Враг Преисподней
Шрифт:
Битва сместилась к нашей Ставке, и мы увидели вражескую — реющий над холмом флаг и черный кристалл, в который, очевидно, было запечатано хао.
Там тоже кипел бой. Причем я мысленно поаплодировал нашим захватчикам Ставки, потому что стратегию они выбрали перспективную. Штурмовой отряд состоял из демонов-танков, принимающих на себя основной удар, воздушной кавалерии — крылатых демонов и летающих наездников Адских виверн, — а также юрких и быстрых сатиров.
Но враг не уступал и грамотно держал оборону, осыпал крылатых налетчиков градом стрел; оставляя
Взвод нерешительно остановился, а Руперт с Мотифом даже легли, пытаясь слиться с землей.
— Не останавливаемся! — прокричал я, поднял струсивших инстиг за шиворот и бросил вперед. — Кто отстанет — может прощаться с хао. Остальных постараюсь прикрыть! За мной!
Угроза подействовала. Мы помчались дальше, а когда отряд поравнялся с нагромождением камней, я велел засесть там и не высовываться.
— Ты осторожнее, декан, — посоветовал ракшас Каракапанка. — Там серьезные бойцы, это тебе не «свежее мясо» щелкать.
Хотелось ему напомнить, что еще три дня назад он называл меня «дохлым вонючкой-тифлингом», явно недооценивая, как и сейчас, но подобная самоуверенность выглядела бы странно. К тому же в его голосе слышалась забота.
— Буду осторожен, — ответил я.
Оставив отряд, я побежал, а когда отдалился, ушел в убыстрение — вынырнул, ушел — и снова вынырнул, имитируя Скачки.
Добравшись до баррикады вокруг Ставки, перескочил через нее. Меня заметила марилит-лучница, похожая на анаконду с человеческим телом и шестью руками. В спину донеслось:
— …и вонючку! — возле уха просвистела стрела.
— Где он? — услышал я, но был уже в другом месте.
Двигаясь якобы Скачками, я проскользнул между расставленными ногами огромного демона с арбалетом, не удержался, прикончил его двумя ударами — все ж меньше наших поляжет.
Мне все больше приходилось пребывать в Ясности, иначе сложно было уклоняться от снарядов, стрел, клинков, копий, копыт и смертоносных хвостов. Мир то вставал на паузу, то несся галопом, звуки то замирали, то обрушивались грохотом и ревом.
Каменное сооружение с призывно мерцающим флагом, в основание древка которого был инкрустирован кристалл со Ставкой, окружали сильнейшие демоны шестого легиона Азмодана, включая их легата Агвареса. Сколько у них звезд и сколько всего защитников, я не считал, но и без того видно, что каждый не уступает Деспоту.
Возле Ставки замерли шестеро ракшасов. В верхних руках они держали наготове арбалеты размером с баллисту, а нижними сжимали мечи. Стояли они так плотно, что никак не просочиться, разве что прыгать. Не будь убыстрения, меня бы быстро обнаружили и пришлось бы повоевать, а так я предпочел не терять времени, потому что каждая секунда — смерть кого-то из соратников.
Уйдя в Скрытность и на миг вынырнув из убыстрения, я прыгнул, помогая себе Полетом, снова ускорился. Перед приземлением выскользнул из Ясности
— Куда смотрите, болваны?! — завопила ползущая к ракшасам марилит.
Похоже, шестирукая преследовала меня все это время, не упуская из виду. Ее извивающееся змеиное туловище в длину было метров тридцать. Азмодановцы дружно повернули головы, увидели меня. К этому моменту я вырвал древко и получил уведомление, что не могу использовать способности.
Выход нашелся быстро. Я бросил флаг, убыстрился, включил Комбо, проложив себе путь. Оранжевозвездных демонов раскидало, но не убило. Вырубив просеку для прорыва, я поднял стяг и побежал, раздавая тычки древком знамени. Оно было длиннее меня, и работал им я, как копьем.
По ущелью разнесся голос легата Филотануса, объявившего, что Ставка захвачена. Только тогда наши штурмовики меня наконец заметили.
Спикировал черт на виверне, зацепил меня лапищей и усадил за спину. Его партнеры закидали защитников Ставки бомбами, потом прикрыли нас с боков.
Мы рванули к себе на базу под угрожающие визги виверн, но далеко не ушли — нам наперерез понеслось превосходящее количеством вражеское воздушное воинство.
— Возьми флаг, — крикнул я в ухо черту.
Отдав блокирующее навыки знамя, я убыстрился и прыгнул с крылатого змея на приближающегося врага. Все время находиться в Ясности я не мог, это вызвало бы подозрения и вопросы, потому периодически проявлялся.
Разметав преследователей, я заметил, что черт на виверне далеко не ушел — его подбили арбалетчики. Виверна, пронзенная десятком огромных стрел, закатила глаза и подергивалась, сам черт, крепко сжимая стяг, пытался ползти, волоча непослушные ноги, но был на последнем издыхании. Его окружали.
В очередной раз выйдя из Ясности, я устремился вниз, к флагоносцу, окруженному врагами, но не успел помочь черту: на него обрушился шквал ударов мечей, сабель и клинков. Вклинившись в толпу, я атаковал одного демона, потом второго, а когда врезал Молотом по третьему, выяснилось, что он последний — всех противников сокрушила Волна увечий.
Количество поглощенного хао зашкаливало, я только и успевал включать Ясность, чтобы пережить подобие левелапа в убыстрении. На моем левом роге зажглась уже четвертая желтая звезда.
Подобрав флаг со Ставкой, я побежал со всех ног на базу — не напрямик, а через то место, где остался мой взвод. Или так хорошо спрятались, или кто-то из них использовал маскирующую группу способность, но обнаружил я их только по дернувшемуся хвосту Каракапанки.
Приблизившись к своим бойцам, я скомандовал:
— За мной!
Обратный путь запомнился урывками. Бойцы отставали, но яростно закрывали меня телами, а я, чертыхаясь, возвращался, сбрасывал флаг кому-то из своих и переключался на их защиту. Разрубленным надвое распылился на поле боя наш молчун-испепелитель, следом лег инфернал. Беса Руперта затоптали, второй инстига, демон Мотиф, лишился головы, ракшаса Каракапанку сожгли дотла…