Время верить
Шрифт:
— А в руках у вас что? Дар, это же осиновые колы!
Я бы с удовольствием валял дурака ещё дальше, но вид этих обескураженных охотников на упырей вызывал жалость.
— Лаэли, ну хватит. Видишь — люди работают. Не издевайся.
Главарь доморощенных ведьмаков покраснел до кромки шапки и потряс пистолетом.
— Вы обвиняетесь в учинении злостного колдовства, направленного на причинение ущерба и смерти одушевлённым и неодушевлённым элементам города!
— Уважаемый, — поморщилась моя спутница. — Вам бы в милиции протоколы составлять. Да и
— Вы были на проклятом кладбище!
— А у меня там дедушка похоронен! Ви таки думаете, шо я не похож на еврея, да?
Кто-то из охотников, понормальнее, прыснул от смеха. Главный злобно зыркнул на весельчака.
— Будь ты хоть негром, упырь, мы тебя сейчас упокоим!
— Вы даже не представляете, насколько близки к цели, — вздохнула Лаэли. — Однако, если он упырь, то кто я?
— Упыриха, — подумав, сообщил охотник, опуская пистолет.
— Сам дурак. Можно я буду просто злобной ведьмой?
— Нет. На ведьм не действует осиновый кол!
— Жаль, — посочувствовала девчонка. — Ладно, буду упырихой.
— Я тут анекдот вспомнил. Наш, Т`Эллский, но ситуация подходящая. В общем, встречаются два крестьянина. Один говорит другому: "У меня сосед — вампир!" — "Почему?" — "Я его ткнул осиновым колом в сердце, а он взял да и умер!"
— Ты не умеешь рассказывать анекдоты, Кенррет. И вообще, мне скучно. Пойдём отсюда.
Толпа охотников сгрудилась, закрывая проходы с площади. Мы переглянулись. Что делать с этими идиотами? Не убивать же за глупость. Если так делать, придётся начать с меня.
Глава 19
ЛАЭЛИ
Так что же делать с этими беднягами? Они ведь всерьёз собираются нас прикончить. Неловко даже как-то разочаровывать. Неожиданно стоящий ближе всего ко мне паренёк с осиновой палкой как-то странно всхлипнул и побледнел, оседая на землю. Как ни странно, остальные повторили его манёвр с некоторыми индивидуальными оттенками. Может, это какая-то новая тактика?
…Однако когда пятки последнего незадачливого охотника скрылись за углом под настойчивые вопли "ДЕМОНЫЫЫЫЫ!", я позволила себе обернуться и смерить дроу упрекающим взглядом. Стоило мне увидеть этого, с позволения сказать, умника… боги мои!
Мало того, что он вернул себе истинный облик, так он ещё и нацепил себе парочку лишних лап по примеру джиннов, рога, подозрительно напоминающие бараньи, свиной пятачок, один красный глаз посреди лба, клыки и хлопающие за спиной чёрные простыни… пардон, крылья…
…Убрав всю эту красоту, напарник хмуро прищурился и скрестил руки на груди, глядя на меня, погибающую от хохота на истоптанном снегу.
— Если не перестанешь валяться у меня в ногах, добавлю тебе такие же прелести!
— Дар… — простонала я, пытаясь справиться со смехом, — мы идиоты!
Он подумал, а потом рывком вздёрнул меня на ноги. Я пошатнулась.
— Да. Но ведь это не помешает мне выиграть
…Теперь мы постоянно прикрывались Пологом Невидимости, что обеспечивало наиболее полную защиту от всяких доброжелателей. А вдруг тут целый цех этих охотников на упырей, и сейчас за нами прёт, пылая местью, ватага счастливых обладателей осиновых кольев?
В общем, честно заслужив звание идиотов, мы решили действовать соответственно, и вернулись на кладбище. Даже круглобокая белая луна вылезла из-за тучек, чтобы насладиться этим зрелищем.
Кто был неопытным чародеем? Кто свершал магию прямо на кладбище? Какое некромантическое действие могло потребовать привязку к самому источнику? Правильно…
"Дело было в 1580 г. Один священнослужитель по имени Тадеуш, фанатический противник евреев, собирался возобновить гонения на это народ. Рабби Лев узнал об этом вовремя и во сне задал небу вопрос, какими средствами начать ему борьбу со злым врагом.
Он получил следующий разложенный по алфавиту ответ:
"Ata Bra Golem Dewuk Hachomer Wrtigzar Zedim Chewel Torfe Jisrael."
"Сотвори Голема из глины и уничтожь пошлую чернь, пожирающую евреев."
Рабби Лев истолковал сочетание слов так, что он может при помощи открытого ему небом числа букв создать из глины живое существо. Он велел привести своего зятя Ицхака бен Симеона и его ученика, левия Якоба бен Хайим Сассона, и поведал им тайну, как может быть создан Голем: "Я требую вашей помощи потому, что для его сотворения нужны четыре стихии: ты, Ицхак — стихия огонь, ты, Якоб — вода, я сам — воздух, мы вместе создадим из четвертой стихии — земли, Голема". Он научил их до подробностей тому, как нужно сперва освятиться и очиститься, чтобы подготовиться к великому делу сотворения искусственного человека.
В установленный день при свете факела и под чтение псалмов работа проходила в лихорадочной спешке. Они вылепили из глины фигуру мужчины со всеми конечностями длиной в три локтя. Голем лежал лицом вверх. Потом мужчины стали у его ног так, чтобы смотреть ему прямо в лицо. Он лежал без движения, словно мертвец. Тут рабби Лев приказал священнику Ицхаку семь раз обойти вокруг глиняного тела справа налево, доверив ему зируфим, фразу, которую тот должен при этом произнести. Когда так случилось, глиняное тело стало огненно-красным.
Рабби Лев велел и левию Якобу обойти тело справа налево точно столько же раз, сообщив и ему определенный для его стихии цируфим. Когда тот завершил свое задание, огненно-красный цвет исчез, и в глиняном теле потекла вода; из кожи пробились волосы, а на пальцах — ногти.
Тут рабби Лев сам обошел глиняное тело, вложил ему в рот написанный на пергаменте шем и, кланяясь к востоку и западу, югу и северу, все трое одновременно произнесли слова: "И вдунул в лицо его дыхание жизни, и стал человек душою живою." И вот благодаря трем стихиям: огню, воде и воздуху, четвертая стихия — земля, ожила. Голем, открыв глаза, озирался, будто в изумлении.