Враг Преисподней
Шрифт:
— Подобное не в силах сделать никто, инициал. Хаос и Упорядоченное первозданны. Их баланс является сутью всего, даже нас, Спящих. Все, что я сделал, — заблокировал хаотическую часть этих двух демонов. Теперь они не видят в тебе Упорядоченного, а значит, не испытывают к тебе противоречивых чувств.
— Ладно, — смирился я. — А что по жрецам Тиссе и Инфекту? Считаешь, что решать их судьбу в клане без моего участия — правильно?
Если бы божество, негодуя, увеличилось раз в десять, чтобы поразить меня размером, и громогласно поставило на место, я бы не удивился. Но Бегемот
— Тебя удивляет, что я напрямую даю задания своим жрецам?
— Меня уже ничего не удивляет. Если хочешь, могу принять тебя в клан и назначить лидером, и командуй сколько хочешь…
— Босс! — испуганно воскликнула Нега. — Молю Преисподней, увидь края!
Я осекся, поняв, что при свидетелях лучше не гневить Спящего. В конце концов, все, чего я добился, сделано с его помощью, и вряд ли он бы сделал что-то, что мне навредило бы.
— Прошу прощения, Спящий. Я просто устал… Мне кажется, что я теряю контроль и окружен предателями. Не знаю, что делать…
— Ты должен определиться, какими разумными ты хочешь окружить себя. Каких друзей ты ищешь — послушных льстецов, сикофантов или настоящих соратников, инициативных и преданных? От того, что решишь, зависит точка зрения. Я полагал, что ты набрался достаточно мудрости, чтобы желать второго.
— Все время забываю, что наш босс совсем юнец, — буркнул Флейгрей. — Зачем столько силы такому наивному созданию?
— Он неиспорчен, — ответил ему Бегемот. — В отличие от вас. Но довольно разговоров! Я призвал вас, чтобы Скиф перешел к следующему этапу своей миссии.
— Нет-нет-нет, — я помотал головой, подняв руки перед собой. — Никакого следующего этапа, пока не объяснишь, как ты узнал будущее!
Бегемот подошел, положил лапищи на плечи, всмотрелся в лицо. Отстранившись, заговорил:
— Мы не видим будущее, инициал, но что есть будущее, как не развитие настоящего? Ты видишь зарождающуюся реку и ее течение, а значит, можешь предположить, чего достигнут ее воды. Зная особенности ландшафта на ее пути, ты сделаешь предположение еще точнее.
— Как обычно, абстрактно и без четкого ответа, — разозлился я. — Как вы догадались, что Кетцаля наградят именно Эгидой? Откуда вообще знали, что он станет лучшим игроком дня?
— Вы, пришельцы из другого мира, приходите в наш сон, инициал, отдавая ему знания, чувства и потайные помыслы. Вместе с нашими снами, то есть всей вселенной Дисгардиума, все это и есть тот самый «ландшафт», позволяющий нам видеть, куда течет река времени. Когда будешь готов, узнаешь больше.
— Знаешь, Спящий, это уже достало! Когда ты приказываешь мне что-то сделать, что-то мелкое, не требующее особых усилий, — например, построить тебе храм там, где никто никогда не бывал, или уничтожить Чумной мор… Я, каким бы слабым ни был, считаюсь готовым! А когда просто прошу нормально ответить на прямой вопрос…
— Довольно! — рявкнул Бегемот. — Не забывай, с кем говоришь, инициал!
— Вот! — удовлетворенно заметил я. — Мне, значит, «инициативные» друзья, а тебе — полное подчинение безынициативных последователей. Стандарты у тебя, Спящий, двойные.
— Что позволено Юпитеру… — заговорил
— Ты прав, демон. Он совсем юн и наивен, а оттого резок в суждениях и оценке поступков. — Спящий обнял меня, похлопал по спине. — Все в свое время, Скиф. Все в свое время… Алекс. — Не дав мне опомниться, он перевел тему: — А сейчас… Пусть демоны расскажут, добились ли они своей цели.
Сатир с суккубой переглянулись, и Флейгрей развел руками:
— Да тут нечего рассказывать, тем более ужасающий и справедливый Бегемот знает все то же, что и его последователи. Прикинулись мы с Негой, стало быть, богатой парочкой молодоженов и отправились в медовый месяц в Туаф. Город большой, прибрежный, там и отдыхать хорошо, и народу много. В общем, задержались, вошли в высшие слои местного общества и получили приглашение на званый прием в дом первого советника Туафа.
— Такой деревенщина, — заметила Нега. — У тамошней аристократии никакого вкуса. Жена первого советника, госпожа Стафа… Диабло всемогущий, это такой кич! Уж на что я…
— Нега! — перебил Бегемот. — К делу!
— Эх… — Нега посмотрела на меня. — Значит, запоминай, босс. Первый советник Туафа Рион Стафа не так прост, как кажется всем горожанам. По всей Латтерии он больше известен как Крапива, но о его второй сущности никто не знает. В противовес Зеленой лиге Стафа создал огромную организацию, промышляющую разбоем, грабежами, похищениями высокопоставленных лиц.
— Постой! — В голове заворочались смутные воспоминания о временах моего соло-фарма, когда я привлек кобольдов-отщепенцев, а в логове огра Уот’ала дрался с Утесом и проиграл. — Его зовут Крапивой? В окрестностях Тристада много разбойников из банды Крапивы! За него даже награда объявлена, только его никто никогда не встречал!
— Как сказала Нега, у Риона Стафы разветвленная сеть по всему континенту, — ответил Флейгрей. — И я клянусь членом Азмодана, что этот самый Крапива заключил сделку с демоном. Причем не с обычным, а с кем-то из высших.
— С Белиалом, — фыркнула Нега. — Почерк этого князя я ни с чьим не перепутаю. Такие изящные зарубки на душе смертного — его рук дело!
— Да не суть, — сказал сатир. — В общем, дело сделано, босс. Мы понаблюдали за Стафой-Крапивой. Каждую среду он тайно исчезает из города на всю ночь, даже жена не догадывается. Нега проверила, он вешает на нее морок.
— А что он получил за душу? — поинтересовался я.
— Не знаем, — ответил сатир. — Точно одно: что-то позволило ему в короткое время подмять под себя почти всю преступность Содружества. Был в Рубиновом городе случай, там один бес купил душу смертного за возможность охмурять любых баб. Так вот…
— Инициал! — взревел Бегемот, мы непонимающе вытаращились на него. Сделав движение пальцем, он убрал из храма демонов. — Тиамат в беде! Ее храм атакован нежитью! Поспеши!
Кивнув, я облачился в Хладнокровие карателя, надел Косы Жнеца и активировал Глубинную телепортацию к храму Тиамат в Лахарийской пустыне.