Всё еще люди
Шрифт:
“Не доверяй Сильвии,” – барабанили в голове последние слова брата.
Я отстранился от Сильвии и убрал её руки со своего лица.
— Не стоит. Я не в настроении.
— Ты всегда можешь прийти ко мне, ты же это знаешь? — с приторной нежностью сказала Сильвия. — Расскажи, что произошло. И мы вместе это решим.
Я рассказал Сильвии обо всем, что произошло с Джозефом, как на нас напал Дарнелл, как Дитрих и Майя не хотели ничего рассказывать. Я намеренно не сказал о том, что Офелия – то самое дитя, утаив часть подробностей. Сильвия выдвинула предположение, что не мы одни искали наследника и как будто невзначай сообщила, что в Санфорт прибыл Себастьян.
—
— Когда ты появился на пороге с телом Джозефа, я как-то не посчитала нужным радовать тебя этой новостью.
Я тяжело припал к спинке стула, зарывая руки в волосы, которые уже прилично отрасли и требовали стрижки. Пряди слиплись то тут то там от грязи, пота и крови. Расслабившись немного после пережитых событий, я мечтал только о горячей ванне, а уже потом собирался найти Себастьяна.
— Твой друг сказал, что у Кон де Валя есть свой собственный наследник в руках, но также его и твой рассказ подтверждают, что у Императрицы и принца Банама родилась дочь. Видимо, советник не знал этого факта и что-то дало ему уверенность думать об истинности того парня, либо он использует лженаследника. В любом случае, власть в его руках, будь то настоящий потомок семейства Орвинар или нет.
Я утвердительно кивал. И именно эти подробности давали мне полное право не привлекать к борьбе за трон Офелию, ведь действительно не суть важно, кто использует дитя, Кон де Валь или Сильвия.
— У этих людей был сын. Может, это он? Может, они ошиблись? И если Дарнелл следил за ними с самого начала, то всё начинает обретать хоть какой-то смысл.
— Они не говорили, где их дети?
— Нет. Даже имен не назвали. Скрылись сразу же, как Дарнелл выпустил из капсулы газ.
— Это усложняет дело. Но мы не будем терять надежды.
Я всё не мог понять, играет она или действительно не знает. Её реакции были естественными: тембр голоса, биение сердца, язык тела. Разговор уходил в какие-то размышления и меня просто начало клонить в сон. Слова Сильвии растворялись в воздухе, не доходя до моих ушей. Тряхнул головой, приходя в сознание, похлопал себя по щекам.
— Всё, я вижу, как ты устал. Иди и приведи себя в порядок.
— Да, спасибо. Так и сделаю.
— Но есть кое-что, что я забыла тебе сказать.
Я напрягся. Боги, что еще приготовила мне эта женщина?
— Ладно. Скажу позже. Сначала отдохни. Я распоряжусь, чтобы для тебя запустили бани.
Как бы мне не хотелось продолжить разговор (на самом деле – не хотелось), я всё же решил последовать её речам и отдохнуть. Сильвия проводила меня улыбкой, но ответить ей взаимностью не было сил.
— А что будет с телом Джозефа? – всё-таки задал я вопрос, вертевшийся на языке с самого начала.
— Похороним с почестями, как это принято в клане. Попрощаемся и предадим огню. Солнечная богиня заберет его душу к себе на небеса.
Сдержавшись, чтобы не закатить глаза, я молча кивнул. Пусть будет так. Участие в ритуальных обрядах религиозных фанатиков меня не прельщало, но выбора особо и не было.
Баня – лучшее изобретение человечества. Баня в Санфорте не шла ни в какое сравнение с общими душевыми в армии, которые ввели в обиход довольно быстро, видимо, чтобы там особо не задерживались. А если вспоминть, что мне приходилось в своей каморке мыться прямо возле кровати… лучше о таком даже не вспоминать.
В Санфорте бани делились на мужские и женские и работали только в дневное время. Полы помещений и зала купален были выложены мозаикой, стены по нижнему краю облицованы мрамором, а окна забраны
Я как раз расслаблялся в этом маленьком оазисе и мир словно остановился для меня. Все было неважно. Я расстворился в этой неге, силы по нарастающей наполняли тело и укрепляли дух. После такого купания я готов был свернуть горы. Закрыв глаза, я плыл на волнах удовольствия, думая, что лучше уже и быть не может.
Но что-то или кто-то нарушило мой порой. Вода взволновалась и начала переливаться через края, возмущенная чьими-то движениями. Я медленно приоткрыл один глаз, раздраженный наглостью того, кто решил нарушить мое одинокое блаженство. От пара и влаги картинка была нечеткой, но эти волосы, этот запах, эти изгибы тела я узнал бы, даже если бы ослеп. Сильвия, абсолютно нагая, погрузилась в воду рядом со мной так, что та лишь слегка прикрывала её грудь. Она не плыла, а медленно шла, играясь длинными и тонкими пальцами с водой, я же сделал вид, что меня здесь нет и снова закрыл глаза, в надежде, что это мне лишь кажется. Пальцы Сильвии коснулись моего пресса, провели по косым мышцам и двинулись выше, к плечам и шее. По телу невольно пробежала дрожь, и я, зажмурившись, нырнул под воду. Вода сгладила все звуки и усилила вибрации наших тел.
Вынырнув и вздохнув полной грудью, я выпрямился в полный рост, глядя на Сильвию сверху вниз. Она была такой беззащитной и такой соблазнительной. Без косметики на лице она казалась самой невинностью. Провел большим пальцем по губам этой хищницы в обличии ангела, спустился ниже к ключице обвел кругом грудь. Она реагировала на мои прикосновения, томно хватая ртом воздух, но не издавая ни звука. Я прижал Сильвию ближе к себе, желая, чтобы она почувствовала, что творит со мной, и что её ожидает в ближайшее время. Улыбнувшись, она закрыла глаза и подалась вперед, одаривая меня страстным и чувственным поцелуем. Жар наших тел был намного сильнее, чем самая горячая вода этих купален.
Она обхватила мои бедра ногами под водой, а я до боли сжал упругие ягодицы и впился губами в шею этой сумасшедшей и сексуальной женщины, оставляя метки на нежной коже. Её пальцы царапали кожу на спине, и не было сил больше сдерживаться. Я сел на плитку, что служила в этом бассейне подобием скамьи и оперся всей спиной, молчаливо приглашая Сильвию сделать то, зачем она пришла ко мне в таком виде. Без лишний слов она села верхом и мы вдвоем погрузились в экстаз слияния наших тел. Бурлящая вода добавляла удовольствия, вибрируя под спиной в районе поясницы и окутывая нас ворохом пузырьков, что моментально лопались, касаясь кожи и образовывались снова и снова.