Возвращение в Эльдорадо
Шрифт:
Логову нравилась его способность быстро успокаиваться. Второй пилот приказал Умаш:
– Дай изображения за номерами 2248, 2267 и 2294. Переход на каждый номер по моей команде.
– Изображение номер 2248, – сказала машина, и на вспомогательном экране появился участок земной поверхности. Можно было разглядеть зелёные пятна лесов, квадраты полей, извилистые нитки рек. Возле одной, самой широкой реки, проглядывалось тёмное, неправильное пятно.
– Город? – спросил Логов.
– Город, – кивнул головой Герберг и громко сказал: – Умаш, дай предельное увеличение пятна
– Даю увеличение, – откликнулась машина, и изображение на экране сменилось другим: пятно разбилось на тёмные точки и волнистые линии.
– Как ты думаешь, что это за кольцо? – Герберг обвёл пальцем светлое неровное кольцо вокруг города. В некоторых местах на кольце были заметные утолщения.
– Не знаю. Наверное, улица в виде кольца, – неуверенно произнёс Логов, всматриваясь в изображение.
– Нет, – сказал Герберг. – Это крепостная стена. Умаш не смогла это изображение идентифицировать, потому что у неё в памяти нет данных о крепостных стенах.
– Крепостная стена?
– Да. Идём дальше. Умаш, покажи изображение номер 2267.
– Даю изображение номер 2267.
На экране появилась новая картинка: что-то похожее на морской залив. На воде сверкали солнечные блики. Береговая кромка в одном месте пересекалась расплывчатыми тёмными полосами.
– Ну, и?.. – поинтересовался Логов.
– Это дым. А вот здесь, видишь, пламя, – показал Герберг на красноватые пятнышки среди чёрных полос. – Это ещё один город или городок на побережье Северной Африки. Надеюсь, ты понял, что горит?
– Не пойму, к чему ты клонишь? – пожал плечами Логов.
– Я хочу, чтобы ты сам сообразил – какая Земля перед нами, – Герберг пристально посмотрел в глаза командира.
– Наша с тобой Земля, какая же ещё, – усмехнулся Логов.
– Умаш, покажи изображение номер 2294.
– Даю изображение номер 2294, – отозвалась машина.
– Пожар в сибирской тайге, – сказал Герберг. На экране зеленело безбрежное пространство, но в одном месте чернело безобразное пятно, и клубился густой белый дым.
– В наше время ты часто слышал о лесных пожарах? – спросил Герберг.
– Не помню. Вроде бы нет. Не часто.
– Их вовремя предупреждали и быстро тушили, если они возникали. Ну, а города у нас когда-нибудь горели?
– Ты думаешь, что это не Земля?
– Нет, я так не думаю. Мне кажется, что мы попали в далёкое прошлое. Но какое, об этом узнаем только на самой Земле.
4.
Расчётной точки выхода из подпространства у «Прорыва» не было. Конкретное задание дали предельно простое: войти, пробыть определённое время, выйти, осмотреться, снова войти и сразу же выйти в точке выхода. Первую часть программы «Прорыв» выполнил. Удалившись на 40 астрономических единиц от плоскости эклиптики, он вошёл в рабочий режим, для проникновения в подпространство. Предполагались неприятные ощущения при входе и выходе из подпространства, судя по записям бурных реакций обезьян и других животных в первых автоматических полётах. Однако ничего особенного ни Логов, ни Герберг не ощутили, кроме лёгкого
Логов и Герберг в эти минуты не могли переброситься и парой слов о своих впечатлениях: слишком были заняты работой, которая заключалась в непрерывном подключении различных датчиков и анализаторов. Правда, это делала и Умаш, но такое дублирование предполагалось самой программой полёта на возможный случай выхода из рабочего состояния либо экипажа, либо Управляющей машины.
Через час, серая мерцающая пелена пропала со всех обзорных экранов, а её заменила непроницаемая чернота с редкими светлыми туманными пятнышками.
– Где это мы? – спросил Герберг, изумлённо уставясь на экраны.
– Я сам бы хотел узнать, – ответил Логов, удивлённый не меньше второго пилота.
Некоторое время прошло в созерцании увиденного. Молчание нарушила машина, подав свой синтезированный голос:
– Даю информацию. Корабль находится в межгалактическом пространстве. В точке, удалённой от нашей Галактики приблизительно на расстоянии 400 тысяч парсек. Остальные данные уточняются и будут сообщены дополнительно.
Логов с Гербергом переглянулись, и второй пилот произнёс:
– Ого, куда нас занесло…
– М-да, – только и сказал Логов, почесав висок.
– Сумеем ли назад вернуться? – спросил Герберг.
– Будем надеяться. Умаш машина умная, хотя и экспериментальная. Думаю, не подведёт.
Логов знал, что машина надёжная, и Герберг это знал. Но сейчас командир говорил скорее для успокоения не только второго пилота, но и самого себя. Трудно было представить, что маленькая частица человечества находится не между звёздами, а между галактиками. Грандиозность произошедшего ошеломила экипаж «Прорыва». Перемигивалась индикаторами Умаш, обрабатывая получаемую извне информацию.
– Свершилось! – сказал Герберг и повернул довольное лицо к Логову. Тот не смог сдержать ответной радостной улыбки.
– Значит, любые дали нам подвластны?
– Любые, – согласился Логов и уточнил. – Но только в том случае, если мы вернёмся обратно.
– Иначе быть не может, – сказал Герберг.
Почти двадцать часов находился «Прорыв» в межгалактическом пространстве. Параллельно со сбором внешней информации, Умаш рассчитывала обратный путь. Во второй раз было совсем не обязательно находиться в подпространстве продолжительное время. Решили осуществить мгновенный вход и выход.
После необходимой подготовки «Прорыв» вошёл в подпространство и сразу же вышел в предполагаемой расчётной точке. Даже серая пелена не успела появиться на обзорных экранах. Просто в окружающей черноте возникли знакомые созвездия. Правда, сказались погрешности расчётов, поскольку корабль вышел всего лишь в сотне мегаметров от Земли и начал падать на неё, закручивая спиральную орбиту.
Тут-то и проявились все те непонятные случаи отказов работы двигателей, частых сбоев Умаш и молчание Земли на всех радиодиапазонах, вместе с отсутствием вокруг неё искусственных спутников.