Время волков
Шрифт:
Лайдерс выказал нечто, напоминающее сомнение:
– Ваше величество… Айтверны и Тарвелы служили вашему роду тысячу лет.
– Ну да. Служили. Тысячу лет. И что дальше? Если они больше служить не хотят? Мне по этому поводу полагается повеситься с тоски? Мартин, тебе ли не знать, что я проявил к Айтвернам столько великодушия, что хватило бы на десяток упрямцев рангом пониже. И не моя вина, что они дружно, папаша и сынок, уперлись рогом. Сами виноваты, вот пусть и получают все причитающееся. Я не ангел, не святой и даже не благородный рыцарь, и от избытка милосердия не страдаю. Все, кто не со мной, сами мастерят себе виселицу. Я не намерен терпеть поражения, а значит,
Мартин Лайдерс рывком поднялся со скамьи и изобразил церемонный поклон. Черные с проседью волосы упали на лоб, и Гледерик подумал, что повелитель Севера вовсе не так уж и молод. Раймонд Айтверн, со своей золотистой шевелюрой, гладкой белой кожей и легкими порывистыми движениями даже в сорок с лишним лет казался почти юношей, близнецом собственного сына, а его ровесник Лайдерс пребывал в каком-то шаге от старости, хотя и оставался крепок телом. Север более суров к своим детям, нежели юг. У Мартина имелся взрослый сын, но Брейсвер ни разу его не видел, наследник Лайдерсов остался в Шоненгеме, держать те земли под своей рукой от имени отца. Интересно, каков тот сынок из себя? Наверно, зануда не хуже папаши.
– Я понял, ваше величество, - чопорно сказал Лайдерс.
– Вы совершенно правы в своих решениях.
– Приятно слышать, старина. Еще одного мятежника я бы не пережил.
– Гледерик подошел к герцогу и положил руку ему на плечо.
– И, умоляю, не подумай, что мне приятно все это делать. Мне и самому слегка неудобно, но куда деваться?
– Брейсвер кривил душой, зная, что обман подобного рода будет Лайдерсу наиболее приятен. Как легко водить за нос других, нужно всего лишь повторять им ту ложь, что они сами состряпали для себя.
– Да, мы по самые локти в грязи, ничего не поделаешь, но если начнешь миндальничать - недолго пойти на корм червям. В простонародье говорят, что если живешь в волчьем обществе, то и выть полагается на волчий манер, толковое изречение, правда?
Мартин кивнул:
– Да, ваше величество. Мы не можем отдать Иберлен на поживу тем, с запада… Они растащат по кусочку то, что от него осталось. Мне было нелегко принимать некоторые решения из тех, что я принимал, но все, что нами делается, делается ради высшей цели. Пусть нас проклянут иные из современников, но зато помянут добрым словом потомки.
– Отменно сказано, дружище! А теперь, раз уж ты укрепился в своей решимости, иди исполнять приказ. И смотри, не вздумай возвращаться без хороших вестей - обижусь.
Глава пятнадцатая.
– Господин маршал! Сэр!
– Майкл Джайлз просунулся в шатер и замер, с долей нерешительности оглядывая собравшихся там благородных господ. Вид у Джайлза сделался слегка потерянный, и Артур с трудом сдержал усмешку. Он до сих пор не мог взять в толк, отчего это его нежданный оруженосец дичится людей. Вроде и не трус, и не дурак, однако же… Впрочем, дело его. Если хочет вздрагивать при каждом шорохе, пусть вздрагивает.
– Добрый день, молодой человек, - изрек Артур и мысленно чертыхнулся. Это идиотское "молодой человек" так и норовило пристать к языку, по наследству от отца ему эта белиберда досталась, что ли? Всего смешней было то, что они с Майклом - по сути, ровесники.
– Что именно привело вас ко мне, да еще в столь неожиданный момент?
– заданный вопрос прозвучал еще хуже, чем приветствие. Артура не оставляло ощущение, что его устами говорит лорд Раймонд. Ему это не нравилось. "Папа, ты же умер, вот и оставайся там, на облаках, среди ангелов и праведных
– Я, кажется, приказывал вам идти отдохнуть, - продолжил он, отгоняя дурные мысли.
– Сэр… Там конный разъезд девушку одну обнаружил. Шла в лагерь. Говорит, вы ее знаете.
Девушку? Какую еще девушку? На мгновение Артуру подумалось, что речь идет о Лаэнэ, за непонятной надобностью догнавшей выступившее на восток войско. Хотя нет, что за бред. Майкл прекрасно знает Лаэнэ в лицо, да и потом, что сестре здесь делать? После всего, что случилось? Когда Артур и Гайвен вернулись в Стеренхорд, чтобы поднять армию, Лаэнэ даже не вышла встречать своего брата.
– Полагаю, сударь, - "сударь" - это намного лучше, чем "молодой человек", - полагаю, сударь, вам хватило ума поинтересоваться у сей особы, как ее зовут?
– Да, сэр, - Майкл выпрямился. Уже не растерян. Наоборот, злится. Ну и хорошо, у некоторых людей от ярости мозги начинают работать быстрее.
– Хватило.
– Очаровательно. Ну и как же?
– Сэр, ее имя Эльза. Эльза Грейс.
Эльза?! Сказать, что Артур испытал удивление, означало ничего не сказать. Он уже почти забыл о языкастой бардессе, встреченной им в деревне Всхолмье, в день, когда он узнал о смерти отца. За последние недели приключилось столько всего, что недолго было запамятовать и собственное имя. А вот Эльза, оказывается, не забыла о своем случайном знакомце. Ну что ж, не самая плохая новость из возможных, скорее даже наоборот, приятная. Артур подумал о мягких губах Эльзы, о ее волосах, пахнущих полевыми цветами, и понял, что улыбается.
– Майкл, проследи, чтобы госпожу Грейс отвели в мой шатер и оказали ей всевозможное почтение. Если она голодна с дороги, пусть подадут обед. Скажи Эльзе, что я приду к ней, как только освобожусь. Ступай.
– Слушаюсь, сэр.
– Юноша коротко поклонился и вышел.
Артур понял, что добрая половина половина сидящих сейчас за столом военачальников с интересом на него пялится. А вторая половина старательно делает вид, что ничего не слышала. Гайвен, например, относится ко второй половине, опустил голову и скребет ногтем расстеленную на столе карту срединного Иберлена. Молодец, хороший мальчик. А Тарвел, сволочь, принадлежит к первой половине, и даже не старается спрятать ухмылки.
– Вернемся к совещанию, господа, - сказал Айтверн раздраженно.
– Милорд Тарвел, вижу, вы просто светитесь от радости. Надеюсь, после сражения ваша радость не обратится в печаль.
Лорд Дерстейн нахмурился:
– Сэр, я и сам надеюсь, что не обратится. Позиции у нас хорошие, численное соотношение - тоже, ну и план мы придумали вполне достойный… Граф Рейсворт не даст соврать, ваш отец и тот бы одобрил такой план. Одна загвоздка, Лайдерс тоже совсем не дурак и войну знает. Я сражался вместе с ним на восточной границе, десять лет назад, против лумейцев. Он толковый полководец, может и придумать чего в ответ на наш план. Так что там дальше - как карта ляжет.
– В таком случае, герцог, не забудьте помолиться перед битвой.
– Парень, - на сей раз Тарвел не вспомнил об субординации, - ты говори, да не заговаривайся. Для меня важней, чтоб мои солдаты не отпраздновали труса, а меня самого не подвела рука… а всякие молитвы - дело хорошее, тут с тобой бы согласился любой священник, но весьма второстепенное. Никакие молитвы тебя из задницы, извини, не вытащат.
– Забавно, у Тарвела внешность ученого или монаха, а ведет он себя, как какой-нибудь безродный наемник. Или веселый фермер. Удивительное несоответствие коры и сердцевины.