Время «мечей»
Шрифт:
Люди с фигурами борцов подошли к «Ниве» и за четыреста лари договорились о поездке. Через несколько минут машина тронулась в путь.
А к Автандилу подбежал мальчишка и сказал, что с ним хотят говорить старики. Тот немедленно подошел к длинной скамейке.
– Что хотели кровники? – спросил восьмидесятипятилетний Мамука.
– Какие кровники? – не понял Автандил.
– Эти, с красной сумкой, – морщинистая рука указала туда, где еще клубилась пыль от колес умчавшейся «Нивы».
– Они каких-то Сандро и Гочу искали. Но таких у нас нет, и мы направили их
Старик сухой ладошкой пригладил седые усы.
– Гоги из Телави позвонил своему брату Ревазу, предупредил, что к нам едут чужаки с красной сумкой, хотят кровь взять, даже ножи купили. А Реваз уже всем рассказал.
– Вот оно что! – озаботился Автандил.
– Сейчас надо наших братьев в Омало предостеречь, – продолжил Мамука. – Я скажу Ревазу, он сообщит Гоги, что чужаки поехали за перевал, к Гоче и Сандро. Гоги сообщит кому надо. И ты тоже спроси, у кого в Тушети есть друзья или знакомые…
– У Сосо друг из Омало, – ответил Автандил. – И у Заура сестра там замужем. А у Шалвы дядя в Верхней Алавани, это неподалеку…
– Вот пусть всем передадут, что к ним кровники поехали…
То самое Омало
– Гоча, выходи, быстро! – закричал подскакавший к дому всадник.
Это был Бесо из Нижнего Омало. Заросший седой щетиной, растрепанный, рубашка на груди не застегнута, овчинный жилет распахнут, за плечами двустволка.
– Что случилось, дорогой? – Гоча выскочил на крыльцо в чем был. – Беда какая?
– К вам из кахетинского Омало кровники едут! – взволнованно прокричал Бесо, удерживая крутящуюся на месте лошадь. – Хорошо, они села перепутали, а то бы нагрянули неожиданно!
– Какие кровники? – развел руками Гоча. – У меня нет кровников! Была вражда когда-то, так ее еще при царе дедушка Васо уладил…
– Кровная месть не умирает! Ее и через сто лет свершить могут.
– Да нет никакой кровной мести, говорю тебе! Откуда ты все это взял?
– Из Верхней Алавани Вахтанг позвонил! А ему племянник из кахетинского Омало! К ним трое приезжали, Гочу и Сандро спрашивали! А в Телави они три ножа купили! Зачем? Когда в гости едут, ножей не покупают! Вино, сыр, хачапури – да, а ножи – нет!
– Вот те на! – Гоча пребывал в полном недоумении. – Ножи, это конечно. Только ни у меня, ни у Сандро кровников нет. Хотя и в гости мы никого не ждем…
– Ладно, вспоминай! – Бесо махнул рукой. – А я Сандро предупрежу!
Он звонко шлепнул лошадь ладонью по крупу и поскакал вверх.
Гоча вернулся в дом. Залез в шифоньер, нащупал в углу ружье, вытащил наружу. Это была ТОЗовская [3] курковая двустволка двенадцатого калибра, которую он купил сорок два года назад за сорок три рубля. Простая и надежная, с тех пор она его ни разу не подводила, только воронение слегка потерлось. Из ящика вынул коробку с патронами, выбрал четыре снаряженных волчьей картечью, два вставил в патронники, а два положил
3
ТОЗ – Тульский оружейный завод.
Оружие разложил на кровати, оделся и снова вышел на крыльцо. Бесо как раз возвращался и остановился у его дома.
– Ну что? – спросил Гоча.
– Сказал.
– А он что?
– Ничего. Предложил выпить чачи.
– И что?
– Ничего. Я не хочу пить.
– Да я не про это! Что сказал Сандро?
– Сказал: «Давай чачи выпьем». А я сказал: «Не хочу».
Гоча начал терять терпение. Но виду не показывал.
– Про кровников что он сказал?
– Я же тебе говорю: ничего! Но не удивился. Видно, знает, откуда ветер дует…
– Чачи хочешь?
– Да сказал же – не хочу! – видно было, что Бесик тоже теряет терпение. Но виду тоже не показывает.
– Ты сказал, что не хочешь чачи Сандро. А я тебе предлагаю свою. У меня совсем другая чача. Но если не хочешь чачи, зайди, выпьем чаю.
Бесо громко поскреб свою щетину.
– Вам помочь? Я могу остаться. Могу ребят позвать. У Амирана пулемет есть, еще с той войны, немецкой. И автомат – уже с новой. У Дато две гранаты…
– Спасибо, Бесик, мы сами разберемся. Может, они совсем не за кровью едут.
– А за чем?
Действительно… Некоторое время они молчали. Солнце коснулось горной гряды. Скоро спустятся сумерки.
– Волчьих патронов дать? – нарушил молчание Бесо.
– Есть патроны. Все, что нужно, есть.
– Да… Ну ладно. Тогда я поехал.
– До завтра, Бесик.
– Я спать не лягу. Если помощь понадобится, сделай два выстрела подряд. Я прискачу.
– Спасибо, друг. Мы справимся.
– Если я их увижу, спущу с цепи Джима. Он все время домой рвется, мигом добежит. Это тебе знак будет. Да и поможет, если надо…
– Спокойной ночи, друг. Думаю, все обойдется.
– Спокойной ночи, – с сомнением сказал Бесо и шлепнул лошадь по крупу.
Через полчаса Гоча отправился к соседу. Сумерки сгущались, и заметно похолодало. Так что в незастегнутой овчинной телогрейке было не жарко. А толстая овчина не только грела, но и могла защитить от ножа или удержать мелкую дробь. К тому же под ней скрывались кинжал и «харбук». Ружье приходилось нести за спиной открыто, но в горах многие ходят с оружием, особенно вечером – от волков да шакалов.
Дверь оказалась закрытой.
– Сандро! Сандро, открывай! – Гоча забарабанил кулаком.
В Омало запирались не все, даже на ночь. И они с Сандро никогда не запирались. Правда, никто и никогда не приходил, чтобы их убить.
– Ты что там, пьянствуешь? Или уже напился и спать лег?
Гоча подул на отбитый кулак.
– Да иду, иду! – раздался голос соседа. – Не сплю я!
Сандро отодвинул засов и открыл дверь. Судя по румянцу на щеках, он действительно выпил, к тому же из натопленных комнат сильно пахло чачей.