Возвращение графа

Лэйтон Эдит

– Может, будешь передвигаться на карачках? – с интересом спросил Кристиан. Она хихикнула.

– Тогда давай вернемся, – прокричал ей на ухо Кристиан, дыхание коснулось уха, и у нее по спине пробежала дрожь. – Или хочешь еще что-нибудь посмотреть?

– Нет, достаточно. – Ей не хотелось жаловаться, но удовольствие от ярмарки стремительно убывало.

– Надо сделать еще одну вещь, – сказал он, подняв голову и оглядываясь. – А, вот. Место не хуже других.

Он подвел ее к палатке, где вывеска обещала ученую свинью, но старик, стоявший у входа,

сказал:

– Следующее шоу через час. Но за полцены могу пустить вас посмотреть на нее.

– Я заплачу полную цену, если вы дадите мне кое-какую информацию, – сказал Кристиан.

Глаза старика сузились.

– Я мало что знаю.

– А, ну конечно. А твоя свинья мне приходится дядюшкой. Слушай, я не полицейский и не шпик, все, что мне надо, – это узнать о парне, который работал здесь семнадцать лет назад. Он был акробатом и падал с каната на землю; все думали, что он насмерть разбился, но через миг он вставал. С желтыми волосами, в красном костюме.

– А, этот, – с облегчением произнес старик. – Я его знаю. То есть знал. Его больше нет.

– Да, я слышал, что он умер.

– Он-то? Ну нет, он еще ходит по земле. Это Воробей откинул копыта два года назад, тот парень, который падал и опять вставал, как говорилось в объявлении. Собирал хорошие денежки, пока его не прихватило. Его доконало не выступление, а кашель; не падение, потому что он знал, что делает. Нет, тот, кого вы видели здесь, – это Ольфи Броган, несчастный поганец, прошу прощения, леди, – сказал он, увидев, что Кристиан нахмурился.

– Ольфи – он прыгучий, – продолжал старик. – Бедолага. Он завязал с выступлениями на другой день после того, как выступил в первый и последний раз. Он, вишь, пытался сделать то, что делал Воробей, но чуть не свернул себе шею. Испугался не меньше, чем толпа, двенадцать месяцев не мог выпрямиться. Если желаете с ним поговорить, он живет в Ковентри, зарабатывает на хлеб с маслом, делая седла.

Кристиан улыбнулся:

– Ты облегчил мне душу, не только кошелек. В тот день я его видел; не думал, что он такой болван, чтобы разбиться ради представления. Спасибо. – Он протянул старику заработанные монеты, тот взял и притронулся рукой к шляпе.

– Теперь можем идти, – сказал Кристиан Джулиане. – Я удовлетворен. Это тот пункт, который я должен был прояснить.

Она с любопытством смотрела на него.

– Твоя кузина сказала, что я видел этого акробата в Лондоне. Я хотел доказать, что она ошибается. То, что мы видели, был одноразовый показ.

Джулиана улыбнулась, и они ушли. Кристиан обернулся, и она вслед за ним. Он посмотрел на старика, с которым они разговаривали, и старик подмигнул, Джулиана остолбенела.

– Земля неровная, – быстро сказала она, чтобы как-то объяснить свою заминку и скрыть сомнения. Старик подмигнул, чтобы показать, что дело сделано? Или он проявил дружеские чувства, когда деньги согрели карман? Она избегала взгляда Кристиана и смотрела под ноги. – Как ты думаешь, Софи с Хэммондом уже ждут у кареты? – спросила она.

– Скорее

всего.

Кристиан остановился. Она увидела, что они стоят позади палатки одни. Он вывел ее из толпы.

– Наконец-то, – с удовлетворением сказал он и коснулся губами ее губ.

Она знала, что не должна его целовать, нельзя обнимать и прижиматься к нему. Но она также знала, что губы у него теплые, нежные и что нет ничего лучше, чем его крепкие объятия.

И хотя у нее были закрыты глаза, она знала, что солнце сияет и вокруг сотни людей, которые могут застать их врасплох. И что потом она пожалеет об этом. Поэтому она и огорчилась, и обрадовалась, когда он ее отпустил.

– Извини, но я отказываюсь давать представление для публики.

Она огляделась. Вокруг не было ни души.

– Вылезай, – устало сказал Кристиан, подняв голову. – Покажи свою мерзкую рожу. Я видел твою тень и, клянусь, слышал, как ты дышишь.

Долговязый светловолосый человек со сломанным носом вышел из тени и усмехнулся.

– Странно, что вы могли расслышать мое дыхание, вы так пыхтели, сэр! Добрый день, мадам. – Он поклонился Джулиане. – Кто бы вы ни были. Потому что можете мне поверить, я вас не знаю и никому не скажу.

– Лучше не надо, – буркнул Кристиан. – Безымянная леди, позвольте представить вам капитана Энтони Бриггза. Этот негодяй следит за каждым моим шагом, видимо, для того, чтобы оберегать общество. Его наниматель – сквайр, его хозяин – сам дьявол. Только не говори, что за другим деревом прячется сыщик.

– О Боже, нет, конечно. – Энтони с показным страхом оглянулся по сторонам. – Последний раз, когда я его видел, он крался за вашей кузиной, леди, чтобы убедиться, что она в безопасности. Он знает, с какой стороны хлеб намазан маслом.

– Как и ты, – буркнул Кристиан. – Но если Мерчисон сел им на хвост, тому должна быть причина. – Он поджал губы. – Ступай обратно на ярмарку, посмотри, что там с ними. Я скоро буду – если они не ждут нас в карете. – Он обратился к Джулиане: – Я отведу тебя. Если они там, поедем назад к сквайру. Если нет... – Он взял Джулиану за руку и повел вверх по склону.

Их ждал только кучер.

– Залезай и оставайся здесь, – сказал Кристиан. Голос у него стал резким и холодным. – Я вернусь. Жди. – И он, широко шагая, направился к ярмарке.

Кристиан точно знал, куда идти, – туда, где люди столпились, как муравьи вокруг краюхи хлеба. Он протискивался, работая локтями, вдогонку слышал угрозы и восклицания, которые прекращались, стоило человеку увидеть его лицо. Он не видел ни Софи, ни Хэммонда, ни Бриггза, но толпа была слишком плотной, чтобы можно было на что-то рассчитывать.

Все следили за дракой. Окруженные толпой, две цыганки орали друг на друга, обе черные и экзотичные, но молодые и необычайно красивые. Их лица пылали злобой. У одной блузка была разорвана от плеча, и точеную грудь мог видеть каждый мужчина, которому удалось пробиться поближе. Она не обращала на это внимания, а толпа затаила дыхание в предвкушении драки.