Возвращение
Шрифт:
Натали удивленно подняла бровь:
– Почему вы просите об этом меня?
– Разве полиция не должна доблестно служить и защищать население? Просвещение – тоже часть службы. Как и починка дверей. – Я улыбнулся как можно обаятельнее.
– Боюсь, вы меня спутали с экскурсоводом, – отрезала Натали.
Может и так, подумал я, но почему же ты не уходишь?
– Ладно. Тогда расскажите, почему захотели стать шерифом.
Натали подняла взгляд – впервые посмотрела на меня по-настоящему. И
– Я не шериф, – поправила она. – Шериф – выборная должность. А я – его заместитель.
– Вы уходите от ответа.
– Откуда вдруг такой интерес?
– Я по жизни любопытный. Вы мне помогли, и я хочу немного узнать о женщине, которая проявила ко мне участие.
– И почему мне кажется, что у вас скрытый умысел?
Потому что ты не только красивая, но и умная, подумал я и, состроив невинное лицо, пожал плечами.
Натали внимательно на меня посмотрела.
– Почему бы вам сперва не рассказать о себе?
– Без проблем, – согласился я. – Что вы хотите узнать?
– Полагаю, из-за ранения вы больше не служите во флоте? И врачом не работаете?
– Вы правы, – кивнул я. – Меня ранило, когда я выходил из госпиталя, в котором служил. Удачный выстрел – для того, кто стрелял, конечно. Меня довольно серьезно задело. Во флоте меня признали инвалидом и отправили домой.
– Тяжело вам пришлось.
– Это точно, – согласился я.
– И вот вы переехали в Нью-Берн, чтобы?..
– Я здесь ненадолго. Летом уезжаю в Балтимор – изучать психиатрию.
– Серьезно? – удивилась Натали.
– Вам чем-то не угодили психиатры?
– Почему же. Просто не ожидала, что вам это интересно.
– Между прочим, я прекрасно умею выслушать пациента.
– Я не об этом, – возразила она. – Уверена, вы многое можете. Но… почему именно психиатрия?
– Хочу помогать ветеранам с посттравматическим синдромом, – объяснил я. – Сейчас такие врачи необходимы, особенно солдатам и морякам, которых то и дело переводят на другие базы. Как я уже говорил, пережитое на войне порой не покидает человека и дома.
– С вами так и случилось?
Мне показалось, что Натали проявляет искренний интерес.
– Да.
Она задумалась, и у меня снова возникло чувство, что она понимает меня по-настоящему.
– Тяжело было?
– Очень, – признался я. – Невыносимо. Сейчас тоже накатывает время от времени. Но давайте лучше сменим тему.
– Ладно, – кивнула Натали. – Теперь, когда вы все объяснили, я признаю, что ошибалась. Вы станете отличным психиатром. Как долго продлится обучение?
– Пять лет.
– Говорят, на врача учиться непросто.
– Как попасть под машину – может, чуть полегче.
Впервые за вечер Натали рассмеялась.
– Уверена, вы справитесь. И надеюсь, успеете насладиться нашим городом. Тут чудесно, и много хороших людей.
– Вы выросли в Нью-Берне?
– Нет, – улыбнулась она. – Представьте, есть городишки еще меньше.
– Смешно.
– Зато честно. А можно узнать, что будет
– Вы хотите его купить?
– Боюсь, он мне не по карману. – Она убрала за ухо выбившуюся прядь. – Кстати, а вы откуда родом? Расскажите немного о себе.
Радуясь ее интересу, я вкратце поведал о детстве в Александрии, о родителях, о летних каникулах в Нью-Берне. Затем – о старших классах, колледже, медицинском факультете, резидентуре. О службе во флоте. И все это – чуточку приукрашивая, как обычно бывает, когда мужчина хочет впечатлить симпатичную женщину. Слушая мой рассказ, Натали иногда приподнимала брови – не знаю, от восхищения или просто удивляясь.
– Значит, вы – городской парень, – заключила она.
– Отнюдь, – возразил я. – Я все-таки из пригорода.
Уголки ее губ немного поднялись, однако я не понял, чем это вызвано.
– Одного не пойму – зачем вы пошли в Военно-морскую академию, – задумчиво произнесла Натали. – Вы же учились лучше всех. Вас приглашали в Йель и Джорджтаун!
Лучше всех? Я действительно так сказал?
– Не хотел напрягать родителей, – ответил я. – Решил себе доказать, что справлюсь без их помощи. Финансовой, я имею в виду.
– Разве вы не говорили, что семья у вас богатая?
Ах да. Похоже, я и этим успел похвастаться.
– Не то чтобы богатая… не бедствовали.
– Значит, вы пошли в академию из гордости?
– И чтобы служить родине, – добавил я.
– Понятно. – Натали едва заметно кивнула, глядя мне прямо в глаза, а затем, словно вдогонку, добавила: – Наверное, вы знаете, что в наших краях расквартировано много военных? В Черри-Пойнт [9] , Кэмп-Лежен [10] … многие вернулись из Ирака и Афганистана.
– Когда меня направили служить за границу, я работал с докторами и медсестрами со всех концов страны. Я столько всего узнал, трудясь с ними бок о бок. Мы сделали много полезного. В основном принимали местных – большинство и врачей-то не видело, пока не открылся наш госпиталь.
9
Черри-Пойнт – авиабаза морской пехоты США в городе Хейвлок, штат Северная Каролина.
10
Кэмп-Лежен – военно-учебный центр в Джексонвилле, штат Северная Каролина.
Натали крепко задумалась. В тишине отчетливо послышался стрекот сверчков, и тут ее голос зазвучал снова:
– Даже не знаю, как бы я справилась с тем, что пережили вы.
– То есть?
– Вы каждый день погружались в ужасы войны. И понимали, что есть люди, которым вы не в силах помочь. Я бы, наверное, не выдержала. Во всяком случае, не протянула бы долго.
Я чувствовал, что Натали говорит от чистого сердца, – пусть я и слышал подобное не впервые – и об армейских, и о врачебных заслугах.