Время Лучника

Выйдя на крыльцо терема, княжна Юнислава вдохнула сырой, сладковатый послерассветный воздух. Подняла голову и посмотрела на серые, лохматые тучи.

— Простудишься, княжна, — пробасил за спиною начальник ее стражи — Стоян Черноус.

— Ой, да брось ты ворчать! Погляди вокруг — как хорошо…

Стоян Черноус — хотя и в возрасте, но рослый и крепкий, словно дуб, с длинными усами — последовал совету княжны и углядел то, чего человек простой и не заметил бы — в кустах напротив крыльца кто-то был…

— Назад! —

крикнул он, хватая Юниславу своими лапищами и втягивая назад в терем. А миг спустя в воздухе пронеслось что-то, гудя, будто шмель, и вонзилось в оконный наличник — почти в то место, где только что была голова княжны.

— Что… Что это значит, Стоян?.. — в испуге спросила хозяйка терема.

— Это значит, госпожа, что кто-то пытался тебя убить…

— Серьезное дело… — пробормотал Зенон, вертя в руках толстую стрелу с иссиня-черным оперением. — Надо бы гонца послать в городище, а, дядька Стоян? Велемудра оповестить, да людей попросить на подмогу.

Зенон был помощником и учеником Стояна Черноуса, его правой рукой. Более искусного молодого воина в рядах княжеской стражи было не сыскать.

— Гонца я, конечно, пошлю, — согласился Стоян, поглаживая свои черные как смоль усы. — Да, и вот еще что… К ведьме сходить надо, к Лесохранительнице.

— А это еще зачем? — не понял Зенон.

— Она лес знает. Может, видела чего, а может… Картинки её что подскажут заморские. Вдвоем, вместе, княжну и отведем.

— Опасно это.

— Знаю, Зенон, — вздохнул главный страж. — Однако, врага выявить надо. А иначе… Иначе впотьмах так и будем бродить…

Старуха-Лесохранительница жила неподалеку от терема княжны, за Большими Оврагами, в покосившейся бревенчатой избе, под сенью вековых деревьев.

Княжна, осторожно приподняв подол платья, переступила порог ведьминого жилища и сразу же сморщила нос от малоприятного запаха; старуха, как всегда, варила какое-то зелье в своем видавшем виды котле.

Повсюду с потолка свисали пучки пожухлой травы, на грубо сколоченном столе теснились какие-то горшки, миски, обглоданные кости…

— Привет тебе, Лесохранительница! — громко поздоровался Стоян Черноус, который вошел первым и теперь рыскал взглядом по избушке, пытаясь отыскать ее хозяйку.

В углу зашевелилась куча старого тряпья.

— Да тише ты! — змеею прошипела старуха. — Всех моих дорогих… распугаешь. Лес тишину любит. С чем пожаловали, гости незваные?

Только теперь, в полутьме, Юнислава разглядела и саму Лесохранительницу — седую, сгорбленную, непонятно во что одетую.

— С просьбой мы, — сказал Стоян. — Раскинь-ка картинки свои заморские да посмотри, кто и что угрожает княжне нашей. Есть ли враг у нее, и если есть — кто он?

— Хм! Экий ты быстрый! — проскрипела ведьма, подходя к столу и беря что-то в свои трясущиеся,

со скрюченными пальцами, ладони. «Что-то» оказалось жабой — противной на вид, как жабам и положено, с выпученными глазами. — Картинки ему раскинь! А поговорить, а посудачить, а про лесное житье-бытье мое тяжкое расспросить?.. А?

Понятливо усмехнувшись, Стоян Черноус выложил на стол тощий холщовый мешочек. Тут же потеряв к жабе всякий интерес, старуха с жадностью схватила подношение и принялась развязывать узелки.

— Хм! Серебро… — недовольно буркнула она. — Неужели же казна княжеская так отощала, что…

— Укороти язык, ведьма! — сверкнул очами начальник стражи. — Ежели толковое что скажешь — будет тебе и золото. А пока не мешкай — времени у нас мало!

В этот момент скрипнула дверь за спиною у гостей; Зенон и Стоян одновременно повернулись, хватаясь за мечи. В избу просунулся рыжий патлатый парень с каким-то лисьим лицом.

— Да эт Карнаух! — махнула рукою старуха. — Тутошний он. По хозяйству мне помогает. Дров наколоть, воды из ручья натаскать… на голову малость хворый, а так — ничего…

Парень странновато ухмыльнулся и, просочившись мимо ведьминых гостей, стал рыться в барахле, сваленном в углу избы.

— Ты давай, ступай отседова! — беззлобно прикрикнула на него Лесохранительница. — Не мешай нам!

Парня будто ветром сдуло. Старуха же достала откуда-то большую пачку «картинок», о которых говорил Стоян, и смела со стола мусор, освобождая место. Затем разложила «картинки» в круг, тыльной стороною вверх.

— Давай, княжна, тяни карту да мне подай. Судьба твоя, тебе и выбирать.

Юнислава протянула руку и достала одну из карт. Подала ее ведьме.

— О-о, вон оно што! Ох, чуяло мое сердце, чуяло!..

Карта исчезла в складках ведьминой одежды.

— А ну-ка, княжна, тяни ещё! Вторую карту!

Юнислава послушно выбрала еще одну «картинку», и старуха, тут же выхватив ее из руки гостьи, снова принялась причитать:

— Время Лучника пришло! Лучник вернулся!

— Что еще за Лучник? — грозно вопросил Стоян, хмуря густые брови.

— Лучник… — старуха устало опустилась на некое подобие стула у нее за спиной. — Лучник… Тот, кто убивает. Дух отмщения! И не уймется он, пока не получит своё! А еще звезда восходит. Опасная звезда…

Юнислава почувствовала, как у нее закружилась голова. Стоян и Зенон едва успели подхватить ее под руки да усадить на скамью.

— Что ты болтаешь, старуха! — зарычал на ведьму Стоян. — Пошто пугаешь княжну?!

— Это карты. А карты волшебные — не врут! Вот и весь мой сказ…

— Ну, хорошо. А как справиться с этим Лучником? Как одолеть его? — решился спросить Зенон.

— А никак! — каркнула старуха. — Дух — он и есть дух! Вот насытится кровью — тогда сам и сгинет…