Врачевальная 13
Шрифт:
Больше не отвлекаясь ни на что, я прыгнула на мотоцикл и, надев шлем, поехала к воротом. Когда я подъезжала, увидела два огромных черных джипа, которые стояли там, один, я была уверена, принадлежал Саше. Так же там были еще три спортивных мотоцикла, вот только понять модель у меня не получилось, так как они были сильно преображены. Рядом с транспортом стояли мужчины, одетые в чёрную форму.
Я заглушила двигатель, звук которого тут же утонул в басовитом гуле разговоров. Спрыгнув с мотоцикла, ловким движением сняла шлем, освобождая волну белоснежных волос, контрастировавших с черным цветом моего
Поправив белоснежную куртку, плотно облегающую мою фигуру, я направилась к воротам. Мужчины замолчали, наблюдая за моим приближением. В их глазах читалось любопытство, смешанное с настороженностью. Один из них, самый крупный, отделился от группы и шагнул навстречу, им, как я и ожидала, был Саша.
– Приветствую, Ангел, - произнес он грубым голосом, в котором, однако, чувствовалось уважение.
– Мы ждали тебя.
Я кивнула в ответ, не произнося ни слова, рядом опустилось стекло в джипе на задней двери.
– Среди наших темных душ к нам прибыл белый ангел, который спасет нас от падения в яму греха и разврата! – театрально драматично заявил Ингвар.
– Как бы не наоборот - не утащила бы нас на самое дно, - сказал приятным голосом мужчина в похожей на мою форму, только черную, с нашивкой, которую не успела рассмотреть. – Меня зовут Сергей, вы будете ехать в колонне со мной.
Мужчина полностью не открывал шлем, поэтому я могла видеть только его губы, которые сейчас улыбались, и я смогла заметить кончики клыков - еще один вампир.
– Хорошо, я не против, - сказав это, я развернулась, чтобы пойти обратно к своему мотоциклу.
– Подожди, одень наушник, чтобы мы могли разговаривать, а ты - слышать нас всех, - он дал мне наушник-капельку, конечно же, черного цвета.
– А что у вас, кроме черного, цвета другого нет? – не смогла я сдержаться от комментария.
– Для нас он самый оптимальный, не видно ни грязи, ни крови, сколько бы ее не было на форме. Но специально для тебя я обязательно закажу беленький, или есть какое-то особое предпочтение по цвету?
– Сергей издевался, но по доброму, не пытаясь обидеть.
– У меня же есть еще время подумать? – я решила ему подыграть.
– Конечно, как же я могу настаивать и ускорять столько важный выбор! – сказал он это уже в наушник.
– Тогда я подумаю и обязательно сообщу, - судя по разноголосым хмыканьям, все наш юмор оценили, вот только среди этого многоголосья я смогла расслышать два тихих рыка.
Я села на мотоцикл, ворота открыли водители машин, и мы тронулись в путь.
Глава 22
Моторы взревели, пронзая тишину сонного поселка. Четыре силуэта, облаченные в кожу и шлемы, вырвались на узкую дорогу, ведущую в поля. Впереди и позади, словно черные тени, скользили джипы, их фары выхватывали из мглы придорожные кусты и редкие деревья. Земля под колесами была жесткой от мороза, но снега не было и в помине – лишь серая трава, словно выцветшая от тоски.
Путь вился между холмами, порой ныряя в низины, где воздух был ощутимо холоднее. Редкие огоньки домов мерцали вдали, напоминая о тепле и уюте, оставшихся позади. Мотоциклы ревели,
– Марьяна, в следующий раз я лично буду прикрывать твой прекрасный тыл сзади, а то водители то и дело на него отвлекаются, я даже боюсь за свою жизнь, - услышала я в ухе голос Ингвара.
– Если бы я тебя не знал столько веков, то была бы вероятность, что поверил в твои слова. А учитывая, какой ты в сражениях и как тебя стараются прибить, а ты из природный вредности не дохнешь - не верю! – ответил Сергей, его голос я узнавала среди других.
– А я вообще-то не с тобой разговариваю, - буркнул Ингвар, а я оставила его слова без ответа.
– Так и я тебе не предлагаю тебе прикрыть свой тыл! – смеясь, сказал Сергей, в наушнике послышался многоголосный смех, джип который вел Саша, даже вильнул по дороге.
Наконец, дорога привела к каменным вратам, полуразрушенным временем. Джипы остановились, заглушив моторы. Из них вышли мужчины, достали фонари, и осветили кладбище, раскинувшееся на склоне холма. Древние надгробия, покрытые мхом и лишайником, безмолвно хранили свои тайны.
Древнее кладбище дышало вековой тишиной, нарушаемой лишь шелестом листьев и карканьем ворон. Здесь и там возвышались полуразрушенные склепы, чьи двери зияли черными провалами. Кое-где виднелись обломки каменных ангелов, некогда охранявших покой усопших. Заброшенность и запустение придавали этому месту особую атмосферу умиротворения и печали.
Надгробия, покрытые инеем, казались призрачными в тусклом зимнем свете. Эпитафии, высеченные на камне, напоминали о давно ушедших жизнях, о любви, потере и надежде. Старые склепы, с заколоченными дверями, хранили тайны ушедших эпох, окутанные холодом и молчанием. Каменные плиты, с выбитыми на них именами и датами, склонились под тяжестью времени, словно в безмолвной молитве. Казалось, время остановилось здесь, храня в себе истории давно ушедших поколений. Каждый камень, каждая плита были свидетелями жизни и смерти, любви и утраты.
Тишина царила здесь, нарушаемая лишь завыванием ветра. В сумерках, когда тени удлинялись и становились зловещими, кладбище превращалось в царство призраков, где прошлое оживало в шепоте ветра и тихом скрипе старых деревьев.
– Ну как тебе, зловеще? – услышала я за спиной шёпот и почувствовала мужское тело, которое почти вплотную прижалось ко мне.
– Даже не знаю, что тебе ответить, Ингвар, мне нравится - уютненько тут, люблю древности, - сказав это, я подошла к мотоциклу, чтобы снять некоторую защиту, в которой будет не удобно двигаться.
– Может и меня полюбишь? Поверь - я великолепная древность, - вроде бы он глава, но сейчас прилюдно паясничал, мне это показалось странным.
– Древность, будьте так любезны, прошагайте своими древними ногами сюда, не забыв посыпать свой путь песочком, чтобы молодым скользко не было, - услышала я голос Саши: он уже был серьезен, и в его голосе не слышалось юмора, хоть и слова говорили о другом.
– Вот так всегда, только на любовь и романтику в прекрасном месте настроишься, обязательно придет медведь и все испортит, - после этих слов вампир развернулся и пошел к Саше.