Время надежд
Шрифт:
С этими словами Ричард еще теснее прижал ее к себе, и Мейбл задрожала, но не от страха и даже не от предчувствия неизбежного. Он стал снова целовать ее, и она с радостью отдалась во власть сладкой магии его поцелуев. Когда Ричард принялся расстегивать крошечные пуговички платья, Мейбл почувствовала, что у него дрожат руки. Наконец он расстегнул платье до половины, распахнул его и, издав низкий стон, прижался
– Ты даже не представляешь, как сильно я мечтал повторить все это, – хрипло пробормотал он.
Мейбл охватила неудержимая дрожь, было трудно вымолвить даже слово.
– Я знаю, как сильно мечтала об этом, – прошептала она прерывающимся голосом.
Ее слова словно нажали на какую-то тайную пружину и выпустили на свободу некую мощную колдовскую силу, таившуюся в них обоих. Мейбл вмиг забыла о своей неопытности, о долгих годах безбрачия, все ее чувства ожили и запели в унисон с его чувствами, тело стало неимоверно восприимчивым. Каждое прикосновение рук Ричарда, каждый поцелуй, каждое произнесенное хриплым шепотом слово усиливали ее возбуждение и одновременно сознание своей женской силы. Она вдруг поняла, что руками, губами, всем своим телом, даже голосом, страстно шепчущим слова любви, может подарить любимому мужчине такое же наслаждение, какое он даровал ей. Ричард положил Мейбл на ковер перед камином и несколько мгновений молча с благоговением рассматривал ее. Затем его руки коснулись обнаженной кожи, на которой играли отблески пламени, и под его ласками все тело Мейбл превратилось в жидкий огонь. Она извивалась и выгибалась навстречу его ласкам, сгорая от страстного нетерпения. Когда Ричард наконец вошел в нее, ее неуправляемый отклик был настолько бурным, что ошеломил саму Мейбл. Все жарче разгорающееся внутри нее пламя превратилось в тугой огненный шар, взорвавшийся с такой силой, что из груди женщины вырвался громкий стон.
Ричард нежно обнял ее и ободряюще прошептал, что у него еще будет время достичь таких же высот экстаза. У них впереди вся жизнь, чтобы разделить наслаждение и познать все грани физического влечения друг к другу. Он прошептал, что Мейбл нужна ему навсегда, а не только на одну ночь, и он надеется, что она разделяет его чувства.
В ответ Мейбл прошептала, что любит его.
– Достаточно, чтобы
Удивленная его тоном, Мейбл посмотрела ему в глаза. Только прочтя в них неуверенность, она по-настоящему поняла, что в своей любви к ней Ричард столь же уязвим, как и она.
– Да, – ответила она так же серьезно. – Достаточно, чтобы выйти за тебя замуж.
Они поженились после Рождества. Скромная свадебная церемония в местной церкви сама собой переросла в большое семейное торжество. На свадьбу собралась вся семья Ричарда, и, повинуясь необъяснимому внутреннему порыву, Мейбл пригласила мать Ларри, его братьев и сестер, а также их детей.
Одри с радостью сообщала всем и каждому, что свадьба состоялась только благодаря ей. Когда Мейбл поделилась с дочерью новостью, что собирается замуж, Одри с нежностью сказала:
– Мама, ты достойна только самого лучшего, а Ричард и есть лучший.
С этим Мейбл не могла не согласиться. Ей до сих пор с трудом верилось, что судьба наградила ее такой любовью и таким счастьем.
Молодожены обменялись взглядами, и Мейбл вспыхнула, прочтя в глазах мужа откровенное обещание. Мейбл теперь было достаточно лишь взглянуть на любимого, и ее тело буквально начинало петь от радостного предвкушения. Прежние страхи исчезли без следа. Когда Ричард смотрел на нее, Мейбл помнила только о том, что она любит и любима.
– По-моему, нам пора уезжать, – прошептал Ричард и еще тише добавил: – Я уже говорил тебе, как мне не терпится остаться наедине с моей молодой женой?
– За последний час – ни разу, – лукаво улыбнулась Мейбл.
– Ну, погоди, – шутливо пригрозил он. – Как только наступит вечер…
Молодожены были настолько поглощены друг другом, что Мейбл даже не слышала, как подошла Одри, пока дочь не прошептала ей на ухо:
– Вы так смотрите друг на друга, что вгоняете меня в краску.
Ричард усмехнулся.
– Мы как раз собрались уезжать, – сказал он, затем, с нежностью глядя на Мейбл, добавил: – Конечно, если ты не против, любовь моя.
– Я согласна.
Одри снова рассмеялась и, заявив, что теперь-то они совсем ее смутили, подтолкнула счастливых молодоженов к машине.