Вратарь 2
Шрифт:
Наполнение пылью: 40%
Руки против воли затряслись, будто желая прекратить это бессмысленное, убивающее меня действие. Матрица вопила на все лады, а рот открывался в беззвучном крике.
Наполнение пылью: 30%
Страх. Впервые так явно я почувствовал страх. Не простое опасение за собственную жизнь. А то самое чувство, так присущее людям. Сковывающее их мышцы, заставляющее часто работать легкие, а сердце колотиться, как сумасшедшее. И пусть у меня были некоторые физиологические расхождения со смертными, я ощущал то, что ощущали они.
Наполнение
Я сделал шаг назад, разрывая нашу с Одноглазым связь и с удивлением глядя на собственные руки. Словно ожидая, что конечности будут опалены неким пламенем. Но ничего, конечно, не было.
– Хорошо, – довольно усмехнулся бывший Инструктор, – очень хорошо.
– Хорошо? – спросил я, уверенный, что провалил проверку.
– Конечно. Видимо, в Ядре действительно кое-что изменилось, раз прислали такого, как ты.
– Малодушного?
– Ну и слова же подкидывает тебе матрица, – еще шире улыбнулся Одноглазый, – нет, не малодушного. Живого. Обычный Вратарь, получив приказ, сделал бы все, чтобы его выполнить. В том числе глупо пожертвовал собственной жизнью.
– Почему же глупо?
– Потому что за таким не пошел бы ни я, ни остальные. А ты хорош. Ты думаешь не только о конечной цели, но и по возможности стараешься не потерять себя. Если для такого есть место в Ядре, значит, найдется место и для нас.
Кто-то хлопнул меня по плечу. А затем снова. Вратари подходили и один за другим награждали дружескими тычками. На их лицах виднелись улыбки, а эманации, которые никто и не стремился скрывать, лучились радостью. И они были так похожи… на смертных.
– Мы вернемся.
Одноглазый и не думал восстанавливать свою оболочку, как только получил от меня пыль. Вместо этого Вратарь подходил к наиболее нуждающимся (судя по внешнему виду) Братьям и делился с ними теми крохами, которые приобрел. И между делом говорил со мной.
– И даже будем участвовать в войне. Не надо думать, что мы ничего не знаем. Отголоски ее достигли и этого мира.
– Как я понимаю, сейчас прозвучит «но»?
– Но мы не будем подчиняться Агонетету. Не станем бегать по любому надуманному поводу по всем мирам. Охранять алтари в местах, где они вовсе не нужны. Или напротив, быть лишь функцией на большом межмирном потоке. Мы возвращаемся, чтобы помочь Ядру, а не быть снова марионетками.
– По рукам, – сказал я.
Собственно, особых сложностей с этим не было. Во-первых, Агонетета нет. Пока. Поэтому и подчиняться ему не надо. Во-вторых, проблемы необходимо решать по мере их поступления. Мне не сказали – привести бойцов, которые будут подчиняться. Там было только что-то про воинов. И все. Понятно, что мосты придется наводить долго. А что вы хотели от отступников? В-третьих, три десятка Вратарей (а после Ям они вернут свою боевую мощь) – сила, с которой можно считаться. Поэтому потребуй Одноглазый в обмен на возвращение выложить из Вратарей Ядра на портальной площадке: «Welcome home», я бы отправился уточнять, сколько Братьев для этого нужно?
Нашу вполне конструктивную беседу прервал крик Рис. Тот самый крик, который бы мне хотелось слышать в самую последнюю очередь. Одноглазый, да и остальные Вратари с интересом наблюдали за конвульсиями девушки.
– Все в порядке. Такое изредка случается, – пришлось объяснить увиденное.
–
– Боюсь, в ближайшее время ты увидишь много чего неприятного.
На этот раз припадок Рис был самым долгим из всех. Ее отпустило ближе к рассвету, а окончательно она пришла в себя лишь к середине дня, чем довольно сильно меня напугала. Я передумал множество мыслей, о ней, о себе, о наших прошлых жизнях.
– Рис, ты веришь в перерождение?
– В херерождение я верю. Седьмой, дай лучше попить. Там во фляге немного оставалось.
– Я к тому, не задумывалась, что становится с Ищущим после смерти?
– Больше того. Видела. Пыль, которая сносится малейшим ветерком.
– Серг…
– Седьмой, есть темы, которые лучше не трогать. Или выбрать подходящий момент. Я не хочу сейчас о нем. И без того голова раскалывается.
– Хорошо. Значит, буду ждать подходящего момента.
Я замолчал, но что-то во взгляде Рис было странное. Пришлось даже пощупать эманации. Подозрение, сомнение? Возможно. Надежда? Нет. Для нее Серг умер. Не могу сказать, что она отпустила его, но старалась смириться с утратой. Это я чувствовал точно. Но при этом мне надо было вспомнить все, чтобы обрести себя. А Рис являлась ключиком к прошлому. Вот только я казался себе осликом, который топчется на одном месте и не продвигается вперед ни на йоту. А что лучше – просто подойти и сказать: «Я Серг»? Без всякой подготовки, лишь потому, что ляпнуть непременно надо? Ага, кому надо? Будто сидит тысяча человек где-то за моей спиной и напряженно ждет, когда же все это произойдет.
– Пора? – спросил Одноглазый, положив руку на плечо.
– Да. Скоро прибудет Хм… Брат.
– Как ты его называешь? – снова усмехнулся собеседник. Несмотря на кажущуюся непривлекательность, он оказался довольно смешливым.
– Хмур. Он такой серьезный вечно, будто у него под носом гадят, но Брат не может понять, кто это делает.
– Прекрасное объяснение, – залился смехом Вратарь. – А меня как назвал?
– Одноглазый.
– А вот это совсем несмешно, – ответил Брат. – До этого было смешно, а теперь нет. Зови меня лучше по имени. Я Балор.
– Заметано.
В моем представлении шествие трех десятков Вратарей должно было выглядеть впечатляюще. А оказалось, мягко говоря, непрезентабельно. Будто рабов освободили и отпустили на все четыре стороны. Одни прихрамывали, другие и вовсе грозились вот-вот свалиться на камни. Если говорить честно, для Одноглазого, простите, Балора, мое предложение оказалось настоящим спасением. Думаю, скоро Братья начали бы умирать, если данное слово уместно.
– Это все? – немного смутился явившийся Хмур. Я его понимаю, вряд ли он ожидал увидеть столько Братьев.
– Нет, двое в магазин отошли. Сейчас будут.
– Зачем в магазин? – не понял Хмур.
– Это шутка такая. Все тут.
– Хорошо, оставайтесь на месте. Я скоро.
И снова исчез. То есть переместился. Хотя сути это особо не поменяло. Правда, не прошло и пяти минут, как он вернулся. Вместе с еще тремя Вратарями. И только потом до меня дошло. В одиночку Хмур попросту бы не смог всех переместить отсюда. Вот и перестраховался.
– Вы со мной, – бросил он мне.
Под «вы» имелась в виду еще и Рис. Ну и ладно. Мне совсем не жалко. Более того, у меня теперь вроде как личный транспортер.