Временно женаты

Снатёнкова Алёна

Интересно, я окончательно свихнулась или это только первая ступень?

Не уверена, что когда-нибудь смогу понять логику матери. Да и думать об этом как-то не хотелось. Это ведь ее жизнь.

Пожелаю ей всего хорошего.

А у меня…

А у меня есть Демидов. Муж.

Пожалуй, надо включить в себе режим образцовой жены. И начать следует прямо сейчас.

Не думая, набираю его номер, и когда Максим почти сразу же отвечает, на моем лице появляется довольная улыбка.

— Я

еду домой. Когда тебя ждать?

— А ты будешь ждать? — говорит таким голосом, от которого я сразу же начинаю краснеть. — Зачем?

Я позвонила, чтобы просто услышать его голос, но он…

Черт.

Ну, почему именно сейчас в голове проскользнули отрывки из сна?

— Буду… ждать. — тихо шепчу в ответ.

— Через час приеду.

Час. У меня есть час на то, чтобы…

Чертов сон и моя реакция на него.

А что, если Максим не будет рад такому приему?

Он не производит впечатление человека, который кайфует от домашних посиделок на кухне.

А обед дома?

Может, я переборщила с готовкой?

На мгновение, в голове проскакивает мысль, убрать всю приготовленную еду в холодильник, собрать волосы в хвост, снять с себя неудобное платье, и…

Почему я, вообще, решила встретить мужа при полном параде? И почему злюсь на то, что он опаздывает?

Проклятье.

Час уже давно прошел. Где…

Вздрогнула, когда услышала звук открывающейся двери. Максим становится в проеме и рассматривает меня долгим взглядом. Молча бросает на пол картонный пакет, и идет ко мне.

Я сглатываю.

А как же приветствие?

Да к черту лишние разговоры.

Я соскучилась.

46

У Максима потрясающие губы.

Одним поцелуем он смог вытрясти из моей головы весь хлам, который накопился в ней за несколько часов ожидания.

У него обольстительная улыбка…

Закрываю глаза, в попытке увековечить ее в памяти, но куда там… Тут же вздрагиваю, когда чувствую его дыхание на своей шее.

Тяжелое, прерывистое. От этого, даже голова немного кружится.

Забрасываю голову вверх, позволяя ему прижаться губами к горячей коже.

Это что-то невообразимое.

Каждая клеточка в моем теле превратилась в оголенный нерв. Каждое прикосновение обжигало.

Простое касание, а я уже начинала сходить с ума.

— Там… Может… Может, ты голоден?

— М-м-м? — мурлычет он, рисуя на моей спине невидимый узор.

— Обед. — машинально продолжаю я, и клянусь, готова язык себе откусить за этот ненужный разговор. — Я приготовила. Там есть…

— Начну с десерта. — с развратной хрипотцой в голосе отвечает Максим, не отрываясь от моей

шеи. — Давно о нем мечтаю.

Отвожу голову в сторону, чтобы заглянуть в его глаза, но Демидов прижимает меня к себе, лишая возможности двигаться.

Собираюсь подразнить его на счет диеты, но в этот момент, он заводит мою руку за спину, и все слова погибают во рту.

Машинально обвиваю его шею руками, потому что на ногах стоять практически невозможно.

На секунду зависаю, рассматривая его красивое лицо.

Блеск в глазах приводит в дикий восторг.

И как я могла подумать, что мы возненавидим друг друга? Как, вообще, меня могли посетить такие мысли?

Это же Демидов. Мой Демидов.

Мой кусочек льда, который одной своей улыбкой может свести меня с ума.

Мой… Да, Господи, он мой муж.

Слава богу, он и правда мой.

Так же?

— Лера… — Максим останавливается, смотря на меня растерянным взглядом. — Все в порядке?

Его руки ложатся мне на плечи.

Хотелось топнуть и приказать вернуть их обратно на талию, но…

— Я же Демидова, да?

Прямо. Честно задаю вопрос в лоб. Зачем юлить и грызть себя изнутри?

— Что? — уголки его губ ползут вверх, а руки… Руки расслабляются и возвращаются на прежнее место. О, да! Так лучше. — Ты Демидова, Лера.

— Надолго?

Мотаю головой, прикусывая губу, когда его пальцы перемещаются на мои бедра, сжимаю кожу через тонкую ткань платья.

Черт!

Максим словно нарочно медленно поддевает вверх край платья, смотря прямо в глаза.

Тянусь к нему, но нахожу силы, чтобы остановиться.

— Максим!

— Что? Лера, что ты хочешь услышать от человека, который уже думать не в состояние? — и снова в его голосе та самая хрипотца, от которой, как мне уже известно, я превращаюсь в растаявший на солнце зефир. — Что я тебя люблю? Люблю. Сам не понимаю, как можно настолько сильно любить человека. И что значит надолго? Навсегда, Лера. До старости. До внуков, о которых я никогда и не думал. До… Черт. Да я не представляю свою жизнь без одной ненормальной, которая однажды назвала меня трусом, а потом и своим женихом.

Это самое классное, что я когда-либо слышала в жизни.

Официальная информация.

— Нормальная я. — машинально поправляю его, не скрываю довольную улыбку на лице. — Хотя, я же теперь Демидова. А Демидовы немного… Забей.

Ну все, я окончательно свихнулась.

— Ну, если ты знаешь все, о моем семействе, то… Теперь я могу продолжить целовать свою жену?

Энергично мотаю головой, начиная воспроизводить в памяти его слова.

«Люблю. Сам не понимаю, как можно настолько сильно любить человека.»