Время прощать

Jennifer Chiaverini

Round Robin

Copyright © 2000 by Jennifer Chiaverini

Originally published by Simon & Schuster, Inc

От всего сердца благодарю своего агента Марию Масси и сотрудников издательства «Саймон энд Шустер», которые работали над этим проектом, в особенности талантливого редактора Дениз Рой, ее помощницу Бренду Коупленд, а также Элизабет Хейс и Ребекку Дэвис из отдела рекламы.

Спасибо членам онлайн-сообществ R.C.T.Q., «QuiltNet», «QuiltersBee»

и другим моим подругам по квилтингу.

Спасибо Кэрол Коски и Терри Грант, владелицам мастерских по изготовлению стеганых одеял, за то, что поделились со мной опытом.

Спасибо участникам писательского интернет-проекта «The Internet Writing Workshop», в первую очередь Кристин Джонсон, Кендес Байерс, Дейву Суинфорду, Джоди Эвинг, а также всей «Литературной гостиной».

Я благодарна Джеральдине, Нику и Хетер Нейденбах, Эдварду и Вирджинии Рихман, Леонарду и Марлен Чиаверини. Спасибо моим родственникам в Цинциннати и других городах.

Особую признательность я выражаю моему дорогому мужу Марти, который поддерживает меня своей любовью и верой в мои силы.

Через несколько месяцев весна должна была превратить окрестности усадьбы Элм-Крик в лоскутное одеяло из темно-зеленых лесистых холмов, светло-зеленых фермерских полей и травянистых газонов. Однако сейчас, после ночной метели, пейзаж за кухонным окном напоминал цельное белое полотно, на котором кто-то вышил извилистую гравийную дорогу в Уотерфорд, голые коричневые ветви деревьев и тонкую голубую жилку ручейка, бегущего через лес. На этом фоне ярко выделялся амбар, стоящий вдалеке, – веселое красное пятно на белом снегу.

В усадьбе Элм-Крик изменилось многое, но не вид из окна над раковиной. Если бы руки не стали неловкими, а кости не жаловались на зимний холод, Сильвия могла бы вообразить, что прошедших пятидесяти лет просто не было. Она могла бы снова представить себя молодой. Вот ее младший брат спускается к завтраку, насвистывая песенку. Старшая сестра входит в кухню и повязывает фартук. А посмотрев в окно, Сильвия видит одинокую фигуру человека, который пробирается по заснеженному двору. Покончив с утренними делами, он возвращается домой, к любимой. Она бросает работу и спешит встретить его у задней двери. Шаги Сильвии быстры и легки, а сердце полно радости. Ее муж, брат и сестра снова здесь, живые. Сейчас они вместе посмеются, вспоминая долгую горестную разлуку.

Сильвия зажмурила глаза и прислушалась. В западной гостиной тикали часы, а еще дальше от кухни, на парадной лестнице, раздавались чьи-то шаги. На секунду у Сильвии перехватило дыхание: ей показалось, что она действительно совершила невозможное – усилием воли вернулась в прошлое и теперь, умудренная печальным опытом, расставит все по своим местам. Она вернет годы, которые были у нее украдены, и проживет их с теми, кого любит. Ни одно мгновение больше не будет потрачено впустую.

– Сильвия?

За последние два года женщина, чей голос пронесся сейчас по коридору, очень сблизилась с хозяйкой Элм-Крика. Сильвия открыла глаза, и тени ушедших вернулись в прошлое,

в память. Через секунду на пороге кухни, улыбаясь, появилась Сара.

– Наши мастерицы подъезжают. Я видела их на задней аллее.

Ополоснув последнюю кофейную чашку, Сильвия поставила ее в посудомоечную машину.

– Пора бы уже. А то они расстроятся, если пропустят передачу.

Хозяйка заметила на лице помощницы улыбку, которую та попыталась спрятать. Сара часто подшучивала над тем, как упорно ее пожилая приятельница требовала от всех пунктуальности, но Сильвия не собиралась менять своих правил. В отличие от молодых, она знала цену времени.

– Передача начнется не раньше чем через двадцать минут, – ласково усмехнулась Сара, и обе женщины направились к задней двери встречать подруг.

Раньше их кружок назывался «Мастерицы запутанной паутины», но когда к нему присоединилась Сильвия со своей помощницей, его решили переименовать в знак начала нового общего дела. Так возникла «Лоскутная мастерская в Элм-Крик».

Первыми, смеясь, вошли Гвен и Саммер. Сильвия никогда не слышала, чтобы мать и дочь так хохотали. За ними шла Бонни с картонной коробкой.

– Я навела порядок у себя в кладовке, – сказала она. – Собрала всякие обрезочки, остатки лент и ниток. Думаю, это может пригодиться нам в марте, когда опять начнутся занятия.

Сара поблагодарила ее и поставила коробку на пол, в сторонку. Бонни была владелицей «Бабушкиного чердака» – единственного в Уотерфорде магазина товаров для рукоделия. Одеяльщицы покупали там ткани и швейную фурнитуру. В благодарность Бонни бесплатно приносила им всякие остатки, которые не могла продать. Сильвия восхищалась этой щедростью, не иссякшей даже после того, как на окраине городка появился новый сетевой магазин, и доходы «Бабушкиного чердака» стали сокращаться. Диана, только что войдя, услышала слова Бонни.

– Ты бы сначала нам дала порыться в этой коробке, – сказала она, придерживая дверь для Агнесс. – Мне кусочки ткани никогда не помешают, особенно если они бесплатные.

В этот момент на пороге появилась Джуди, держащая за руку трехлетнюю дочку Эмили.

– Слыхала? – произнесла Гвен, обращаясь к Бонни. – Тебе лучше включать камеры наблюдения, когда разрешаешь Диане помогать в магазине.

– Там разве есть камеры? – озадаченно спросила Диана. – Не замечала. – Когда вокруг послышались смешки, она негодующе прибавила: – Хотя мне не с чего этим интересоваться.

Гвен приподняла брови.

– А по-моему, у тебя совесть нечиста.

Коридор наполнился смехом. Сильвия оглядела пришедших, и на сердце потеплело: сначала эти женщины стали ее подругами, потом еще и деловыми партнерами. Ну а в глубине души она считала их своей семьей. Конечно, они не могли заменить ей тех, кого она потеряла больше пятидесяти лет назад (эта утрата была невосполнимой), и все-таки их дружба поддерживала ее.

Глаза прибывших горели от радости, а щеки – от мороза. Вешая пальто в шкафчик при входе, они усаживались в парадной гостиной. Сара устроилась на диване рядом с креслом Сильвии и, включая телевизор, сказала: