Время порки
Шрифт:
— Хочу, чтобы меня выпороли? С ума сошел? — воскликнула Лаки, пытаясь усмирить свое колотящееся сердце. — С чего вдруг мне мечтать об очередной порке от такого кретина?
— С того, что это тебя заводит. Не только шлепанье. Подчинение. Тебе нужен кто-то более сильный, чем ты, кто-то, кто сможет справиться с тобой и заставить подчиниться. Но ты все еще не нашла его, — он сказал это с такой уверенностью, что у Лаки дыхание перехватило. Как он мог знать это о ней? Если она сама только начала об этом догадываться. «Никак, —
— Ты отрицаешь это? — Эрик нахмурился, его темные глаза сверкали.
— Конечно, отрицаю. Это же безумие! — Лаки глубоко вздохнула, сжав руки в кулаки. Да будь она проклята, если покажет, насколько запуталась в своих чувствах к этому напыщенному индюку.
— А что насчет этого? — Эрик обхватил ладонями грудь девушки, обводя пальцами ее напряженные соски сквозь скользкий шелк платья.
— Я… Я… — Лаки ахнула от нового всполоха огня от чувствительных сосков к влажному лону. Она сжала бедра и хотела остановить мужчину, но так и не смогла вымолвить ни слова.
— Почему тогда твои соски такие твердые? — неумолимо продолжал Эрик. Он потянул платье девушки за вырез, обнажая ее грудь в обрамлении мягкой алой ткани. — Посмотри на них, Лусинда, — прошептал мужчина. — Такие готовые и твердые. Так и просят пососать их. Почему? — Эрик вновь накрыл ладонями грудь Лаки, лаская пальцами соски.
Девушка не смогла сдержать стон. Боже, так хорошо чувствовать на своем теле его большие теплые руки! Но она скорее отправится в ад, чем признается ему в этом.
— Здесь просто… холодно, — ответила она, запинаясь. — Правда холодно. Вот и все.
Эрик покачал головой.
— Ты просто вынуждаешь меня развеять все твои сомнения, Люсинда, — в его низком голосе звучало неодобрение. — Это действительно должно стать так очевидно, чтобы ты подчинилась мне?
Лаки впилась в него взглядом.
— Не собираюсь я никому подчиняться. Не важно, что ты там болтаешь, мне вовсе не нравится… порка… О! — ахнула она, когда Эрик еще выше задрал подол ее платья, обнажая крошечные кружевные трусики, едва ли прикрывавшие ее. — Что… Что ты делаешь? — спросила она, стараясь не терять самообладание.
— Раздвинь ножки, Люсинда, — сказал он, игнорируя вопрос девушки. — Раз ты так настаиваешь, мы пойдем более сложной дорогой.
— Я… я не понимаю, — прошептала Лаки, но все же развела ноги так же, как и нагнулась над столом, подставив задницу ударам, когда Эрик потребовал. Что с ней не так? Почему она делает все, что он приказывает? Почему подчиняется ему?
— Ты поймешь, — ответил с той же сталью в голосе. — А теперь разведи ножки шире и покажи мне свою киску, Люсинда.
Со стоном Лаки подчинилась, широко разведя ноги.
— Вот так, — Эрик накрыл ладонью промежность девушки, заставив ее задыхаться и кусать губы. — Так ты
Лаки почувствовала, как мужчина поглаживает ее воспаленную плоть своим длинным пальцем сквозь тонкое красное кружево. Ее тело открылось для него, приветствовало его вторжение, не смотря на барьер из кружева между ними. Но Лаки все же была полна решимости отказать ему.
— Н-нет… — запинаясь, сказала она.
— Нет? — вскинул бровь и надавил пальцем на клитор девушки, заставляя ее застонать и тихо вскрикнуть от невероятных ощущений, подаваясь на его руку.
— Нет, — вновь выдохнула Лаки.
— Значит, если я скажу тебе снять эти маленькие красные трусики, ты не будешь под ними горячей, влажной и готовой? — настойчиво спросил босс Лаки.
Сил говорить больше не было, потому девушки просто качнула головой, все еще отрицая его слова.
Эрик нахмурился.
— Ты не оставляешь мне другого выбора. Сними трусики.
Лаки вовсе не собиралась подчиняться ему. И все же… что-то глубоко внутри нее, что-то, о чем он узнал, победило. Сжав бедра, девушка подцепила пальцами кружево трусиков и спустила их вниз, полностью обнажаясь под пристальным взглядом Эрика.
— Молодец, — к ее удивлению Эрик вдруг опустился перед ней на колени. — А теперь раздвинь ножки, Люсинда, и позволь мне посмотреть. Позволь доказать тебе, что тебе это нужно.
Не в силах справится с собой, Лаки повиновалась и развела ноги шире. Никогда еще она не была такой влажной, такой готовой ни для одного мужчины. Как ее босс мог настолько и выводить из себя, и возбуждать одновременно. Лаки казалось, что она может кончить от одного только его взгляда на нее.
— Только посмотри, — прошептал Эрик, коснувшись ее горячего, влажного тела. Большими пальцами обеих рук он развел губы киски, открывая своему пристальному взгляду нежно-розовое лоно. Лаки беспомощно застонала. — Только посмотри, какая ты влажная, Люсинда, — сказал Эрик. — Посмотри, как набух клитор, — он нежно погладил маленький чувствительный бугорок, заставив девушку вздрогнуть и застонать. Пэйн поднял взгляд на Лаки. — Уверен, ты настолько влажная, что я могу без проблем войти в тебя прямо сейчас, — пробормотал он. — Например, вот так.
Два больших, массивных пальца скользнули по ее влажным складочкам, и девушка прикусила губу, когда они чертовски глубоко вошли в нее. Наблюдая за девушкой, Эрик почти покинул ее тело, а затем вновь вошел внутрь, поглаживая большим пальцем клитор.
— О, Боже… Я не могу… Я… — Лаки откинула голову назад и застонала, чувствуя приближение оргазма.
— Вот так, милая, — Эрик все еще пристально наблюдал за ее лицом. — Кончи для меня. Кончи, пока я трахаю тебя пальцами. И скажи, почему ты такая горячая и влажная. На сей раз я хочу услышать правду.