Время прошедшее
Шрифт:
– Думаешь, все действительно так плохо?
Билл покачал головой:
– Надеюсь, нет.
Но я не могла допустить, чтобы что-то помешало мне исследовать корабль. Хотелось сказать об этом Мердоку, но я не стала. Своими действиями я ставлю в трудное положение не только Билла, но и всю станцию. Мердок, не раздумывая, рискнул положением, репутацией и жизнью, чтобы вытащить меня из прошлого. И не важно, было это частью плана инвиди или нет.
Элеонор Джаго получила медицинские результаты, подтверждающие место нашего пребывания, и рассказала об этом Лорне Деврие. Возможно,
А, ладно!.. Может, мы действительно заведомо обречены проиграть…
Я направилась в сторону кольцевого лифта и поднялась в кольцо «Альфа». Машинально ступая по коридорам, я ничего не замечала вокруг. Слова Мердока не выходили из головы.
Возможно, я пребывала в таком состоянии еще и потому, что последнюю ночь провела с Мердоком. Где-то глубоко внутри таилась мысль о том, что после занятий любовью в наших отношениях должно что-то измениться. Казалось, теперь все будет гладко. В принципе Билл часто поддерживал мои решения, однако редко делал что-то конкретное для их реализации. Однако сейчас мы не были связаны протоколом, и ничто не мешало нам строить отношения по-другому.
Конечно, я прекрасно знала, что люблю риск и порой не знаю меры в различных проектах. Все настоящие инженеры обладают этим качеством. Оно помогает сохранять и развивать терпение, чтобы решать стоящие перед нами задачи в сотый раз после того, как оказалась неудачной девяносто девятая попытка.
Механизм, активирующий вход в туннели гиперпространства, – ключ к тайнам могущества инвиди и их трех союзников. Геноит и Новый Совет понимали это. Пытаясь изменить баланс сил во Вселенной в свою пользу, они и прибыли за «Калипсо».
А как отразится на Иокасте перемена в балансе сил? Поможет ли нейтралитету станции? Нет, надо поставить вопрос по-другому: поможет ли перемена в балансе сил чем-то жителям Иокасты?
Офис Элеонор выглядел так же, как и раньше. Лишь растение в горшке заметно выросло, стало более ветвистым и дало молодые побеги. На стене все тот же рисунок в оранжевых тонах. Элеонор считала, что стены должны способствовать гармонизации чувств и разума. Поэтому монитор она держала на столе, чтобы не загромождать стены, что мешало бы концентрироваться.
– Это новое! – сказала я, показав на небольшой голографический кристалл на столе с изображением ее возлюбленного, который погиб в результате несчастного случая во время блокады сэрасов.
Взгляд мужчины из-под густой копны волос казался довольно недружелюбным. Если на столе появилась его фотография, это хороший знак. Некоторое время назад Элеонор даже говорить о нем не могла.
Джаго сидела за своим столом. Она не заметила, как я вошла, и даже не смотрела в мою сторону. Наклонив голову, Элеонор изучала изображение на своих мини-компьютерах, коммуникаторах, кристаллах с данными. Посмотрев на голограмму, она улыбнулась: несомненно, фотография Лео помогала ей жить и работать дальше, стала стимулом в ее жизни.
– Когда ты исчезла, я очень на тебя разозлилась и подумала, что мне снова придется пройти через весь тот кошмар, –
– До сих пор сердишься?
Элеонор улыбнулась:
– Немножко. Ты могла хотя бы сказать мне, что замышляешь!
– Знаю, прости. Я и Мердоку ничего не сказала.
– Так внезапно исчезнуть! Мы очень волновались, даже не знали, что и думать. Билл предложил, чтобы я поселилась с одной из юристов-новичков, прибывших на станцию. Девушка как раз искала соседку. Ну, я так и сделала, хотя уже упаковала чемоданы для отъезда.
– Ну и?
– Ты имеешь в виду новую квартиру? Все отлично, да и с коллегой я подружилась.
Джаго отодвинулась от стола.
– Не знаю, почему я нервничаю. Надеюсь, ты отругаешь меня и скажешь, что я делаю глупость.
Она взволнованно провела рукой по волосам.
– Если ты насчет того, где были я и Мердок, то ты не ошибаешься.
Элеонор встала и внимательно посмотрела мне в глаза.
– Подожди. Может, мы говорим о разных вещах… В твоей крови обнаружились вирусы, которые исчезли еще несколько десятилетий назад. Элементы антибиотиков и все такое. В легких присутствуют частицы выбросов различных механизмов, которые не используются уже больше века. Дыхательная система просто в критическом состоянии!
– Можешь определить время?
– Предполагаю, что время событий полностью совпадает со временем, из которого прибыл экипаж «Калипсо», или даже раньше. Результаты твоего обследования оказались даже более любопытными, чем у землян из прошлого.
– Отлично. Как тебе 2023 год в качестве даты моего местопребывания?
Джаго закрыла глаза.
– Да, не хотелось верить, но результаты говорят сами за себя.
Я положила локти на стол.
– Могла ли я подделать эти результаты или… получить их искусственным путем?
– Вряд ли.
– Да, мы были там и вернулись. Это так же реально в моей памяти, как реальны твои результаты.
– Ты полетела туда на этом шаттле инвиди?
– Нет, в корабле, над которым работала. Элеонор, эта информация и вообще все результаты моих исследований…
– Находятся в надежном архиве, – продолжила она фразу. – Понимаю, что это секретные данные, не волнуйся!
– Если можно, отправь копию результатов Мердоку. Он спрячет их гораздо надежнее.
– Хорошо. Но ты не сможешь долго скрывать эту информацию! Технологии…
– Появились у нас с тех пор, как инвиди прибыли на Землю, – перебила я. – До этого мы и не подозревали, что подобное возможно. И если бы не мой «случай», то до сих пор имели бы весьма туманное представление. Почему ты думаешь, что все изменится?
– Потому что ты влезла в это дело.
От слов Элеонор я вздрогнула.
– Ты будешь возиться с механизмами и, может, постепенно узнаешь секреты инвиди. Тогда что-то изменится… – отрешенно продолжала она.
– Не думаю, что у меня будет достаточно времени. Конфлот скоро прибудет за кораблем. А если не проявить осторожность, они и меня заберут с собой.