Время созидать
Шрифт:
– Видите? Таракан хочет спрятаться! – голос Рори стал резче и громче.
Они шли следом, но не очень-то и спешили, уверенные, что Арон не сможет от них ускользнуть. Улица никуда не сворачивала, а до дома идти еще далеко. Может, они отстанут?..
Но Арон чуял – не отстанут. Он слышал смех за спиной и кусал губу. Надо решаться. Их там человек пять, не меньше, и все, кроме Людо, – старше него на два года. Высокие и крепкие.
Их взгляды, их насмешки будто прожигали в спине дыру, и спина невыносимо чесалась оттого,
Была бы с ним книга Эрме-Ворона! Но книга осталась на чердаке, и Арон так и не решился полезть туда снова. А то он бы показал им, на что способен! У них-то никакой силы нет! Обычные мальчишки. А он, если захочет, станет таким же сильным, как Эрме!
– Эй!
Арон не оборачивался. Делал вид, что ему все равно.
– Что, бежать надумал? Трус, – Рори выплюнул это слово, как плюют косточками от вишни. – И вор.
– Отстань, – зло бросил Арон.
С двух сторон улицы тянулись глухие заборы – не убежать, не перелезть. Рори и его дружки настигали Арона.
Краем глаза Арон увидел, что Людо смотрит в сторону и медлит. Предатель! Испугался после той истории на чердаке! Арон развернулся к ним, решительно шагнул навстречу.
– Ну-ка, расскажи, как в твоем навозном хлеву живется? – Рори засмеялся.
– Хорошо живется, – буркнул Арон. – Не хуже, чем в твоем!
– То-то от тебя воняет, – тон Рори стал насмешливым. – Что, нравится дерьмо? Шлюхин сын.
Арон видел его злые глаза и тяжелый вздернутый подбородок. В ушах шумела кровь. «Убей», – шепнуло ему что-то темное за спиной и подтолкнуло вперед.
Арон бросился на Рори, и тот не успел отскочить.
– Только скажи еще что-нибудь! – кричал Арон. – И будешь ползать в своей блевотине и кровище!
Рори шлепнулся прямо в лужу, и Арон злорадно захохотал, глядя на то, как он пытается встать, но скользит и падает на мокрых камнях. Наконец он смог подняться. Даже сквозь облепившую его лицо грязь было видно, как он покраснел, он силился сказать что-то – и не мог. Словно растерял все свои колкие, острые слова, обидные и жалящие.
– Ты. – Рори презрительно скривил губы. – Таракан.
И ударил Арона в лицо.
Острая боль обожгла, что-то хрустнуло. Во рту стало солоно, и Арон сплюнул кровь.
Прыгнул вперед, схватил, дернул, укусил в плечо, Рори взвыл – и они покатились клубком по земле, безжалостно лупя друг друга.
Удар в живот, в солнечное сплетение. Пинок под ребра. Арон согнулся пополам от острой боли, вонзившейся в тело.
– Чтоб ты сдох, Рори!.. – Арон захлебывается криком. Его бьют дружки Рори – со всех сторон сразу: по носу, по голове, по спине… Арон крутится, как ужаленный пес, пытается ударить в ответ – но мимо. Хватает чьи-то руки и ноги, встает, падает… Дерется отчаянно, но сил уже почти нет.
И слышит, как издалека, смех мальчишек и сдавленные вскрики Людо. Предатель…
Еще один удар в грудь. Перед глазами
Это Эрме! Эрме-Ворон помогает ему!
– Чтоб вы все сдохли! – торжествующе кричит Арон, за что получает удар куда-то в бок.
Он не видит мальчишек, но слышит, как они ругаются, вопят и стонут. А потом – топот ног и тишина.
Тишина заложила уши, камнем упав на сонную улицу.
Только через некоторое время Арон понял, что начался дождь. Он лежал, скрючившись, и боль пульсировала в руке барабанным ритмом. В голове шумело. И слабость не давала подняться.
Веки слиплись и опухли – кто-то здорово засадил ему в глаз. Арон мстительно подумал, что Рори тоже хорошо досталось, а может, тот и в штаны от страха наложил, когда увидел настоящую магию.
Настоящую… Значит – он все-таки обладает силой! Значит, ошибся старик Грегор!
С трудом Арон встал. Сколько идти до дома? Сто, двести шагов?.. Дождь стоял стеной, и ничего не видно вокруг, кроме серо-зеленых пятен.
Мимо прогрохотал экипаж, обдав Арона грязными брызгами.
– С дороги! – крикнул возница, но из темноты кареты кто-то приказал ему придержать коней.
– Господин Элберт! – окликнули его, и Арон медленно повернул голову. Узнали! Сейчас потащат домой, а может, и драку видели… И тогда мама точно запрет его на всю жизнь под замком, чтобы мучился в компании задачек. Рассердится – и запрет! А если узнает еще, что колдовал, – отправит в Отречение, тут и думать не надо.
Он попробовал пойти быстрее, но ступать было больно.
Из кареты выглянуло остренькое личико Унны Моор, их соседки, очень-очень старой соседки… Она щурила подслеповатые глаза, вглядываясь в Арона. Про Унну Моор говорили, что она безумная.
– Как твоя матушка? – словно не замечая ни крови, ни разодранной грязной одежды, как ни в чем не бывало спросила госпожа Моор. – А брат? Он здоров? Слышала, сестра твоя уже вышла замуж…
Арон попятился. Шаг назад, еще и еще. От взгляда госпожи Моор сердце замерло, и Арон забыл, как дышать. Старуха смотрела на него, но видела сейчас кого-то другого, кого знала очень много лет назад, ведь у него не было ни сестер, ни братьев.
– Вы ошиблись, – пробормотал Арон.
– Гарольд, будь добр, передай матушке, что я загляну к ней на днях. – Унна Моор смотрела сквозь него. – Она обещала показать мне кружева из Мирита…
– Угу. – Арон кивнул, соглашаясь, чтобы поскорее от нее отелаться, и заковылял быстрее.
На этом Унна Моор потеряла к нему всякий интерес и приказала кучеру ехать дальше. Арон облегченно вздохнул. Повезло! Матери она ничего не расскажет. И если повезет еще раз, то он проберется домой незамеченным.