Время вспомнить

Норд Наталья

– Боюсь, что да...в смысле...все прилично, но молодой человек явно влюблен.

– Ясно, значит, сам он от нее не отречется - она не из тех, кто позволит рыбке сорваться с крючка. Малышка решила сама выбрать себе мужа, как всегда, посчитав себя самой умной, вот только выбор не совсем удачный. Ни для нее, ни для всех нас. А ведь мне доподлинно известно, что Гераш уже нашел своему сыну невесту, наследницу небольшого, но удачно расположенного владения, граничащего с его землями. Вряд ли он захочет видеть в невестках сироту неизвестных кровей, хоть

компаньонку королевы....Боги, боги....Как мне теперь все это уладить? Глупая девчонка. Помнишь, как она у нас появилась? Может, и вправду говорят - дурная кровь... А ведь вы все уже почти пристроены, - королева одарила Тай лукавой улыбкой.
– Я нашла вам женихов, и ты, Тай - а не глупышка Дейдра - первая на выданье.

Девушка покраснела и кивнула. Магрета уже давно намекала на нечто подобное.

– Старшие должны выходить замуж первыми. Однако пусть это пока и устная договоренность, между мной и родителями ваших женихов, но мне будет стоить большого стыда объяснить, что случилось с моей младшей воспитанницей....Опять же, если Гераш уговорит сына отречься от общения с Дейдрой, будут сохранены хорошие отношения с владетелем, но репутация Дейдры пострадает. И так, и этак - нехорошо... Ладно, после прогулки попрошу Таймиира отвлечь Гераша, а сама попробую поговорить с 'голубками' наедине. Постараюсь уговорить их прервать общение, пока еще возможно.

****

Тай подбросила в печь несколько поленьев. Она отлежала руку, прошло уже более получетверти, но перед глазами все вставали картины последних трех лет, на сердце было тяжело; Тай взяла гребень и принялась расчесывать волосы, нещадно раздирая сбившиеся прядки.

****

– Эй, Тай! Тай! О чем ты там задумалась?
– Релана стояла среди покосившихся валунов.
– Королева там уже так долго! Может, нужно сходить за ней. Нас ждут в замке. Я обещала помочь с праздничными флагами.

– А мне надо настроить инструмент, - хмуро подала голос Дейдра.
– Если никто не пойдет, я сама позову королеву, даже если она будет распекать меня за прерванную молитву.

– Я схожу за ней, - Тай встала с травы, отряхивая платье.

Королева лежала на боку, согнув колени, скромная коричневая юбка обнажала часть по-стариковски суховатой ноги над ботинком. Голова ее щекой покоилась на каменной плите посреди главного нефа. Каменный змей, обернувшийся в семь витков вокруг сакрального столба, казалось, охранял ее молитву, бдительно растопырив капюшон. Тай застыла под сводом прохода, потом, собрав все силы, приблизилась.

Магрета была мертва. В открытых глазах застыли удивление. Она молилась или отдыхала, когда ее настигла смерть, ушла так же, как жила - тихо, в терпимости, непротивлении и смирении. Тай опустилась на колени перед телом королевы. Эти несколько минут, быть может, секунды, прежде чем она позовет кого-то, принадлежали только ей, и она радовалась, что сама вызвалась сходить за Магретой в Храм. Остальные девушки, должно быть, еще там: сидят на траве, ждут и не знают, что их жизнь изменилась. Навсегда.

Тай нежно коснулась прохладной щеки королевы, одернула ей юбку. Она никогда не считала ее матерью, слишком велики были заботы правительницы, слишком мало времени она проводила со своими воспитанницами. Магрета не вытирала их детских слез, не рассказывала сказок на ночь, не утешала в минуты первых девичьих разочаровании, но именно она дала Тайиле имя в тот день, когда проходила по саду резиденции, а маленькая рыжая девочка, занятая поиском красивых камушков на дорожке, подняла на нее глаза, щурясь от солнца. 'Какая красавица - Тай иила'!- воскликнула королева, что означало 'с глазами цвета моря'. Она всегда была для девушек тем, кто ограждал от неведомой, опасной жизни за пределами их маленького мирка, давал мудрые советы и радовался скромным победам.

Самой сильной и страшной оказалась реакция Дейдры. Тай даже на несколько секунд показалось, что девушка испытывает настоящее горе. Младшая воспитанница упала на колени в траву, билась и рыдала, пачкая землей руки, лицо и волосы. Латия и Кратишие кинулись ее поднимать, сами заливаясь слезами. Релана стояла поодаль, глядя на море, потом обернулась и кивнула Тайиле. Лицо ее было бледным, губы дрожали.

– Нужно сообщить в замок, пусть кто-нибудь останется с Дейдрой. В таком состоянии она не дойдет. Я побуду возле...тела.

Кратти осталась утешать Дейдру, Релана вошла в Храм, Латия и Тайила двинулись вверх по узкой тропинке. Пухленькая Латия едва поспевала. Поднявшись на пыльную дорогу к замку, они встретили слугу. Ему было поручено разыскать владетеля, который в суете предпраздничной подготовки мог оказаться, где угодно, и вызвать того к Пятихрамью. Сами девушки остались ждать у входа в хозяйственную часть замка.

Девушки стояли и смотрели на Пятихрамье. Погода портилась, на небо наползали тусклые рваные облака, крепчал холодный западный ветер. Латия обхватила себя руками и сказала:

– Не знаю, что со мной. Я словно онемела внутри. Я должна, наверное, рыдать, как Дейдра. Магреты больше нет.

– Дейдра плачет не из-за смерти Магреты, ты же знаешь. Она испугалась.

– Я тоже боюсь. Я почему-то боюсь, а не скорблю.

– Все еще придет, Латти, будем вспоминать ушедшее безвозвратно время, как самое счастливое, оплакивать королеву и то, что потеряли.

Девушки зашли за стену, чтобы укрыться от ветра, Тай развернула свою шаль и накинула одну половинку на плечи Латии.

– Наверное, для Дома это большое благословение - умереть в храме в канун Тан-Дана, - задумчиво произнесла Латия.
– Душа уйдет на другой цикл с легкостью. И вообще, наша королева - святая, то есть...была святой. Как ты думаешь?

– Я не знаю, - сказала Тай.
– Я всегда считала ее святой, но сама она часто повторяла, что совершила много грехов.

– Все старики так говорят, - Латия пожала плечами.
– Жаль, что в Храме в тот момент никого не было, никто не услышал ее прощальных слов.