Временно женаты
Шрифт:
— О чем ты? Это же я первая сказала про…
— Лерка, хватит, — еще больше злится парень. — Рассказал мне твой муженек, как его стариканы к стенке прижали. И про то, как он тебя просил помочь ему. Ты могла его послать. И вместо того чтобы в ЗАГС бежать, надо было ехать к бабе.
До меня доходит, что Максим не рассказал ему о моей встрече с Ларисой. Почему? Зачем он исковеркал правду?
Опять все сделал по-своему.
Какой в этом был смысл?
— В любом случае это уже не мое дело, — заключает
— Не говори так.
— А у меня выбора нет, — пожимает плечами, криво улыбаясь. — Одно только радует: гаденыш получил по заслугам.
Вот теперь мне точно плохо.
— К-кто?
Я сглатываю, открываю рот и тут же закрываю его.
— Муженек Шамовой. Надеюсь, у них денег не хватит, чтобы нос его восстановить.
О боже.
34
— Скажи, что ты шутишь и на самом деле не трогал Бакина, — говорю, выхватывая сумку из рук брата. Если он до сих пор думает, что сможет уйти, то он наивный дурак. — Вадим, я же просила не лезть!
— Придурок сам виноват, — слышу до ужаса самоуверенный голос. — А ты меня знаешь, за своих — любому голову откручу.
— Ты вообще себя слышишь? Ты же не такой.
— Такой, когда дело касается моей сестры, — закатывает глаза, сжимая пальцы в кулак. — Лерка, из-за него на тебя столько всего вылили. Можно сказать, он еще легко отделался.
— По-твоему, легко — это как?
В голове я уже представила образ Кирилла, лежащего в больничной палате, всего перебинтованного и с фиолетовыми кровоподтеками. В общем, кадр из голливудского боевика. Черт, надо меньше смотреть телевизор.
— Да я только пару раз успел ему по морде заехать, потом охрана клуба подлетела.
В итоге я узнаю, как мой брат несколько дней назад увидел выходящего из машины Бакина и проследовал за ним. Сначала хотел сразу ему вломить, а потом решил дождаться подходящего момента, когда этот слизняк останется один и никто из дружков не сможет ему помочь. Ждать долго не пришлось.
— Он к телке полез, та ему отказала, а урод не понял. Ну, для меня это и было сигналом.
Когда история заканчивается, у меня почти пропадает желание орать на него и читать ему нотации. Вадим же не только за сестру заступился, но и за другую девушку. Герой, но все равно что-то не давало мне покоя.
— Ты поэтому и уехал?
Не хотелось так ставить вопрос, но переживания сильнее меня. Если он чего-то недоговаривает, я должна знать.
Кирилл — трус. И если ему досталось, он расскажет Шамовой свою версию событий. Ту, которая будет выгодна только ему.
— Не знаю, — пожимает плечами. — Когда злюсь, всегда домой тянет. Но я об одном жалею, что раньше его не выловил. Может быть, тогда…
Звонок мобильного обрывает его на полуслове.
— Лер,
Он издевается?
— Останься дома. Мы еще не договорили. — Делаю акцент на последнем слове.
— Не могу. Пообещал же. Да и у тебя времени на разговор нет. Как-никак, вещи собирать надо.
Мне нужно всего лишь несколько секунд, чтобы переварить его слова, а потом сделать вывод: Вадим в курсе того, что я должна завтра переехать. А я ведь собиралась сама ему об этом сказать. Только вот не знала как. Добивать еще одной новостью тоже не хотелось.
— Максим рассказал?
— А кто ж еще? Из тебя плохой рассказчик. На год, да?
Фыркаю и киваю головой.
— Сестра фиктивно вышла замуж. Капец. Лерка, но бабе ты должна рассказать, — серьезным голосом говорит он. — Она все равно догадывается, что у тебя что-то происходит и ты ей не говоришь. Переживает.
— Скажу. Конечно. Только не ту версию, которую теперь знаешь ты.
Вадим прищурился. Видимо, пытался представить реакцию бабы Оли, но быстро бросил это дело.
— А я бы посмотрел, как она твоего муженька скалкой бьет за то, что втянул тебя в свои мутные делишки.
Иногда я бы и сама на это с удовольствием посмотрела.
— Ты не будешь злиться, если я перееду? — с надеждой в голосе спрашиваю у него, скрестив пальцы за спиной.
— Мне не нравится твое кольцо на пальце, и вся эта ситуация тоже, но… успокаивает, что я всегда смогу найти твоего Максика и начистить ему репу.
Хоть у Демидова и нет горы мышц, но я все равно не думаю, что он не сможет с кем-то справиться.
Он сильный, мужественный, красивый, он…
Тьфу ты, что у меня в голове?
— Я ему передам. Если обидит, он знает, кто к нему придет.
— Не надо. Он уже в курсе. Лично передал и посмотрел на реакцию.
Что? Там еще и реакция была?
— И? Что он сказал? — нервно улыбаюсь, не зная, в какую сторону смотреть.
— Он меня успокоил, — косится брат, склоняя голову, продолжая подпирать плечом дверной косяк. — Брак же понарошку, да? Я так и понял.
Вот как спросить, что он имеет в виду?
Не получается набраться смелости и вслух задать вопрос.
— Скинь адрес, — напоследок говорит Вадим. — В гости как-нибудь заеду.
Когда дверь за ним закрывается, я по стене сползаю на пол и пытаюсь понять, как мы докатились до такой жизни?
Ведь еще недавно нашей с братом единственной проблемой была чайная кружка, за которую мы каждый день дрались, как малые дети. Спешили домой, разговаривали, жили обычной жизнью. И не было секретов друг от друга. А сейчас все изменилось. Завтра я должна буду переехать. Вадим не остался ночевать дома. И еще… Я ощущаю себя гадиной, которая предвкушает переезд.