Время палача
Шрифт:
— Я ведь не прошу у вас ничего невозможного. Более того, эту информацию мне не составит труда узнать и без вас. Но если поделитесь вы, так будет все-таки удобнее. Нам ведь всем нужен определенный комфорт, верно? Зачем вам напряженные отношения, лишние нервы, неизвестность?… Вот и давайте потолкуем. Я хочу все знать о вашем Дымове. И не потому что я коллекционер чужих биографий. По большому счету, мне нет дела ни до вас, ни до вашего центра. Лечите людей — и пожалуйста! Но Дымов может оказать мне услугу, и я так чувствую, что если просьба о помощи будет исходить от вас, дело только выиграет. —
— Вы хотите, чтобы я передала ему вашу просьбу, не так ли? — Раиса Дмитриевна постаралась, чтобы лицо ее сохранило невозмутимое выражение.
— Все верно. Но сначала я хочу, чтобы вы рассказали о нем — и по возможности поподробнее.
— Но ведь я уже вам объяснила. Он у нас всего три года, и я просто физически не могла узнать о нем все.
— Физически? — Аксан тонко улыбнулся, и Раиса Дмитриевна невольно покраснела.
— Да, не успела! — сердито сказала она. Сейчас на дворе другие времена, и нам вовсе не обязательно досконально изучать прошлое человека.
— Но у вас есть его дело, его диплом, трудовая книжка, наконец.
Директор опустила голову и прикусила губу. Сам того не зная, Аксан коснулся болезненной темы.
— Видите ли, диплома у него нет, и трудовая книжка тоже была заведена заново.
— Красиво! — ухмыльнулся авторитет. — Выходит, в качестве ведущего специалиста у вас работает недипломированный знахарь?
— Он не знахарь! — оскорбилась Раиса Дмитриевна. — Вадим — очень подкованный психоаналитик и сильный психотерапевт. Согласна, у него несколько своеобразный подход к лечению, а методики, которые он внедряет в жизнь, не всегда в должной мере опробированы, но на то мы и частное заведение. Наш основной профиль — оздоровительные программы и консультации…
— Ну да, а попутно — онкологические и сердечные заболевания, неврозы с артритами, сосудистые и легочные проблемы! — подхватил Аксан.
— Это естественно. — Раиса Дмитриевна с неудовольствием отметила, что все еще напряжена, а румянец по-прежнему не покидает ее щек. — Общеизвестно, что все заболевания вызываются всего-навсего тремя факторами — неправильным питанием, малоподвижным образом жизни и психосоматическими отклонениями. Все три фактора мы вполне можем корректировать, и немудрено, что у нас есть результаты.
— Интересно знать, когда именно они появились — эти ваши результаты? Не тогда ли, когда в «Галактион» заявился господин Дымов.
— Вас это настораживает?
— Ни в коей мере. — Аксан всплеснул руками. — Одно только голое любопытство. Я ведь тоже бизнесмен, Раиса Дмитриевна, вот мне и интересно, как это из заурядной клиники вы в три года превратились в процветающее заведение с охраной, с еврофасадом, с клиентурой чуть ли не со всего мира. Признаюсь, краем уха слышал, что к вам и кремлевские чинуши на прием
— Вы правильно слышали.
— Ну, так в чем же секрет такого оглушительного взлета? Неужто в одном-единственном человеке?
— Помимо Дымова у нас есть другие грамотные специалисты…
— Не надо, Раиса Дмитриевна! — Аксан досадливо поморщился. — Ну зачем сотрясать воздух? Я ведь узнавал, на весь ваш стационар и всех приходящих, а это чуть ли не полторы тысячи пациентов, у вас менее двадцати сотрудников. Ясное дело, санитаров, уборщиц и медсестер я в расчет не беру. Вот и получается фокус-покус. Крохотная деревенька вдруг в одночасье разрастается в мегалополис, а ростовщическая конторка неожиданно становится крупнейшим азиатским банком. — Украшенный золотым перстнем палец Аксана закачался в воздухе. — Нет, Раиса Дмитриевна, так не бывает. А если бывает, значит, есть тому скрытое объяснение.
— Мы ничего не скрываем!
— Скрываете, Раиса Дмитриевна, конечно, скрываете. Даже в ваших ведомостях Дымов значится на самых последних позициях. А должность у него — обычный штатный консультант. Тем не менее, денежки вы платите ему солидные, да и место отвели поблизости от своего кабинета, даже личную секретаршу выделили.
— Но вы же сами все прекрасно понимаете. Зачем же ерничать? Да, у него нет формального права занимать пост, которого он заслуживает. Для этого нужен и диплом, и кандидатская и публичные работы. Но он лечит, понимаете? Лечит, как никто другой. И я не вижу основания, почему я должна выслушивать от вас…
— Успокойтесь, Раиса Дмитриевна. Чего вы так разволновались. Я же не налоговый инспектор и не проверяющий из минздрава. Я хочу всего лишь понять, кто он такой.
— Зачем это вам?
— Объяснение я уже дал. Мне нужна помощь — и помощь квалифицированная. Абы кто с этим не справится. Требуется специалист с паранормальными способностями, а они, как я догадываюсь, у Дымова присутствуют. Вот я и пытаюсь узнать, что он может.
— Этим вам лучше поинтересоваться у него.
— Хорошо, но чем я могу привлечь его внимание? Угрозой, посулами, хорошенькой суммой денег? — Аксан нахмурился. — Хотя нет, сформулирую чуть иначе: чем я могу привлечь вас, чтобы вы склонили его на мою сторону?
— Давайте оставим этот разговор. — Раиса Дмитриевна нервно стиснула пальцы. — Я не очень понимаю, что вам нужно, и могу только сказать, что мы открыты для всех. Записывайтесь на прием к Дымову и рассказывайте о своих проблемах. Уверена, он удовлетворит ваше любопытство.
— И поможет?
— Думаю, да…
— Что ж, я рискну. — Аксан поднялся из кресла, сунув руку за пазуху, уставился на директора застывшим взором. Женщина ничуть бы не удивилась, вытащи он пистолет с глушителем. Но Аксан достал не пистолет а плоскую шкатулочку.
— А это вам на память, Раиса Дмитриевна. Не подарок и не подношение, а просто вещица на память. Чтобы вы не думали обо мне очень уж плохо. Что поделать, у тех, кто провел на зоне всю юность, не самые лучшие манеры. Однако и среди нас есть нормальные люди, умеющие быть благодарными. Это брошь из черного агата — камня, защищающего по поверью, от сглаза. Пустячок, согласитесь, красивый и полезный.