Времена без Героев
Шрифт:
– Подожди!
– оборвал его Мстислав - Что тебе до нас? Эдрик тебя избил, я не вступился… Почему ты нам помогаешь?
– Ну… Я ведь развлекался в той корчме. Денег у меня побольше, пожалуй, чем у вас. И серебро, и золото и даже камешки… Не с собой, разумеется, но и ужин попышнее вашего прямо сейчас заказать могу. Мне неприятно, что из-за моей шалости пострадали невинные люди. Вы, то есть. Я думаю, правильно будет, если я останусь с вами какой-то срок. А поднять на ноги норлинга я могу до следующего утра. Хотя это будет и не слишком приятная
– Мы согласны!
– за обоих сказал Мстислав - Ты можешь с нами идти… какое-то время. Потом наши пути разойдутся!
– Хорошо!
– пожал плечами Стриж - Мне приятно будет провести время в воспоминаниях… Ты бывал когда-нибудь в Артане?
– Потом поговорите!
– оборвал их Равен - Сначала помоги Эдрику!
Несколько мгновений Стриж пристально рассматривал его, затем резко, уже начальственным тоном, велел:
– Разденьте его! Догола!
Ну, надо так надо… Раздели.
Юлий довольно долго копался в своем обширном мешке, доставал и убирал разные банки, фляжки, колбочки, мешочки… Выбрал два. Осторожно, кончиком кинжала, перемешал содержимое и так же кончиком кинжала наложил по самой малости на самые большие ушибы и синяки.
– Не хочу перебарщивать!
– пояснил он, видя удивление на лицах гардара и мага - Это - сильнейший яд!
– Так… Так ты так на тот свет Эдрика сведешь!
– Вот уж незачем!
– фыркнул, явно обидевшись, Юлий - Спроси мага, он тебе скажет, что каждый яд, сам по себе - противоядие и лекарство. Этим, если переборщить, можно насмерть человека отравить… Умрет в страшных муках. И это же - лучшее на Терре лекарство от спекшейся под кожей крови - синяков, ушибов, ссадин… Посмотри на меня! Скажешь разве, что этот вот богатырь утром избил меня до смерти?
Он и впрямь выглядел свеженьким, лишь кое-где проглядывали синяки. Но ничто ведь не проходит совсем без следов!
Примерно пол-вигилии Юлий трудился в поте лица. Эдрик был очень сильно избит и на теле почти не оставалось живого места. А ведь главное было - не переборщить! В результате смазаны были лишь самые опасные,на взгляд вора, места. Остальному предстояло заживать или самостоятельно, или под влиянием магии Равена.
– Все!
– сообщил Юлий, промазав последнюю шишку на голове - Теперь, вигилии через две, он очнется. Конечно, кое-что будет болеть… Но меньше и в меньших местах, чем сейчас!
– Ну, садись, что ли к костру!
– уже дружелюбнее предложил Мстислав - Извини, угостить толком нечем. Сами на голодное пузо спать ляжем!
– Ну отчего же на голодное!
– дружелюбно возразил Стриж - Тут одному виллану не нужно было…
Тяжелый мешок, второй из двух, что он нес с собой, шмякнулся чуть ли не прямо в огонь.
– Угощайтесь!…
Мстислав, с отвычки трудно переносивший голодание длиной аж целых три вигилии, с радостным рыком вскрыл толстую ткань кинжалом и извлек на свет божий свежий, утренний наверное, каравай хлеба, несколько сдобных лепешек, стрелку подвявшего лука,
Уселись есть, не дожидаясь пробуждения Эдрика, но честно отложив ему добрую долю, как больному, вернее - раненному…
– Что делать-то дальше думаете?
– поинтересовался Юлий, евший, как и полагается сыну патриция - Я понимаю, вы почти все потеряли!
Равен, забивший рот сразу и яйцом, и хлебом с мясом и луком, промычал что-то неразборчивое. А в следующий миг поперхнулся и вынужден был просить о помощи Мстислава…
– Пойдем в замок!
– ответил за него Мстислав, от души бухнув кулаком промеж лопаток - Мне без Шершеня лучше домой и не возвращаться! Да и вообще…
Что именно вообще, узнать не довелось. Помешал Эдрик, у которого оказался богатырский организм…
Норлинг вдруг с воем вскочил на ноги, голый и страшный, весь в темных и желтых пятнах синяков. Подпрыгнул на месте и вновь взвыл. Яростно начал чесаться, тут же издал дикий вопль… В общем, напугал всех леших в округе.
– Эй, ты чего?
– испуганно спросил откашлявшийся к тому времени Равен - Эдрик!
– Да ничего особенного!
– за него пояснил Юлий - Эта мазь не зря "жгучкой" зовется. Кровь по жилам разгоняет, так и щиплется, жжется - мочи нет!
– А!
– заорал вдруг Эдрик, видимо услышавший только самый конец - Чем вы меня тут намазали, мерзавцы?!
– Вот так -всегда!
– провозгласил Мстислав громко, ибо бояться Эдрика ему не было нужды - Стараешься, трудишься для человека, а он… как последняя свинья! В ноги кланяйся этому доброму человеку, он излечил тебя!
– Излечи-ил!
– откуда-то издалека, сквозь треск ломаемых сучьев, раздался ответный вой викинга - Да я его…
Треск, грохот, вой, глухое ругательство… тишина…
Равен вскочил было на ноги, собравшись на помощь… Но вокруг нависала еще более темная и непроглядная после света костра темнота, а маг больше всего на свете именно темноты и боялся. Равен, сам стыдясь себя, сел… Мстислав же остался сидеть на месте, с аппетитом уплетая мясо с яйцом и шумно, большими глотками запивая еду пивом.
– Раз Эдрик очнулся, через вигилию и пойдем!
– сказал он, прожевав и сыто откинувшись на поваленное дерево за спиной - Он у нас после твоей "жгучки" вдвое злее будет! Как раз то, что надо, раз оружия нет!
Тут рядом что-то вновь затрещало, издалека раздался голос Эдрика:
– Маг, ты там не шарахни с испугу чем-нибудь! Я иду!
– Ну, иди!
– за смутившегося Равена разрешил гардар - Я тебя тоже не трону… пока!
Эдрик вышел к костру смущенный, белея не тронутым северным солнцем телом и прикрываясь каким-то поздним лопухом. Главное - непривычно тихий.
– Тебе чего, норлинг?
– недружелюбно уставился на него Мстислав - Жизнь не дорога? Чего носишься, как вепрь перед случкой?