Все будет хорошо...
Шрифт:
— Тогда, может быть, вы окажете нам честь и полетите на нашем шаттле? — коварно пригласила я.
По смеющимся глазам Калерии, я поняла, что поступила верно.
Ещё бы! Новейшая навороченная техника… а мужчины всегда будут мальчишками!
— Мы согласны! Правда, милая? — Эльтасс одним глазом косил на жену, а вторым поедал наш шаттл.
— Правда-правда… — Калерия не скрываясь смеялась. — Идите уже! Мы — следом.
Мужья мгновенно занырнули в недра новой игрушки.
А мы с Калерией не спеша двинулись следом.
— Волнуешься? — подруга приобняла меня за плечи.
— ОЧЕНЬ! Лер, а вдруг у меня не получится? Вдруг он меня не услышит? Он ведь погибнет! И эта его спасительница… — у меня начинался конкретный мандраж.
— Эля! Посмотри на меня! — Калерия остановилась, заставляя посмотреть в её глаза, — Ты — Альфа! Ты — его Атея! Ты — единственная, кто сможет его спасти! Не смей сомневаться!
***
Перелёт на планету помню смутно. Внутри меня всё тряслось, словно я вся состояла из желе.
Калерия, выпроводив ВСЕХ мужчин (и моих мальчишек тоже), крепко держала меня за руку.
Мы у цели. Приземление. Иду к выходу, словно на плаху.
Спускаемся по трапу к встречающим.
Дружный клан тактично приветствует меня, причем на русском языке.
— Вы не имеете право! — отталкивая невероятно прекрасного пторха, к трапу стремительно подходит "спасительница", — Он потерял память, а теперь и разум! И всё из-за этой убогой! Пропустите меня к ней и мы всё решим в поединке!
ЧТО?! Это она сейчас мне угрожает?! ОНА ХОЧЕТ ОТНЯТЬ У МЕНЯ МОЮ ПАРУ!?
— Дорри, Ася — ПРОЧЧЧЧЬ! Я сссама ссс ней разберусссь! — меня накрывает багровым облаком безумной жажды убийства, — Берррт МОЙ!!!
Гасси дисциплинированно пропускают меня к разлучнице, заинтересованно разглядывая…
А! Видимо Дорри хвасталась перед Асей, как я её кормила и разрешала поохотиться. И Асе тоже хотелось… а тут вкусная, нежная девушка…
— Госпожа — НЕЕЕТ! — передо мной бухается на колени… пилот шаттла?! — Пощадите мою Пару! Она не виновата! Я уверен — её заставили! Лучше убейте меня!
— Зарт… — "разлучница", покачнувшись, сереет… закрывая рот ладошкой, — Они… сказали… что ты погиб… а брат снова проигрался и подсел на "Пыль"… мне было всё равно, что делать… Зарт… прости меня!
Девушка неверной походкой подходит к пилоту, всё ещё стоящему рядом со мной на коленях:
— Зарт… я не… у нас с бетой Бертом не было близости… Он категорически не хотел… он меня из жалости рядом с собой держал… чтобы брата не убили…
— Кассси!..
— Эля! Мои поздравления! Ты — проявилась! Ух… ты! У тебя красивые клычки! Платиновая! Ты — красавица! Правда, Эль!? Хоть и частично, но ты классная!!! — Калерия, вывернувшись из объятий своего трансформированного супруга, вихрем вилась вокруг меня. —
Оставив влюбленную Пару общаться, мы отправились дальше.
Гасси уползали с явным огорчением, особенно Ася, — мама не дала поохотиться!
А я уже забыла об инцинденте. Я рвалась к Берту! Наконец-то я увижу его! Сколько же я об этом мечтала!
Мы с Калерией, наперегонки, трусили за Эльтассом куда-то вниз… в подземелья величественного замка, являющегося Первым Домом Клана Карателей. Наверное, при других обстоятельствах, я бы оценила сдержано-могучую стать и красоту замка.
Но не сейчас.
Широкие ступени монументальной винтовой лестницы уходили в полутьму, разгоняемую матово-желтым светом шаров-светильников.
— Нам сюда, — Лера, придержала меня, направляя в ответвление, примыкающее к лестнице.
Несколко десятков шагов, и мы у двери, у которой организован блок-пост.
Дежурные офицеры лаконично приветсвуют нас, пропуская внутрь…
Я едва слышно рычала, раздраженная проволочкой… мне как можно скорее надо туда, к Берту!
— Как он, — это Калерия.
— Ухудшения нет. И это уже большая радость…
И вновь коридор-тоннель.
Калерия отстаёт, касаясь моей руки своей ледяной ладошкой:
— Иди одна… я буду за дверью… все камеры будут отключены… с тобой пойдут только гасси… Ни пуха, ни пера…
— К чёрту! — шиплю я, в нетерпении вырывая у подруги свою руку.
Ворота бесшумно закрываются, отрезая меня от Мрука, карианцев, сыновей, Калерии с мужем… И я стремительно подхожу к огромной клетке.
А в ней… гигантский полузмей. Он лежит, опираясь на сложенныенные кольца могучего хвоста. То, что Берт жив, подтверждает лишь едва заметное движение боков, при вдохе-выдохе.
Но вот он поднимается, разворачивая плечи. В его глазах разгорается жажда убивать. Ноздри, подрагивая, втягивают мой запах. Который он воспринимает как запах… добычи?
Ну, конечно же! Я боюсь! Но боюсь не ЕГО, а ЗА НЕГО! Но для наагата страх хоть и имеет разные оттенки, но всё равно остаётся — СТРАХОМ! А раз ты боишься, то автоматически рассматриваешься в качестве добычи!
То, что происходит, совсем не нравится гасси. Сестрички, негодующе шипя, разворачивают передо мной короны щупалец. Буквально выпивая мой страх и давая время на замену этой эмоции на другую…
На ЛЮБОВЬ! На жажду Обретения МОЕГО самца! Которого я никому никогда не отдам!
— Ты мой! — утверждаю я зло-упрямо, ввинчиваясь взглядом в безумные глаза любимого…
А в ответ получаю — удар исполинским хвостом по решетке! Вдрогнул, я думаю, весь замок.
А я только сильнее разозлилась!
Трясущимися от бешенства руками пытаюсь открыть замок камеры. Обдирая руки, шиплю от злости:
— Вот, значит, как ты меня любишь?! Козёл! Память, значит, потерял?! А совесть не потерял? Коббель!