Враг моих друзей
Шрифт:
— Все-таки будьте осторожны, друг мой, — шепнул он доверительным тоном.
— На что вы намекаете?
— Терранские женщины иногда выглядят интересно, к тому же у них нет клана и нет огромного количества проблемных родственников, и все же… у каждого достоинства есть оборотная сторона. Всем известно, что они долго не живут.
— Я знаю, не следовало мне напоминать.
— Проклятье! Я не то имел в виду… не биологические различия и даже не известную всем слабость и бренность терран… нет, тут кое-что иное.
Ази-Лори украдкой оглянулся. Офицеры равнодушно молчали и, казалось,
— В общем, простите, друг, но терране не понимают обычаев и величия Империи. Их женщины, даже принятые в наши кланы, склонны к самоубийствам или, того хуже — к побегам. Такие попытки сильно компрометируют их супругов и могут вызвать сомнения в лояльности… Во имя Космоса! Мы ведь друзья, Ке-Орн, не так ли? А раз друзья — не буду скрывать свое мнение. Вам не следовало заключать настолько опрометчивый брак.
— Я ее люблю.
— Не следует сдерживать свои порывы. Но, воспользовавшись этой госпожой, следовало оставить ее там, где вы ее нашли, а не привозить на Сирму.
— Ази-Лори, мое терпение на исходе.
— Извините… — пробормотал Ази-Лори как ни в чем ни бывало. — Не берите в голову, вы же знаете, какой я болтун.
— На поединки вызывают и за меньшею наглость.
— Ах, оставьте, Ке-Орн… У меня старые раны, лишние годы и кое-какой наследственный синдром. На дуэли против вас у меня нет ни единого шанса. Убьете меня — и что? Если ваша уважаема супруга верна Сирме, мои сомнения этого не изменят, если же не верна — они не усилят ее неверность, так зачем же нам ссориться?
— Проклятье! Заткнитесь, иначе я вас убью.
— Ладно-ладно, я уже молчу. Разговор останется между нами…
Щеки и уши Ке-Орна горели от накатившей ярости. Он отвернулся и попытался успокоиться. Ази-Лори и вправду был глуповат, к тому же не в меру болтлив.
«Что бы ни говорил этот дурак, я и сам знаю, что Ангелина в тревоге. Такое невозможно скрыть». Трагические события недавнего прошлого — разгром флотилии на орбите Гиркана, предательство генерала Сой-Карна, гибель Арси, Хироки, суд Сената, мятеж сенатора Конды Ал-Вона — все это ранило и самого Ке-Орна, но не изменило его внутренней сути. Существовал незыблемый и неизбежный путь сирмийца, долг и страсть, подразумевавшие верность клану и верность Империи. Разнились лишь способы следования пути, но не его неизменность. Ангелина была исключением из правил — она не следовала пути...
«Ази-Лори не подозревает, что мой жена была агентом отряда Кси, разведки Космофлота терранцев».
Ке-Орн чуть улыбнулся, давая понять, что согласен свести ссору к шутке.
— Хорошо, забудем об этом, друг.
В такие минуты оберкапитан сожалел, что не способен подобно псионикам контролировать чувства. Самообладания Ке-Орна хватало лишь на внешнюю имитацию спокойствия. Мир с Земным Альянсом и тайное согласие правителя позволяли Ангелине находиться на Сирме, но мир не вечен, а старший триумвир способен менять свои решения…
Дверь в дальней части зала отворилась, незнакомый человек в гражданской одежде выбрался из приемной и, шаркая ногами, отправился к выходу. Оливковая кожа на его лице сделалась серой. Несчастный, который
— Флот-капитан, Ксанте Ке-Орн Аль-Саэхир, триумвир ожидает вас.
Повинуясь голосу, Ке-Орн покинул общество Ази-Лори прошагал через гулкий зал, миновал арку и очутился в большом квадратном кабинете. С мраморных стен здесь свисали вымпелы с имперским орлом. Легкий сквозняк шевелил зеленые полотнища. Мозаика на полу изображала стилизованную карту космического квадранта. Старший триумвир ждал посетителя за столом с вмонтированным в крышку пультом управления. Небольшая круглая площадка голографического проектора мерцала в углу.
— Приветствую, триумвир. Я прибыл по вашему приказу.
— Привет-привет, оберкапитан.
По знаку правителя Ке-Орн занял металлический стул для посетителей. Триумвир Ро-Стеннер выглядел чуть мрачным, слегка усталым, в какой-то мере даже потрепанным, хотя огонь до сих пор горел в раскосых глазах, а черные зачесанные назад волосы подернулись сединой лишь наполовину.
— Слишком много просителей, — заметил с усмешкой. — Сирмийцы забывают, что я лишь первый среди равных, а не император, и разделяю власть сотоварищами и Сенатом.
Ке-Орн вежливо промолчал, отчаявшись истинные мыли триумвир — желает ли тот императорского титула, или напротив — радуется его отсутствию.
— Перейдем к делу, — продолжил между тем правитель. — В каком состоянии сейчас ваш корабль?
— «Фениксо» ремонтируют после стычки с пиратской эскадрой. Я пробуду на Сирме по крайней мере тридцать дней, если не поступит других приказов.
— Ваш клан благополучен?
— Траур по моей матери завершен. Моя супруга-консорт здорова.
— В таком случае, вы ничем не заняты, а, значит, обязаны вдвойне послужить Империи. Следует сделать это особым образом — таким, который исключает огласку.
– - Старший триумвир на миг опустил веки. — Дайте обет хранить тайну, — сухо добавил он.
— Клянусь Космосом и честью. Я буду молчать при любых обстоятельствах.
При этих словах глаза Ро-Стеннера сверкнули, хотя огонек в них показался Ке-Орну довольно злым.
— Хорошо, ваша клятва принята, оберкапитан. А теперь объясняю суть дела. Мы оба знаем, что крепитий, который вы столь «доблестно» потеряли во время гирканской операции, попала в руки разведки Альянса. Я не собираюсь упрекать вас, так как принято считать, что всему виной интриги генерала Сой-Карна.
— Я признаю свою оплошность и вину.
— Хватит! Ваша скромность хуже гордыни, а по сути ею и является. Впрочем, могу утешить… я не мог отдать будущее государства в руки молодого и безвестного тогда офицера — в ваши руки, капитан. Поэтому приказал разделись материю на две части. Таким образом, у нас остался еще один образец.
— Во имя Космоса…
Пульс Ке-Орна неистово участился. Лицо триумвира на миг исказила гримаса.
— Капсулы хватит, чтобы уничтожить крупный флот противника. Крепитий даже в малом количестве — грозное оружие, даже если лежит без употребления… К тому же обоюдоострое. Впрочем, я продолжу свой рассказ, вы достаточно умны и скоро все поймете. Вам имя Ис-майлов что-нибудь говорит?