Время любить
Шрифт:
«С таким характером, дорогой романист, вряд ли ты нажил себе влиятельных друзей, которые за тебя бы вступились… – подумал он, раскрывая у себя на веранде потрепанный московский журнал пятнадцатилетней давности. – Чем же ты мог понравиться этой провинциальной дурочке Зине?..»
2
В Ленинграде было очень жарко. На раскаленном небе ни облака. Каменные громады зданий ощутимо источали из себя набранное за неделю жары тяжелое тепло. Никогда еще толпа прохожих на Невском не двигалась так медленно. Особенно туго приходилось приезжим, которые были в костюмах, с сумками в руках, плащами через плечо. Давно капризная погода не дарила ленинградцам подряд столько теплых дней.
Оля Казакова стояла в тени арки кинотеатра «Аврора» и смотрела на раскаленный Невский. В карманчике модной рубашки лежал билет на французский кинофильм «Чудовище» с участием Жан-Поля Бельмондо, любимого ее артиста. Здесь, в тени, жарко, а какая духота в зале! Она уже видела этот фильм, все кинокартины с Бельмондо она смотрела по нескольку раз.
На девушке короткая юбка, открывающая длинные ноги в белых босоножках. В девятнадцать лет девушке с ее стройной фигурой и маленькой твердой грудью не нужно надевать на себя ничего лишнего, как говорила лучшая подруга – Ася Цветкова. Где она сейчас? Вместо юга, как мечтала зимой, укатила до экзаменов на машине с компанией в Прибалтику. Хорошо она там подготовится… Приглашали и ее, Олю, да разве мать отпустит? Оля в этом году закончила первый курс Института театра, музыки и кинематографии на Моховой. Как мать ни уговаривала ее поступать в художественный институт имени Репина, Оля не послушалась. Почему она должна учиться на художника, если у нее нет к этому призвания? Отец ведь не настаивал, чтобы она пошла на филфак университета? Он и Андрея не уговаривал, тот сам выбрал журналистику.
В десятом классе ее пригласили на киностудию «Ленфильм» – помощник режиссера по всему городу искал девочку на главную роль, и она удачно снялась. Пробы, киносъемки, направленные на тебя юпитеры, гримеры, на ходу накладывающие на лицо румяна, щелканье трещотки с титрами, павильоны и натура – все это с головой захватило девочку и определило ее выбор на будущее. Мать убеждала, что случайный успех – это еще не все, кинозвезды вспыхивают и тут же гаснут, а у нее, Оли, явные способности художника-графика. Не надо, мол, ловить журавля в небе, если синица в руках… Брат Андрей, наоборот, поддержал ее желание подавать документы в театральный. Вспомнился тот давний разговор с ним.
– Тебе очень хочется стать артисткой? – спросил он.
– Я ни о чем другом больше не могу думать, – ответила она.
– Джульеттой Мазина ты никогда не станешь, – улыбнулся брат. – Для этого у тебя просто не хватит таланта… Но испытать всю эту киношную дребедень на себе, наверное, стоит… Если бы я и пошел в кино, то только каскадером. Эти ребята действительно интересным делом занимаются… А все остальное – мираж!
– Так иди, – подзадорила она. – Будешь с крыш прыгать, на лошадях скакать, переворачиваться на автомашинах…
– Понимаешь, в этом есть какая-то бессмыслица, – противореча сам себе, сказал Андрей. – Я готов все это делать, но не для зрителей…
– Для себя?
– Наверное, – после продолжительной паузы произнес он. – А ты поступай туда, куда тянет. Может, и в самом деле проявится талант. У тебя, правда, есть один недостаток, – улыбнулся он. – Ты красивая. А в мировом кино сейчас мода на некрасивых.
Оля очень считалась с мнением брата.
И вот сейчас, стоя на Невском, Оля размышляла, что лучше сделать – пойти в душный зал и полтора часа смотреть на великолепного Бельмондо или позвонить Михаилу Ильичу Бобрикову?
Когда Ася Цветкова впервые увидела их вместе на просмотре в «Ленфильме», она в ужас пришла. Это было видно по ее выпученным глазам и выражению лица. Воспользовавшись минуткой, когда они остались в буфете наедине, она спросила:
– Это твой… мужчина?
– Мой хороший друг, – улыбнулась Оля.
– Господи, Олька, он ведь старик! – заохала подруга. – Да я постеснялась бы с ним вдвоем на людях показываться!
– Кому что, дорогая… – беспечно отвечала Оля. – Тебе нравятся бармены и официанты, а мне – умные, интересные люди. Михаил Ильич знает в городе всех знаменитых людей. И знаешь, как его называют? «Великий маг»! Он делает людям добро и даже взяток не берет.
– Ученый? Академик?
– Начальник станции техобслуживания, – улыбнулась Оля. – У него свой «мерседес», и он на нем гоняет – никому не угнаться! Его даже милиционеры не останавливают.
– А он и вправду ничего, – оттаяла Ася. – Познакомь меня с ним. Я еще ни разу на «мерседесе» не каталась…
– Прокатишься, – пообещала Оля.
– У тебя с ним… роман? – вкрадчиво спросила подруга, округлив красивые глаза, которые с ума сводили ее поклонников.
– Не болтай глупостей! – одернула ее Оля. – Это у тебя романы! Просто мы друзья…
– Рассказывай… – не поверила Ася Цветкова. – Такие люди, как твой знакомый, просто так не дружат. По лицу видно, что он деловой человек.
Познакомилась Оля с Михаилом Ильичом на даче у Савицких. Весной этого года. Мать позвонила ей и предложила провести майские праздники на даче ее близкой подруги в Комарове. Вместе со своим бородатым сослуживцем Федичевым она заехала за ней в институт. Оле не очень-то и хотелось в эту взрослую компанию, но не посмела отказаться. И потом, Комарове ей нравилось, можно будет побродить по берегу залива, подышать свежим сосновым воздухом. Мать, занятая своим художником, предоставила ей полную свободу.
Туда и прикатил на своем темно-сером «мерседесе» Михаил Ильич Бобриков. Он сразу обратил внимание на девушку, вызвался проводить ее к заливу. Невысокий, коренастый, с коротко постриженными волосами неопределенного цвета, он сначала не понравился Оле. Слишком уж был самоуверенным, говорил короткими рублеными фразами, будто отдавал приказания. Узнав, что она учится в театральном институте, похвастал, что у него на «Ленфильме» много знакомых, а режиссер Беззубов – лучший друг. Он бы тоже приехал сюда, но снимает в Норвегии свой новый фильм. Про Беззубова Оля слышала. Ася Цветкова даже снялась в небольшой эпизодической роли в одном из его фильмов. Бобриков называл его Сашей, рассказал забавную историю, как они с Сашей на Вуоксе поймали полупудовую щуку, но вытащить не смогли. Беззубов в рыбацком азарте шарахиул с лодки в ледяную воду, но щука, ударив его на прощание скользким хвостом, все равно ушла…
Рассказывал он интересно, со смешными подробностями, и улыбка у него была приятной. Девушке льстило, что такой солидный дядечка уделяет ей столько внимания. Она видела, как он запросто ведет себя с художниками, артистами, учеными, приходившими к Савицким поздравить с праздником. Да и муж Вики Савицкой смотрел Бобрикову в рот. И окончательно покорил ее Михаил Ильич, когда «с ветерком» прокатил на роскошном «мерседесе» до Выборга – там они пообедали в ресторане – и даже дал три километра самой проехать. Оля немного водила «Жигули», этой осенью собиралась поступить на курсы шоферов-любителей. И тут Михаил Ильич пообещал ей свое содействие, сообщив, что в ГАИ у него уйма приятелей.