Вратарь
Шрифт:
В матче с «Адмиралтейцем» создалась такая же ситуация. Счет 2:0 в нашу пользу, Марютин может забить мяч. Пусть! Все дело в том, что игровой перевес был уже полностью на нашей стороне и ничто не могло его поколебать. Уж я-то достаточно насмотрелся на своему веку, чтобы уметь определить температуру матча. Я знал, что мы победим, и крупно. Стало быть, нет необходимости подставлять себя под удар.
Это, конечно, не значит, что я призываю вратарей к осторожничанью вообще. Коль ты уж натянул на руки перчатки и пришил к своей форме «единицу», будь добр делать для команды все, что
В кубковом матче против «Спартака» мы проиграли 0:4. Саар, судивший встречу, допустил несколько неточностей. В результате Анатолий Ильин забил нам гол из положения вне игры. И сразу же матч пошел по ненормальному руслу. Несправедливость выбила ребят из колеи, они стали нервничать и уже не могли оказать серьезного сопротивления. Счет постепенно рос. Но он мог бы расти медленнее, если бы Войнов головой отразил мяч, пущенный Нетто с близкого расстояния прямо в ворота. Однако Юра пригнулся умышленно!
– Почему?
– Видишь ли, матч, по сути, был уже проигран. Я подумал, что не стоит рисковать, травма была бы наверняка. А польза какая?
Я понял его. А публика не поняла. Насмешливые свистки полетели с трибун, и адрес их был точно известен – Войнов. Но это была несправедливая реакция. Она толкала футболиста на глупость. Думается, даже к воле уважаемых зрителей нам надо относиться критически. Нельзя идти на поводу у мнения своих поклонников, если оно ошибочно. Стало быть, не стоит попусту рисоваться, подлаживаться под настроение трибун. Вот когда на самом деле необходимо… Впрочем, я о таком случае расскажу дальше, когда динамовцы Киева прибудут в Каир.
Еще одна игра была поучительной в этом сезоне, и опять со «Спартаком». В календарной встрече счет был 2:2. Симонян забил третий гол уже по истечении регламента матча. Мы опротестовали его, и была назначена переигровка. И вот сложилась ситуация, когда наш последний поединок со спартаковцами мог решить спор всего сезона – кто будет чемпионом страны: они или московские динамовцы.
В гостиницу к нам пришли одноклубники. Они подбадривали нас, давали советы, просили «наказать» конкурентов. Но нас не надо было уговаривать. Мы и сами стремились к победе, чтобы восстановить попранное равновесие предыдущей встречи со «Спартаком». И мы были очень близки к своей цели… Были!
Стояла поздняя осень. Но в последние дни в Москве шли дожди, на поле завелась грязь. Нас предупредили, чтобы мы набили шипы повыше. Однако в день матча ударил морозец, лужицы оказались скованными тонким льдом. Теперь большие шипы на бутсах уже стали плохой опорой, я скользил, а иногда даже балансировал, как канатоходец.
При подаче углового я попятился и поскользнулся. Сергей Сальников использовал мою ошибку и головой послал мяч в ворота. Впрочем, довольно быстро Каневскому удалось отквитать этот мяч. Потом газеты писали, что удар вашего нападающего был исключительно красивым.
Во втором тайме удачный прострел Фомина точно использовал Коман. Надо сказать, что для московских спартаковцев он оказался «тем самым» игроком. Они никак не могли приноровиться
Так и на этот раз вышло. Уж как стерегли его! Но вот едва Коман понял, что будет делать Фомин, его постоянный подыгрывающий, как оказался на месте и забил мяч. Мы повели в счете 2:1. Казалось, задача выполнена. Но спартаковцы ничуть не примирились с поражением. Они забили нам второй и третий голы. В третьем голе моя вина была особенно велика. Мне следовало при подаче углового выйти из ворот и попытаться отбить мяч. А я растерялся, остался на месте, и Сальников головой послал его в цель.
Это поражение было очень обидным. Мое состояние понять нетрудно. Взяв билет на самолет, я один улетел домой. Мне было стыдно смотреть в глаза товарищам.
Наиболее важным для нас событием сезона 1958 года была поездка по африканскому континенту.
УКРАИНЦЫ В АФРИКЕ
Перед поездкой в ОАР лишь одно обстоятельство портило мне настроение: опять надо было лететь. Однако иного выхода не придумаешь, и я, стараясь не думать о предстоящем полете, стал готовиться к отъезду вместе с остальными членами нашей команды. Нам сделали немало уколов, стараясь уберечь от болезней, почти неизбежных при резкой смене климатов, дали дополнительный цикл тренировок. Но вот уже все позади, мы в самолете.
Вместе с нами вылетел из Москвы посол Индии в Москве. Мы познакомились, вспомнили приезд советских футболистов на его родину. В ОАР мы собирались еще два года назад. Неожиданное нападение агрессоров на Египет сделало невозможным наш визит, и он был отложен в самый последний момент. Пришлось ждать два года, прежде чем появилась возможность организовать долгожданный спортивный обмен.
Первую посадку наш самолет произвел в Будапеште. Венгерские друзья были предупреждены о пролете сборной Украины (она в основном состояла из игроков киевского «Динамо») и вышли нас встретить. Мы знали почти всех еще по поездке на товарищеский матч вторых сборных.
Перед посадкой в самолет для дальнейшего следования Голубев вздохнул:
– Я смотрю, в здешнем небе такие же звезды, как у нас. Хорошо сейчас дома. А мы куда-то летим от него. Под самыми облаками. Что я тут забыл?
– То же самое, что и я. Старайся не думать об облаках.
– Но как это сделать? – Надо заснуть.
Обычно я не сплю в самолетах, А тут действительно забылся в тревожном сне.
Утро нас застало в Бейруте. Я посмотрел на Голубева и удивился тому, что его лицо какое-то пепельно-серое. Но, наверное, и мое было не лучше. Ведь мы провели бессонную, полную тревоги ночь. Безмятежность товарищей не заражала нас. Можно было только позавидовать, что они в самолетном кресле чувствуют себя не хуже, чем в привычной постели.