Врачу, исцелись сам!
Шрифт:
Питером, то ли Майклом, про которого Поплавскому злые языки нашептали, что он якобы прожженный педрила, а Крыса и сама дама нетрадиционной ориентации, а поженились они исключительно с целью социальной маскировки и главное ускоренного получения Галиной Арно американского гражданства. Там в Нью-Йорке у нее была квартира и какие-то деньги на счете. Впрочем, в Москве она тоже снимала хорошую квартиру. Значит, денег хватало. Сын ее, постоянно что-то жующий жирный подросток, в мать некрасивый, уже говорил по-русски с явным акцентом. Год назад он приезжал в Москву на каникулы, и говорили, что все время просидел дома, на улицу почти не выходил, так как
Москва внушала ему
Америку. А не так давно Крысу застрелили прямо у подъезда дома, может быть, просто хотели ограбить, но шум поднялся страшный. Но это был риск профессии. Любая профессия имеет риск: банкира могут убрать конкуренты, врача за ошибку могут посадить, а в старые времена просто казнили, милиционера могут убить разбойники, а журналиста – люди, которым он испортил бизнес или просто оболгал. Месть, увы, это нормальная естественная реакция. Понятно, за просто так большие деньги не платят и американское гражданство запросто так не дают.
Если погибает альпинист, то люди скорбят, но не удивляются – такой он выбрал себе жизненный путь. Никто его не заставлял это делать.
Нехорошо говорить, но Поплавскому Галину было совсем не жалко, а вот
Крысеныша он искренне жалел, не без основания полагая, что Питер
(или, как его, Майкл) мальчишку тут же и оприходует.
Рядом с палатой, где лежал Поплавский, была еще одна платная палата, на это утро пока что пустая. Борисков ее не любил. Там всегда как нарочно лежали пациенты с серьезными проблемами.
Например, в начале прошедшей осени там некоторое время находился родной брат одного крупного питерского бизнесмена. Прислали его в
Петербург из местной больницы с диагнозом рака поджелудочной железы.
Он внезапно пожелтел. Они разрезали живот, будто бы нащупали опухоль в поджелудочной железе, пришили желчный пузырь к кишке, и зашили, чтобы потом сделать повторную операцию по удалению опухоли поджелудочной железы. Сделали ему обследование. Опухоль не выявили.
Прямых показаний для операции не было. Скорее всего, он отравился грибами, типа бледной поганкой. Борисков так и записал, и пациента с рекомендациями отправили домой. В той местной больнице, говорят, поднялся страшный шум: "Да что они в Питере совсем обалдели: не понимают, что ли,- опухоль надо срочно вырезать!" Их тоже можно было понять: они хотели заработать деньги. Брат того человека был богатый и готов был платить. Все были недовольны. Борисков тоже был недоволен, потому что больной не знал, кого из врачей слушать.
Неправильное решение могло стоить больному жизни, если пропустить опухоль, или инвалидности, если сделать радикальную операцию. Это сильно давило на нервы, потому что все осложнилось токсическим гепатитом и воспалением желчных протоков. В конечном итоге, больной поправился, прибавил в весе и вернулся к нормальной жизни. Потом в этой палате лежал пациент с так и не установленным заболеванием. Он весь облысел. Он чем-то напоминал отравленного радиоактивным полонием шпиона. Иммунная система его совершенно выключена. Потом за счет какого-то фонда его перевезли лечиться в Калифорнию, где он умер от кокцидиоидоза мозга – грибкового заболевания, присущего этому району США, где грибами насыщена местная почва. Видимо, случайно вдохнул споры, а его иммунная система с ними не справилась.
Однажды в этой палате лежали афганцы. В один день Борисков как обычно пришел на обход. Работал телевизор, царила праздничная атмосфера. Это было 11 сентября 2001 года – рухнули башни-близнецы, началась мировая война. Афганцы эти (то есть лежала жена, а муж ее
Аманулла
Апраксина рынка. Жена эта была вроде и хорошая, но больная и никак не могла забеременеть, поэтому родственники мужа настаивали, чтобы он взял еще одну жену и даже подобрали невесту, но та была глухонемая. Аманулла спросил у Борискова, не родится ли от такой женщины глухонемой ребенок. Борисков знал, что в таких странах глухота часто возникает в детстве из-за нелеченных болезней ушей, а не из-за какого-то генетического дефекта, поэтому, если это конечно так, то дети должны быть родится со слухом. Человек, побывавший в
Афганистане при талибах, рассказывал, что одну женщину за то, что она рожала только девочек, побили камнями, а потом завернули в ковер и сожгли. Так у них было принято и считалось вполне нормальным.
Впрочем, в каждой стране свои традиции и обычаи. Студент-конголезец, помнится, рассказывал, как проходят традиционные похороны в его родном племени. Колдун вводит в нос покойнику трубочку, пробивает кость, вводит трубку в череп, насасывает оттуда мозга (скорей всего жидкости из желудочков мозга) и каждый из родственников должен был это проглотить – с этим будто бы передается часть души умершего и его опыт. Некоторые считали, что таким путем теоретически может передаваться и ВИЧ.
Как раз в тот период кафедра занималась проблемой эндокринных синдромов, сопровождавшихся выпадением волос и поражением внутренних органов. Одновременно по закону парных случаев в отделении еще лежала схожая по симптомам пациентка – девушка лет двадцати.
Девчонка эта была совершенно лысая, как коленка, но не бритая и без облучения, а с тотальной алопецией – то есть вообще без волос на теле, даже без бровей, и поэтому всегда ходившая в парике. И при всем том она была замужняя и любимая жена. После ее выписки дня через три в клинике вдруг появился ее муж. Оказывается, она не приехала домой. Всё знающие медсестры подсказали позвонить некоему
Саше, который лечился в это же самое время и с которым она очень подружилась. И действительно, оказалось, она домой она не поехала, а поселилась у этого самого Саши. Телефон Саши нашли в истории болезни. Позвонили ему. Подозвали ее к телефону. А трубку дали мужу
– тоже молодому парню, чтобы они поговорили. Тот сказал басом:
"Люда, здравствуй, это я – твой муж Слава…" От этих их любовных страстей просто искрило на расстоянии. При всем том со стороны женского персонала отделения промелькнула некоторая попытка прикрыть девочку от мужа. Тут было что-то типа женской солидарности. Еще один такой уникальный тип как-то лежал с тотальной алопецией, некто
Федотов. Этот Федотов был уголовник, рецидивист. И при всем том удивительно приятный был в общении человек. Поначалу казалось непонятным, как он вообще попал в тюрьму. Однако оказалось, что он совершенно не переносит алкоголь, то есть, когда выпивает, у него напрочь сносит крышу, и его тут же тянет на приключения и он вытворяет такие вещи, какие трезвым он никогда бы не сделал. В последний раз он ударил ножом водителя такси, отнял у него деньги и снял кожаную куртку. Во время госпитализации у него обнаружили опухоль во рту – на внутренней поверхности щеки. Он тогда выпил бутылку водки, взял обычную бритву и стал сам себе опухоль вырезать, залив кровью всю палату. Его потом перевели в онкологию. Дальнейшая судьба его Борискову была неизвестна. Несомненно, у него был вариант некоего психического нарушения, вызывавшегося действием на мозг алкоголя или продуктов его обмена. И таких людей в России мягко сказать немало.