Время сестер
Шрифт:
Сед принес чайник со сладким чаем и поставил его в центр стола.
– Тебе не придется умолять, – сказал он.
Харпер подлила себе чаю и передала чайник Тауни. Из всех троих Тауни всегда была самой миловидной. Изящная фигура, пышные формы, самые светлые волосы и тонкие черты лица – у нее не было отбоя от мужчин, которые бегали за ней как верные собачонки. Без сомнения, она не станет менять своих крутых подружек из женского сообщества в последний год учебы на работу в пансионате и жизнь в лачуге у озера.
В голове Харпер вдруг заиграла старая знакомая мелодия. Была однажды такая песня про трех подруг, и
Однако при взгляде на загрубевшие руки Тауни, Харпер стало ясно, что та уже давно не пользовалась кремом и позабыла про маникюр. У студентки из женского сообщества не могло быть таких рук. Эти руки познали тяжелый труд. А где же ее неизменные высокие каблуки? Три года назад, когда Харпер видела ее в последний раз, она ни за какие коврижки не надела бы эти дешевые кеды, в которых она сидела сейчас. Так чем же ее младшая сестра занималась весь прошлый год?
– Соглашусь с Даной. Посмотрим, что написано в завещании. Если она оставила все хозяйство на нас, то я останусь, по крайней мере, до конца лета. Если нет, то… – Тауни пожала плечами, – Харпер, наверное, превратит это место в реабилитационный центр для алкоголиков?
– Нет уж, лучше сделаю из него бордель, – парировала Харпер. – Наберем десяток девиц, распределим по коттеджам и…
Дана укоризненно погрозила им пальцем.
– Хватит уже. Вообще-то, здесь Брук.
– Да я в курсе, что такое бордель, и, по-моему, это прибыльный бизнес, – высказалась Брук с блеском в карих глазах. – А вы всегда так друг друга ненавидели?
Харпер ухмыльнулась.
– Да мы просто идеальный образец истинных взаимоотношений между сестрами. Вся эта байда про семейные узы и братскую любовь – полный бред. Мы еще сто лет назад поняли, что не ладим, но ради бабушки терпели друг друга несколько недель каждым летом.
– Как все-таки славно, что у меня нет сестры, – заявила Брук.
– Блаженный ты ребенок, – искренне согласилась Харпер.
– Аминь, – хором отозвались Дана и Тауни.
Глава вторая
– Приветствую, дамы. Меня зовут Джон Томпсон, я из конторы «Томпсон, Томпсон и Клэри», – сказал юрист, зайдя в кафе.
Судя по всему, никто, собираясь на озеро, не считал необходимым надевать костюм-тройку и броги. Юрист оказался невысоким мужчиной с ободком каштановых волос вокруг лысой головы, что придавало ему сходство с монахом. Очки в тонкой металлической оправе обрамляли его ребяческое личико; он был одет в коричневый трикотажный кардиган поверх голубой рубашки и в брюки цвета хаки. Он даже не удосужился повязать галстук.
Его ковбойские сапоги имели высокий скошенный каблук, что укрепляло уверенность в том, что он наверняка страдал
Харпер поднялась со стула и протянула ему руку.
– Я Харпер Клэнси, это Тауни, а это Дана и ее дочь Брук. Вы уже пообедали? Сед готовит обалденные бургеры.
– Спасибо, я уже поел.
Ему пришлось поднять голову, чтобы встретиться взглядом с Харпер, после чего он быстро пожал ей руку и сразу же отпустил.
– Предлагаю сразу перейти к делу. Рад со всеми познакомиться. Мисс Джоанна… я полагаю, вы все называли ее Энни, однако согласно завещанию ее полное официальное имя – Джоанна Клэнси. Итак, она очень хорошо отзывалась о каждой из вас.
Харпер откинулась на спинку стула. Еда помогла унять головную боль, а пирог с пеканом был отменным, но все же она надеялась, что юрист не станет целую вечность читать всю эту юридическую лабуду, потому что банановый пудинг на десертном столике так ее и манил.
Он открыл портфель, но садиться не стал.
– Я сделал для каждой из вас копию завещания, но мисс Джоанна также обязала меня прочитать ее письмо. Оно в принципе все объясняет. Копия письма также находится в пакете с завещанием вместе с копией свидетельства о смерти для каждой внучки.
Он выпрямился, стараясь казаться как можно выше, расправил сложенное письмо в слегка высокопарной манере и начал его зачитывать.
Если Джон читает вам всем это письмо, то, значит, я умерла и мой прах уже на попечении Седа. Не переживайте, когда он разделит со мной вечность, вы поймете, почему именно Сед за ним присматривает. Я хотела оставить все ему, но он не согласился. Он сказал, что вы, девочки, должны владеть пансионатом вместе, потому что вы мои кровные родственники. Итак, вот мои условия. Пансионат ваш, но продавать его нельзя. Он перейдет вашим детям, и мне хотелось бы, чтобы он просуществовал как можно дольше. Так что если вы пожелаете отказаться от своей доли, вы вправе сейчас встать и уйти ни с чем. Если же вы решите остаться, то каждую пятницу будете получать жалованье за свой труд. Прибыль по итогам года будет распределена между вами тремя и Седом.
Дана будет руководить магазином. Она больше, чем остальные, понимает в управлении бизнесом, потому что чаще здесь бывала. Тауни займется бухгалтерией и отчетностью вроде зарплат, страхования и налогов. Я распоряжалась этим годами, но ей должно быть легче, ведь она изучала эти предметы в колледже. Сед поможет ей освоиться за компьютером. Харпер, тебе я поручаю быть на кухне с Седом, и тогда Флоре останется только уборка коттеджей. Вы сами отвечаете за порядок и чистоту своего жилья, будь то дом или коттедж. Флора не станет за вами подбирать, а когда вы привыкнете к своим новым обязанностям, она со спокойной душой уйдет на пенсию.
Харпер издала долгий стон. Ей совсем не хотелось горбатиться в кафе, но бабушка Энни обещала неплохие деньги, да и работать вместе с дядей Седой должно быть намного приятнее, чем с ее бывшими начальниками. Она кинула взгляд на Тауни. На кукольном лице ее сестры красовалась самодовольная улыбка. Дана, похоже, испытала облегчение, что ее поставили командовать в магазине.
– Есть вопросы? – спросил Джон.
Харпер покачала головой.
– Мне все предельно ясно. Я все равно хотела немного здесь поторчать.