой перекрикивая хозяев, даже поцапались в очередной раз. Маргарита, отвлекшись от очередной выходки неугомонных близнят, вступила в схватку с невыносимым трио самозваных воспитательниц, а Людмила наконец вздохнула полной грудью и улыбнулась.
Все было привычно, все как всегда, словно жизнь входила в прежнюю колею. Будто не было ни похищения, ни тревог этих безумных дней… Ее Димка просто отлучался ненадолго, а теперь вернулся. Все будет хорошо, убеждала себя Людмила. И плевать на пророчества. Осталось всего четыре дня.
Ничего не случится.
Ох, они же скоро вернутся! А у нее еще и мясо не готово…
— Дензил, данные! — Март быстро слевитировал на ладонь безопасника два кристалла. — Для вас и милорда Вадима. Очень интересная информация по ресурсам.
— Благодарю. — Дензил запустил голограмму и всмотрелся…
К этому времени допросы Эйке Камероса, его коллеги Константина, а также «рабов» Чейтверрка и Дейгера были закончены (допросить Микора, «раба» некоего Йоргоса оказалось временно невозможно вследствие его плачевного состояния). По добытым адресам прошли обыски с реконструкцией
И есть что докладывать милорду…
— Очень и очень неплохо, — пробормотали рядом. Незваный коллега Координатор держался рядом как пришитый, присутствовал на всех допросах и исправно капал на мозги задержанным. Сокровище, а не коллега. Кстати, с его помощью допрашиваемые переставали брыкаться вдвое быстрее. — Это то, чего нам очень не хватало. Человеческие ресурсы. Власть государства — еще не все, люди далеко не всегда к ней лояльны. А вот власть денег…
На вдруг замолчавший австралийский городок обратили внимание не сразу. В большом мире хватало дел и забот. Лишь ближе к вечеру, когда пыльный автобус привез домой тридцать школьников с экскурсии к озерам, учителя и водитель обратили внимания на странно пустые улицы.
И на тишину. Молчал городской радиоузел, не было слышно привычного шума «Шкурника» — цеха по обработке овечьей шерсти. Мертво молчала абсолютно пустая детская площадка. И светофоры не горели.
— Дэйв, стой… — Встревоженный учитель, пока напарница старалась успокоить заволновавшихся детей, настороженно осматривал улицу. — Что-то не так.
Автобус сбавил скорость. Водитель на всякий случай посигналил — один раз, коротко. Сигнал странно и дико прозвучал в мертвом городе и почти сразу смолк, когда за поворотом прямо поперек улицы обнаружилось два автомобиля с распахнутыми дверцами.
А потом стали попадаться первые тела. Кровь. Полуобгрызенный скелет — на нем еще осталась приметная цепочка, которую любила носить библиотекарь Кэти…
— Боже! — вскрикнул чей-то голос. — Господи…
Автобус развернулся и, набирая скорость, рванулся прочь.
Глава 25
ОЧИЩЕНИЕ
Ало-золотой вихрь радостно вскинулся, распахнул навстречу теплые объятия. Огненные языки обвили плечи, и как всегда, мягко, радостно курлыкнул Феникс, отзываясь на ласку, отвлекаясь ненадолго от врага. И тает усталость.
— Лина… Гори и живи, девочка, — прошелестел теплый голос. — Гори и живи и ты, приемыш. И ты, маг, темный и светлый. Не бойтесь, вас мой огонь не тронет. Счастье видеть вас в моем укрытии.
— Мы с просьбой.
— Я знаю. Нужна помощь?
— Да. Очень…
— Вижу, — колыхнулись алые лепестки. — Вижу…
Одежда давно сгорела, осыпалась искрами и пеплом. А синяки и ссадины остались. И «холодок». Теперь, когда Лина соприкасалась с ним, можно сказать, вплотную, через руку Вадима, ей было намного трудней сдерживать Феникса. «Холодок» виделся тому хищником, громадной черной нежитью в птичьем облике, и Феникс просто бесился, порываясь вступить в бой с этой непонятной и очень невкусной тварью — только для того, чтобы защитить хозяйку.