Всадники Темного
Шрифт:
— Темный вечер, ашт Анвар, — поклонившись, вошел секретарь Темного: тощий, низкий гоку Абар.
Бледные, лишенные волосяного покрова существа до прихода Темного предпочитали жить в пещерах или норах. По сути своей хищники, гоку были слишком слабыми, чтобы представлять угрозу для людей или иных разумных монстров. Зато сами были объектом охоты демонов, чем-то невзлюбивших гоку с самого своего прихода в мир. Зато после явления Темного гоку заняли достойное своих способностей место. Писари, секретари и прочие похожие должности были заняты исключительно ими. Мозг тощих
— Ночь, Абар, ночь, — недовольно поправил Анвар. — Что ты хотел?
Абар, личный секретарь Темного, по своей воле никогда не покидал верхних уровней: гоку слишком чувствительны к свету, а на нижних он горел постоянно.
— Не я, ашт, вас хочет видеть Темный.
Абар потупился, заметив, как страдальчески поморщился Всадник.
— Срочно? — взяв себя в руки, слегка повернул Анвар голову в сторону гоку.
— Как всегда, ашт, — криво ухмыльнулся Абар тонкими, словно бумажными, губами.
— Иди, я следом, — отдал распоряжение Анвар. Дождался пока секретарь выйдет и выбрался из воды, подзывая наложницу, — подай мне костюм.
Одевшись, Анвар связал кожаным шнурком мокрые волосы и с отвращением передернул плечами, когда вмиг промокшие одежды прилипли к спине. Тяжело выдохнув и все же тихо выругавшись, он быстрым шагом направился к своему Императору.
Кабинет Темного находился в центральной части замка, клыком возносящейся над остальными строениями, на самой вершине. Дорога от купален до кабинета занимала немало времени: два нижних уровня, первый, с толпами придворной швали, второй, всегда пустующий и третий, четвертый с личными покоями генералов, только после их всех подъем в башню-клык, с еще десятком уровней.
Анвар дождался, пока Абар сообщит о его прибытии, и легко скользнул в огромное темное помещение.
Пускай оно было прозвано кабинетом тронный зал подходило куда лучше. У дальней от входа стены возвышался постамент. На нем мрачными изваяниями возносились: стол из цельного куска черного гранита с серебристыми вкраплениями-звездами и стул-трон с высокой резной спинкой и изображавшими морок подлокотниками. Остальное пространство, пустое и очень большое, было заполнено легкой темной дымкой, смазывающей границы и размывающей должные быть совсем рядом стены. Такая обстановка действовала угнетающе даже на таких сдержанных существ, как Всадники.
Темный не обратил внимания на вошедшего. Закутанный в свой извечный балахон, он сидел на стуле, склонившись над чем-то лежащим на столе и не видимым Анвару.
Оказавшись у постамента, перед величественным Императором, Анвар вновь почувствовал себя мальчишкой: маленьким, испуганным — мерзкие ощущения. Постаравшись отогнать их подальше, Всадник встал на колени:
— Вы звали меня, Великий?
— Да, Анвар. Я знаю, ты только вернулся и наверняка устал, — Темный оторвался от рассматривания стола, поднимая к Анвару провал капюшона. Голос его, тихий и крепкий, был слегка насмешлив, — но мне вновь нужны твои услуги.
— Все, что пожелаете, Великий, — признаться Темному, что ты устал, было равносильно
Не любили в Темной империи слабаков. Каждый, кто проявил непозволительные чувства, уходил очень быстро. Нет, сам Император не марал руки о недостойного. Таких обычно находили в вотчине Несущего боль, в пыточной, распятыми и не подающими признаков жизни.
— До меня дошли слухи, что светлые, позабыв границы, прошли излишне далеко на мои земли, — ехидно хмыкнула тьма под тканью.
Анвар был одним из тех, кто видел, что скрывает капюшон и больше этого не желал.
— Убери их Анвар. И да, постарайся привезти хоть одного живым.
— Великий, я… — Анвар вскинулся. Его не зря называли Несущим смерть.
— Не беспокойся. Я не заставляю тебя поступиться собственными принципами, — слегка качнул рукой, затянутой в черную перчатку, Темный, — с тобой поедет Несущий боль, твое дело не мешать ему.
— Как прикажете, Великий, — склонил голову Анвар, внутренне вспыхнув от досады. — Где мне искать светлых?
— Начнешь от Эльты, а дальше вот, — Темный бросил вперед небольшой амулет. Тот, опираясь на нити тьмы, мягко опустился рядом с Всадником.
— Когда мне отправляться?
— Утром. Иди, — и Темный потеряв интерес к своему Всаднику, опустил капюшон к тому, что ждало на столе.
Поднявшись и еще раз поклонившись, Анвар вышел из кабинета. Настроение, и до того не сильно радовавшее, упало окончательно. Мало того, что отдых испорчен — да поспать в своей кровати ему удастся, но мысль, что утром вновь в дорогу угнетала — так еще и Шутура ему навязали.
Шутур — Несущий боль, демон. Анвар — человек и этого было достаточно для презрительных взглядов и ненависти между двумя Всадниками.
Пока что Анвар считался самым сильным из Несущих, но поворачиваться спиной к проклятому демону… а уж тем более ночевать рядом с ним в походе.
Единственное, что позволил себе Всадник — это перенести выезд с раннего утра, наступающего в Темной империи, стоило небу из черного стать синим, на человеческое, когда солнце поднималось из-за горизонта. Демоны, как и любые темные твари, предпочитали полумрак. Так что, это была хоть небольшая месть за будущие неудобства.
Но настроение все эти трепыхания не исправили. Как не помогли ни шарно, ни наложница, прихваченная по дороге. В результате утром Несущий смерть находился в самом дурном расположении духа. Наорал на солдат, а слугу, не заметившего на седле Всадника пятна, перетянул хлыстом.
— Я смотрю, великий Всадник расстроился, что его вытянули из теплой постельки? — раздался ехидный голос за спиной, как раз когда разъяренный Анвар возвышался над упавшим слугой, едва сдерживаясь, чтобы не начать вымещать на нем все свое недовольство.
Анвар резко развернулся, уставившись на Несущего боль холодным взглядом. Лицо его при этом закаменело, не выражая ни единой эмоции:
— Не забывайся, Шутур.
— Прошу простить мою дерзость, Несущий, — слегка склонил шипастую голову демон, но тон и блеск в алых глазах давали ясно понять, что он на самом деле думает.