Время героев
Шрифт:
– Дмитрий уже знает об этом? – спросил меркурианец, подразумевая навигатора «Странника» Дмитрия Колесникова.
– Я сообщил ему о месте назначения, и он уже занялся прокладкой наиболее оптимального курса.
Ханссен удовлетворённо кивнул своему суперинтенданту и перевёл взгляд на огромный обзорный стереоэкран, встроенный в стену как раз напротив того столика, за которым сидели космонавты. В эту минуту он показывал панораму окружающего астероид космического пространства и неторопливо подходящий к нему танкер-водовоз, доставивший на Метиду водяной лёд из колец одного из газовых гигантов. Камеры системы видеопоиска показывали вышедший навстречу космолёту лоцманский космокатер, который помогал навигатору танкера осуществить причальный манёвр.
Подобные картины давно уже перестали
Пространство под контролем Марсианского ТехноСоюза,
Марс,
Южное полушарие,
в двух с половиной градусах от экватора,
кратер Скиапарелли,
столица ТехноСоюза – Марсопорт,
городской район Северная Поляна,
штаб-квартира Космического Патруля.
Послеполуденное солнце ярко светило в безоблачном марсианском небе, отражаясь в водной глади разбросанных по всему Марсопорту прудов и небольших озёр, которые весьма умело были встроены ландшафтными инженерами в городские районы. Со стороны Сабейского моря – искусственно созданного в восточной части равнины инженерами-терраформерами водоёма, размеры которого впятеро превосходили размеры Ладожского озера на Земле, а глубина достигала ста сорока метров – дул несильный прохладный ветерок, шевеливший листву на деревьях и поднимавший с мостовых и тротуаров облачка пыли. Сейчас в экваториальной области Марса стояло лето и температура воздуха в отдельные дни поднималась до плюс тридцати градусов по стандартной шкале Цельсия, что для более удалённого от Солнца, чем Земля, Марса являлось весьма хорошим показателем. Плотная азотно-кислородная атмосфера, имевшая пятипроцентное отличие от атмосферы Земли, позволяла поверхности планеты прогреваться достаточно для того, чтобы поддерживать необходимый для комфортного проживания температурный баланс, хотя зимы на Марсе были куда суровее земных. В северном полушарии, например, в районе Ацидалийской равнины, фиксировались морозы, достигавшие минус шестидесяти двух градусов; на северном же полюсе Марса пять лет назад была зарегистрирована рекордная для терраформированной Красной планеты отметка в минус восемьдесят шесть градусов Цельсия.
Светло-синее аэротакси с эмблемой местной компании пассажирских перевозок аккуратно приземлилось на расположенную с западной стороны здания штаб-квартиры Космического Патруля посадочную площадку для летающих машин. В его правом борту открылась дверца, откуда наружу выбрался единственный пассажир аэра. Водитель его, уже получивший оплату за проезд, подождал, пока пассажир отойдёт на некоторое расстояние, после чего включил антигравитационный привод своего аэрокара и поднял машину в воздух. Через несколько секунд такси растворилось в общем потоке воздушных машин, движущихся над Марсопортом.
Пассажир, а точнее, пассажирка – стройная молодая темнокожая женщина ростом чуть выше среднего, с аккуратно собранными в длинный «хвост» чёрными волосами, одетая в строгий деловой костюм из бифлекса, состоявший из двубортного пиджака с наклонными лацканами и двумя боковыми шлицами и свободного покроя брюк, огляделась по сторонам и, поправив закреплённую на правом ухе гарнитуру беспроводной связи, уверенным шагом направилась в сторону здания штаб-квартиры Патруля, слегка покачивая небольшим чёрным атташе-кейсом из искусственной кожи. Закреплённый на левом лацкане небольшой платиновый значок с эмблемой, представляющую из себя два скрещённых меча на фоне восходящего солнца, свидетельствовал о том, что его обладательница принадлежит к сотрудникам
Главный вход в здание штаб-квартиры Патруля представлял собой прямоугольный проём высотой четыре метра, по обе стороны от которого неподвижно замерли металлическими изваяниями два массивных страйдера, чьи орудийные стволы и роторные стабберы настороженно глядели на широкую площадь перед штаб-квартирой. Рядом с ними в полной боевой выкладке несли дежурство четверо штурмовиков Патруля, облачённые в чёрную фототропную боевую броню «панцирь», вооружённые марсианскими лазганами СТГ-80. Помимо этого небольшого подразделения, как хорошо было известно прибывшей на аэротакси, в случае возникновения чрезвычайной ситуации вход в здание штаб-квартиры Патруля мгновенно был бы перекрыт непроницаемым снаружи силовым полем с одновременным задействованием защитного протокола по императиву «Цитадель».
Однако сейчас никто не собирался штурмовать одно из, пожалуй, самых неприступных зданий в Солнечной системе (объективности ради стоит сказать – третье по неприступности, после Башни ТехноСовета Марса и здания ТехноБанка), поэтому охрана вела себя вполне спокойно, лишь внимательно провожая взглядами входящих и выходящих. Предъявленный пассажиркой аэротакси идентификационный ЭМ-жетон был тщательнейшим образом проверен при помощи ручного считывающего устройства, после чего охранник, проводивший данную процедуру, вернул жетон его владелице и потерял к ней всяческий интерес.
Пройдя через широкий дверной проём, широкий настолько, что сквозь него внутрь здания спокойно бы въехал штурмовой танк «центурион», молодая женщина очутилась в огромном вестибюле, откуда в разные стороны уходили широкие массивные лестницы, способные выдержать поступь боевых шагоходов, а в дальнем конце огромного помещения виднелись двери лифтовых кабин. Поскольку подниматься на сорок девятый этаж по лестнице было бы верхом глупости (если только вы не являлись адептом физических упражнений), посетительница благоразумно решила воспользоваться одним из скоростных лифтов.
Здание штаб-квартиры Космического Патруля было строго структурировано и каждое подразделение имело в своём распоряжении столько пространства для нормального функционирования, сколько ему полагалось по роду деятельности. Тактический сектор Патруля занимал этажи с сорок пятого по пятьдесят второй, а на сорок девятом находился рабочий кабинет руководителя сектора полковника Константина фон Белова. И именно туда и держала свой путь посетительница.
Сканеры, расположенные по всему зданию штаб-квартиры, положительно реагировали на идентификационный жетон, но иначе и быть не могло. Ведь содержащаяся на нём закодированная сложным шифром Вернама информация, считать которую без ключа было практически невозможно, уведомляла системы безопасности, что обладатель данного жетона является оперативным агентом Космического Патруля сотрудником тактического сектора капитаном Инарой Соколовой, имеющей полное право находится в любой части здания. Разве что доступ к командующему Патруля мог быть ей открыт только после получения специального подтверждающего кода.
Сколько бы раз Соколова ни появлялась в рабочем кабинете своего непосредственного начальника, они постоянно видела фон Белова склонившегося над своим рабочим столом-пультом или глядящего в односторонний мультихроматрон. Вот и сейчас руководитель сектора тактических операций что-то просматривал на этом самом мультихроматроне, иногда сверяясь с данными, высвечивающимися в толще столешницы, которая представляла собой огромный дисплей на полихорд-кристаллах. При звуке открывающейся входной двери фон Белов лишь слегка повернул голову в ту сторону, но тем и ограничился.