Время проснуться
Шрифт:
— Что, совсем все плохо, да? — Насте надоел прилипчивый Альберт, тем более она опасалась, что сейчас в коридоре появится Крис и тогда все, явно полетят чьи-то головы.
— Ты о чем?
— Ты подсел к незнакомой девушке и с ходу начинаешь хвастаться материальным достатком. То есть сам ты, как человек, пустышка? Раз больше ничего не можешь предложить?
Парень заморгал, пытаясь сообразить, где и как его только что оскорбили. Потом наклонился вперед и зашипел:
— Ты чего, совсем что ли?
— Я тебя сейчас отсюда пинком выкину, чувак. — послышался спокойный голос рядом. Оказывается тихий разговор привлек внимание сидевшего на соседней скамейке мужчину, уже в годах, но подтянутого и выглядевшего весьма моложаво.
— А вы еще кто? — огрызнулся Альберт, тогда как Настя благодарно посмотрела на вмешавшегося.
— Человек. — усмехнулся тот. — Нормальный человек, в отличие от тебя, приставка к фирме и машинке. Ноги в руки и дуй отсюда. У этой девушки сейчас парень выйдет из кабинета и тебя раскатает как блин. А я ему помогу.
Бормоча что-то нелестное, Альберт убрался обратно в конец коридора, где, в окружении компании, явно начал нелестно высказываться о Насте.
— Спасибо. — взглянула девушка на мужчину, тот лишь отмахнулся:
— Не за что, такие уроды как пиявки: не особо опасные, но мерзкие. А вот и ваш друг.
И правда, из кабинета вышел Крис и махнул Насте рукой, чтобы она заходила вместо него.
Про небольшой инцидент он так и не узнал. Только поэтому внешность Альберта не претерпела сильных изменений.
После медосмотра потянулись часы ожидания. Хорошо еще, что дождь прекратился, и Настя перестала с опаской поглядывать на серое осеннее небо.
Крис немного ошибся в расчетах, и их очередь прыгать подошла не к пяти часам, а в районе шести, в одной из последних групп. К тому времени и он сам, и Настя слегка обалдели от ожидания. Они несколько раз посидели в единственном на всю округу кафе, выпили из термоса весь кофе, сфотографировались везде, где только можно было и обсудили, наверное, все пришедшие на ум темы. Ну и, конечно, поцелуи никто не отменял. Поцелуи с привкусом кофе и осеннего ветра.
Перед самым взлетом, уже когда все надели темно-зеленые комбинезоны, шлемы и очки, к каждому подошел инструктор и коротко объяснил, что и как надо делать. Настя, внимательно выслушав «своего» инструктора — молодого светловолосого мужчину — принялась отстукивать зубами какой-то африканский ритм. До нее только сейчас дошло, что она действительно скоро прыгнет с парашютом. Ага, с высоты четырех километров. Девушка потерла руками похолодевшие щеки и строго велела себе не паниковать. Вон все прыгают и нормально.
Стучать зубами она продолжала и в самолете, правда, за шумом двигателя этого не было слышно. Но Крис все равно почуял неладное и, обняв
— Тупо расслабься, ладно? Не бойся, никуда тебя не унесет, у тебя инструктор вон какой здоровый бугай.
— Вот спрыгну и напьюсь. — проворчала Настя. От Криса шло успокаивающее тепло, и девушка скорее согласилась бы спрыгнуть в тандеме с ним, нежели с каким-то незнакомым мужиком. Увы, ее мнения почему-то спросить забыли.
На высоте одного километра из самолета выпрыгнули трое уже опытных парашютистов, среди них и противный Альберт, остальные продолжили подниматься дальше.
И вот, настал момент «икс», когда самолет поднялся на высоту четырех километров.
Настя прижала руку к груди, чувствуя, как ритм сердца ускоряется, а дышать становится труднее. Пары по очереди выпрыгивали в проем, где ревел ветер. Девушке туда совершенно не хотелось. Она даже попыталась попятиться, но, увы, они с инструктором уже были пристегнуты друг к другу.
Настя даже не поняла, когда именно они выпрыгнули. Вроде бы только что находились в гулком самолете, а в следующее мгновение был рывок, и пол под ногами исчез.
— Ма-а-ама-а-а-а! — заорала девушка. Точнее, попыталась заорать, но воздух вокруг, ставший плотным и очень холодным, забил ей рот, мешая и кричать, и дышать. Сквозь панику Настя все же вспомнила, что говорил инструктор и попыталась спрятать лицо, чтобы не задохнуться. Стало чуточку легче, хотя голова кружилась: то ли от ужаса бездны под ногами, то ли от понимания, что все же смогла и прыгнула.
Свободное падение продолжалось недолго, хотя для Насти оно растянулось на годы. Затем она ощутила рывок, и сразу же поняла, что уже не падает, а медленно и довольно плавно спускается.
Оказалось, что все не так страшно, а даже интересно. Например, Настя тоже могла управлять парашютом, что ей и предложил сделать инструктор. Правда, их слегка закрутило на месте, отчего девушка позеленела и больше экспериментировать не пыталась. Зато на смену страху пришло восхищение и еще какое-то чувство, которое описать словами у Насти не получалось. Она могла лишь сказать, что это было нечто огромное и легкое, словно невидимые крылья.
Сильнее всего Настя опасалась боязни высоты, но и тут она ошиблась: отсюда Земля ей напоминала фотографии из Google Maps. А разве можно бояться Google Maps? Поэтому девушка лишь зачарованно наблюдала как медленно приближается поверхность, как на ней все отчетливее появляется все больше предметов.
Нет, она не воспылала внезапной любовью к парашютному спорту, ее природная осторожность протестовала против такого. Но восхищение никуда не делось. Настя понимала, что вот такие моменты обязательно должны быть в жизни. Они — ее яркая и главная составляющая.