Время порки
Шрифт:
Едва она приняла это решение, как загорелся зеленый, и Лаки смогла заехать на крошечную парковку за осыпающимся кирпичным зданием, где располагались «Эромасла». Прекрасно! Девушка выпрыгнула из авто и устремилась к магазинчику, удивляясь, как она могла не замечать его раньше. Может быть они только открылись? Она надеялась найти там что-то действительно особенное.
Лаки открыла дверь со звоном старинного колокольчика, и услышала низкий, вкрадчивый голос:
— Одну минуту!
Девушка вдыхала удивительно густую смесь ароматов, позволив двери магазина закрыться за ее спиной. Она различала лаванду, мяту,
Магазин был весь забит столами, полками и шкафами. Каждая горизонтальная поверхность была заставлена сотнями маленьких синих флаконов с крышечками-пипетками и круглыми бумажными этикетками. На застекленном прилавке стоял старый кнопочный кассовый аппарат, а за ним дальняя стены была завешена длинными нитями красного стекляруса. На глазах Лаки нити разошлись и к ней вышла брюнетка с яркими голубыми глазами.
— Чем могу вам помочь? — спросила она с вежливой улыбкой.
— Я присматриваю подарок для своей подруги, — Лаки указала на один из маленьких синих стеклянных флаконов с надписью «Розовое масло». — С чего стоит начать?
— Ну, например с того, что мы не можем продать вам ничего, что предназначается другому, — женщина, по всей видимости хозяйка магазина, загадочно улыбнулась и вышла из-за прилавка. На ней было платье цвета индиго с длинными рукавами, а о возрасте можно было только догадываться: ей могло быть как двадцать шесть, так и все шестьдесят. Это все, что Лаки могла сказать, судя по ее гладкому, бледному лицу. — В конце концов, — продолжала она, — вы же не знаете, что ваша подруга хочет почувствовать?
— Эм, в смысле, как она хочет пахнуть? — нахмурилась Лаки.
— Нет, я имела в виду, что она хочет почувствовать. И что должны ощущать окружающие, чувствуя ее новый аромат, — хозяйка магазина улыбнулась, взяла с витрины один из маленьких цветных флаконов и показала Лаки. — Может лучше выбрать что-то для себя? Можно смешать на заказ.
— Ну, я… — Лаки сомневалась. Крошечный рубиново-красный пузырек в руке женщины похоже не вместит и половины унции, и очень не хотелось платить втридорога за нечто, пахнущее как подмышки скунса. С другой стороны, времени, чтобы заехать в торговый центр, уже не было, так что придется купить подарок для Кристин здесь. — Не совсем то, что я хотела, но было бы неплохо.
— Очень хорошо, — хозяйка магазина по-королевски кивнула и шагнула ближе, глубоко вдыхая. Лаки поняла, что женщина принюхивалась к ней.
— Эй! — Лаки отступила, почувствовав себя неуютно.
Владелица магазина лишь улыбнулась.
— Могу предложить смешать «Землю» и «Ямайский дождь», добавив капельку «Сандалового мускуса», — любезно сказала она. — Судя по аромату твоей ауры, этот запах отлично подойдет к химии твоего тела, вот увидишь. Все необходимые флаконы стоят там, — хозяйка магазина указала на маленький, приземистый столик по другую сторону занавеса из красного стекляруса.
«Аромату моей ауры? Ладненько…» — подумала Лаки, а вслух спросила:
— Землю?
— Земляная нотка для земной личности, дорогая. Помогает вытащить наружу подавленные эмоции, — ответила женщина, подводя Лаки к столику.
— Подавленные эмоции? — девушка вскинула бровь, вспомнив о своем желании найти способ заставить босса освободить свои чувства и взять ее. Но это было безумием. Не важно, что говорит хозяйка магазина, невозможно разрушить чье-то самообладание духами. Или нет?
— Наши ароматы подберут ключики к вашему сердцу, — загадочно произнесла женщина. — Они озарят душу, раскрыв все, что ранее было скрыто. Вы же за этим пришли сюда?
— Вообще-то подбор ключей к сердцу и освящение души далеко не первые в списке моих дел, — ответила Лаки, подумав, что визит в этот магазин становится все более странным. — Я просто хотела купить подарок подруге, потому что не успеваю заскочить в торговый центр и… — она замолчала, потянувшись сквозь занавес из стекляруса к столику, дразнящее мелькающий за ним. Лаки мало что могла разглядеть, но там очевидно были флаконы больше и богаче, чем в основном зале магазина. — А тут что? — спросила она, указав кивком головы. — Там больше масел? Я могу выбрать аромат оттуда?
— О, нет, конечно, нет, — хозяйка магазина была так удивлена, словно Лаки попросилась на кухню роскошного ресторана, чтобы самой приготовить обед. — Там наши самые чистые и самые мощные масла. Не для новичков, — сказала она. — Они могут быть опасными в неопытных руках, так что попрошу забыть о них. Вот здесь «Земля», она сделает аромат по-настоящему прекрасным, если вы дадите ей шанс.
Она взяла с полки один из синих флаконов и протянул Лаки, чтобы та попробовала аромат, когда дверной колокольчик вновь зазвенел и в магазин вошли около пяти-шести женщин, одетых как стюардессы, щебечущих как стайка птиц.
— Извините, дорогая, я скоро вернусь.
Хозяйка магазина поспешила поприветствовать новых посетителей, а Лаки понюхала бутылочку, с удивлением обнаружив, что это был действительно свежий, землистый и приятный аромат. Может, хозяйка магазина и права. Девушка добавила каплю «Земли» в рубиново-красный флакон, а затем понюхала «Ямайский дождь». У него был чистый, немного тропический аромат, напоминающий о пляже. Лаки добавила в красный флакон пару капель, но взгляд так и притягивала таинственная комната за занавеской. Какие масла там хранились? Какие масла могут быть опасны?
Девушка взглянула на хозяйку магазина, та стояла спиной к ней и была полностью увлечена новыми посетителями. Что плохого, если она только посмотрит? Лаки небрежно отодвинула занавес и прошла в прохладную, тускло освещенную комнату, внимательно прислушиваясь, чтобы за ней никто не шел. Сердце колотилось, но любопытство было таким сильным, что невозможно было устоять.
В этой маленькой комнате стоял один единственный стол с коллекцией самых изысканных парфюмерных флаконов, что Лаки когда-либо видела. Они были всевозможных форм и размеров от дутого стекла до резных золотых и серебряных фляг. На них не было бумажных этикеток, и Лаки прекрасно понимала почему: очевидно, они были настолько дорогими, что никто не рисковал испортить их наклейкой. Вместо этого, перед каждым флаконом стояла табличка с выгравированным названием.