Всё еще люди

Май Алёна

Я пытался воззвать к её разуму, не давать смотреть на то, как Артур борется с её братом. Я не мог точно сказать, кто из них одержит победу, но Гектор явно не остановится ни перед чем.

— Себастьян, я один не справляюсь! — прокричал Артур, будто заглянул в мои мысли.

Гектор, уже почти обезумевший от ярости, которую можно было ощущать всей кожей. Он отбивался от Артура одной рукой и даже это не помогало моему другу. В глазах Офелии пропадала ясность, она была почти в отключке от стресса и рыданий.

— Себастьян, кинжал!

Я достал

из за пояса клинок и кинул другу, тот долетел не очень аккуратно, Артур поймал его за лезвие, из ладони брызнула кровь, но он не обратил на это внимание. А затем… Гектор замахнулся сломанной, но всё еще двигающейся механической рукой, из которой торчал искореженный металл, провода и трубки. Где-то внутри этого механизма был еще один меч, который выдвинулся, и вся рука стала оружием еще более смертельным. Он запахнулся всем своим телом и ударил по правой руке Артура, повалив того на пол, разрубая одежду, кожу, мышцы, словно скальпелем.

Брызнула кровь. Так много крови, она была повсюду. Крик, пронзительный крик, который залезает в самое нутро и остается там до самой смерти. Мои руки задрожали. Он отрубил руку Артуру с такой легкостью, что меня сковал ужас. Я заставил ноги двигаться, уже начал тянуться к наручам, чтобы активировать заряд и откинуть Гектора, но затем увидел, что из его шеи торчит тот самый кинжал. Даже это не остановило его.

Не понимая, как и что произошло, я невольно начал пятиться назад. !Бежать, спасаться, как можно дальше отсюда, туда, где никто не найдет!” — кричал в голове здравый смысл.

Офелия оказалась куда более решительной чем я, ведь дальше произошло то, что произошло. Очнувшаяся от криков Артура, она пробежала мимо меня, а я даже не смог её остановить. Пока Гектор пытался замахнуться для нового удара, она со слезами на глазах положила свои руки ему на спину, там, где сердце и выпустила свои искры. Внешне казалось, что она ничего не сделала, но я всё понял. Она разорвала его изнутри, заставила всё, что еще было живым в нем умереть, от её руки. Из рта, ушей, носа и глазниц Гектора хлынула кровь, смешиваясь с кровью Артура и заливая всё вокруг. Парень пошатнулся и упал мертвый в бок. Я словно в бреду подлетел к другу и дрожащими пальцами коснулся артерии на шее.

Пульса не было.

Глава 20

Артур

Вокруг было всё белым-бело. Ярко, чисто. Мне хотелось закрыть глаза, но не получалось. У меня не было тени, у меня не было тела. Я ощущал ничего и всё сразу. Боль, обиду, разочарование, счастье, восторг, энтузиазм, грусть, возбуждение, восхищение, усталость. Так много чувств и все они во мне, в моём бестелесном воплощении внутри этого белого пространства.

“Кто я? Где я?”

Мысли эхом разлетались и вязли в этом свете, затихая и возвращаясь с большей громкостью, стремительно устремляясь назад, как бумеранг.

— Артур…

Такой знакомый, едва различимый голос звал меня. Я слышал его когда-то давно. Да, я помнил его.

—

Артур, это моё имя?

— Да, мой мальчик. Ты так вырос.

Я обернулся, передо мной стояла невысокая женщина, русые волосы струились по плечам, одета скромно, глаза небесного цвета с любовью и тоской смотрели прямо на меня, вглубь меня. Она знала меня, она точно знала меня.

— Мама? — неуверенно спросил. — Это ты, мама?

— Да, мой мальчик. Я так давно тебя не видела.

Я протянул руку к женщине, так мне казалось, но здесь не было ничего материального.

— Не тянись ко мне. Твоё время еще не пришло.

— Но я хочу. Я так устал, мама.

— Я знаю, милый. Знаю…

— Артур… — еще один голос позвал меня. Я снова обернулся.

Девушка. Юная, свежая, её озаряла лучезарная улыбка, её образ был куда ярче матери. Черные волосы, курносый нос.

— Дана… Ты тоже тут? – вспомнил её имя.

— Ты не забыл меня?

Я не мог забыть, никогда не забывал. Она была здесь, я снова подался вперед, но ближе она не стала. Я начал вспоминать что-то. Образы мелькали, я не мог понять, что это было.

— Я не виню тебя, знай это. Ты не виноват.

По щекам потекли слезы, так мне показалось, грудь сдавило от боли при виде девушки.

— Артур…. – еще один голос, теперь мужской.

Мужчина, взрослый, высокий, худой. Кажется, на его лице должны быть шрамы, но их не было. Он встал рядом с мамой и положил руку ей на плечо, на его груди висел сапфировый кулон. Тот самый, что я положил ему в могилу. Это мой брат. Я помню. Брат, с которым мне не удалось достаточно познакомиться. Без всех этих ожогов и отметин он был красив.

— Вы все… где мы?

Они не отвечали, лишь смотрели на меня и улыбались. Это призраки из моей головы. Они не стремились ко мне, но я стремился к ним.

— Я могу пойти с вами?

— Нет. Мы не здесь, брат. Ты еще не закончил свой путь.

Призраки встали в ряд, за ними скрывался еще один. Тот парень, Гектор. Он плакал. Не было никаких протезов. Его душа очистилась от скверны.

— Спасибо. Спасибо, что защищаешь её. Мне так жаль…

Белый резко сменился на черный. Я оказался в кромешной тьме, она давила, сжимала, разрывала на куски. Я больше не видел их, ни мать, ни Дану, ни Джозефа, ни даже Гектора. Тени поглощали, обретали очертания. Очертания всех тех, кто когда-то погиб по моей вине, чьи жизни я прервал. Они обволакивали меня, кричали, стонали. Это просто невыносимо.

Я отмахивал их от себя, бежал, падал, пропадал. Я тонул в зыбучих песках, гонимый кошмарами, я чувствовал боль, всепоглощающую боль и отчаяние. Я отчаялся. Я хотел назад, к ним, на свет. Я хочу снова видеть свет. Нет. Я устал. Я больше не хочу бороться. Это то, что я заслужил. Тени поглотят меня и я, наконец, смогу обрести свободу от жизни, от этого непонимания, кто я и для чего существую.

Я сдался. Позволил теням заполнить всего себя. Да, я не заслуживаю света. Поэтому они и не ждут меня там.