Всё для тебя
Шрифт:
— Эдуард, иди ко мне.
Он лег, никак не реагируя на ее объятия.
Анна сердито отвернулась от него.
Многочасовая прогулка на коне утомила ее и Анна быстро уснула.
Утром Анна с Луиджи сели в машину.
Эдуард даже не вышел попрощаться.
За всю дорогу она не проронила ни слова. Луиджи пытался как-то утешить ее и поддержать, но ей была неприятна эта тема.
В Милане еще оставались дела. Нужно было разобраться
«Некоторые мои вещи остались у Эдуарда в квартире, — вспомнила Анна. — Как же мне забрать их оттуда?»
Поведение Эдуарда ее сильно возмущало.
«Ведь мы уже все выяснили, во всем разобрались. Зачем устраивать еще какие-то сцены?»
Возмущение росло в ее душе.
«Неужели мне одной придется возвращаться в Петербург? Опять рухнуло здание любви. Может быть, он все-таки опомнится?
Анна с трудом держала себя в руках. Были даны еще несколько интервью для итальянских газет. Представитель от лондонского театра так настаивал на контракте, что певица уже решила ехать не в Париж, а в Лондон.
— Ты думаешь, Эдуард больше не объявится? — спросила Джулия при встрече с Анной.
— Не знаю. Вряд ли.
— А я уверена в том, что он придет, причем, как всегда, — неожиданно.
— Все уже было просто отлично, но этот Генрих сильно запал ему в душу.
— Ничего, образумится.
— Хочется надеяться, хоть я в это уже и не верю.
Два дня для Анны прошли в делах и заботах. Театр «Ла Скала» настаивал на продолжении контракта, но артистка не хотела больше оставаться в Италии.
«Слишком много всего произошло здесь. Много счастья и много неприятностей. Хочется чего-то нового, нужно сменить обстановку».
Оставалось уладить еще некоторые дела, и можно было возвращаться в Россию.
Женщина ехала в гостиницу после встречи с представителями прессы.
Открыв дверь номера, она заметила, что в углу, под зеркалом, стоят мужские туфли. Ее сердце заколотилось. Положив сумочку, она прошла в гостиную.
На белом кожаном диване сидел Эдуард. Его улыбающееся лицо светилось всепрощением и любовью.
Анна остановилась у рояля.
— А вот и я! — ласково сказал мужчина, поднимаясь с дивана.
Она ничего не могла ответить ему.
«Стоило столько мучить меня ради того, чтобы снова появиться?»
Он подошел к ней и протянул букет камелий.
— Это намек? — удивилась Анна. — Намек на Травиату?
— Нет. Это намек на влюбленного Альфреда, который не может жить без своей Виолетты.
Она взяла цветы.
— Может, мы продолжим наш недельный отдых? — лукаво спросил Эдуард.
— После всего тебе еще хочется отдыхать? — Анна произнесла
— Не то, что отдыхать, а даже устроить пир в честь нашей любви.
Анна притворилась, что раздумывает над его предложением.
— Даже не стоит делать такой задумчивый вид, — сказал Эдуард, — просто нужно соглашаться и все.
Он подхватил Анну на руки и поцеловал в губы.
Любовники засмеялись.
— Эдуард, ты сведешь меня с ума своими сюрпризами! Мне надоело ссориться и мириться. Нужно выбрать что-то одно.
— А я выбрал!
— Что, если не секрет?
— Тебя! — воскликнул он, закружив Анну по комнате. — Только тебя!
Вилла Луиджи показалась на горизонте.
— Надеюсь, теперь мне не придется уезжать в Милан? — кокетливо спросила Анна.
— Почему?
— Как почему? — она с недоумением посмотрела на Эдуарда. — Ты теперь приревнуешь меня к коню.
— Придется, — нарочито грустно сказал мужчина, и тут же улыбка озарила его лицо. — Только со мной!
— Притворщик, — обозвала его Анна.
Подъехав к дому, машина остановилась.
Эдуард вышел первым и подал Анне руку.
— Прошу, мадам, мы прибыли на отдых!
Она вышла из автомобиля.
Стол гостиной ломился от фруктов и вина.
— Здесь никого нет, кроме нас. Меня и моей ненаглядной русалки.
Анна полулежала на диване. Эдуард ухаживал за ней, поднося на тарелочках всякие кушанья.
— Эдуард, а до этого я могу дотянуться сама, — капризничала Анна.
— Дотянись, — говорил Эдуард, отставляя тарелку как можно дальше.
— Твоей вредности нет предела! — возмущалась Анна.
Он подсел к ней.
— Нет предела моей любви, а вредность кончается на этом диване, — сказал он, склонившись над ней и целуя в губы. — Сейчас мы отдохнем и пойдем на прогулку.
— Куда?
— Мы поскачем на конях по берегу моря, сколько хватит сил.
— Пока не кончится море?
— Ты угадала.
Он встал и принес Анне коробку.
— Вот что я взял с собой, — сказал он, протянув коробку Анне.
Она узнала ее.
— Ты еще не забыл об этом?
Прозрачная розовая ткань сползла с дивана на пол. Анна подняла ее.
— Прямо сейчас?
— Только сейчас, — ответил Эдуард.
Анна облачилась в розовый пеньюар.
Эдуард расправил складки на пеньюаре:
— Вот так!
Прогулка на конях длилась до самого вечера. Счастливые любовники летели на них, как на крыльях. Брызги и песок из-под копыт обдавали их лица, а ветер развевал их одежды и волосы.