Возведение
Шрифт:
— Александр! — мгновенно остановился рядом со мной Шонлах. — К черту этот бой! Уходим!
— Я бы и рад, но эта сука не отпустит нас! А в скорости он тебе ничуть не уступает! А находясь близко к нему, я так понимаю, ты нас вернуть не можешь?
— Нет, — помрачнел Шонлах и посмотрел на заботливо оберегаемого им ребёнка, что сейчас лежал с закрытыми глазами и ни на что не реагировал, пока ребёнка буквально окутывала кровь его отца.
— Ты пытался покинуть зону подавления? — спросил я у него.
— Нет. Стоит мне отойти от тебя подальше, и этот ублюдок снова атакует разум, а у меня нет сейчас магии на защиту себя
— Печальная ситуация. — Кивнул я и в этот момент с неба прилетело восемь ракет, все они атаковали в одно место, прямо в почти что восстановившегося раалфарца.
Не убили. Но нанесли новые раны, которые он снова стал восстанавливать.
— Ты способен вернуться в наш мир сам? — спросил меня вампир
— Да. Хотя это только экспериментальная технология, но пока мои разработки меня не подводили. У тебя есть идеи? — спросил я.
— Есть. Ты можешь дать мне то, что защищает нас от телепатии?
— Могу. Но проработает он, отдельно от меня, не долго со вложенным зарядом в аккумулятор устройства.
— Плевать. Дашь мне его, а я возьму ублюдка на себя. Отвлеку и дам тебе время. Ты ведь способен создать и второй такой для себя? — Спросил он, на что получил кивок. — Ты летаешь быстрее, чем я бегаю, так что улетишь из зоны подавления, а после вернёшься в наш мир и вылечишь сына.
— Допустим, я то не против, но ты-то как? — спросил я, вместе с тем создавая ещё один генератор помех, что проработает недолго на восьмом уровне работы, минуты полторы.
— Даже если он мне сотрёт личность, я все равно восстановлюсь и вспомню себя. А если даже полностью умру, то вскоре реинкарнирую и тогда вернусь к сыну. Главное, чтобы он был жив и здоров, тогда я найду его где угодно.
— Я тебя понял. Сделаю все, что в моих силах и возможностях. И на вот, держи. — Подал я Шонлаху небольшое устройство с красной кнопкой на навершии, легко умещающееся в ладони. — Это маячок. Когда поймёшь, что защиты от телепата больше нет, а сбежать не получается, нажми на кнопку. И тогда в место, где произошло нажатие, очень быстро прилетит ракета с термоядерной начинкой. То, чем я взорвал эту гору, послабее этой ракеты будет уж точно.
— Понял, — сказал вампир и передал мне своего сына, а опутывающая того кровь ушла, но я тут же окутали его нанитами, а те спроецировали во вне силовой барьер, по подобию того, что и меня защищает.
Больше говорить времени небыло. Мы и так тараторили тут со скоростью в десяток слов в секунду, благо оба могли воспринимать и такую речь, но даже так противник уже восстановился и прямо сейчас по земле в нашем направлении снова расползлись по земле линии радужного свечения.
Я и Шонлах с реагировали мгновенно. Он ушёл в сторону и покинул зону поражения, которая, по всей видимости, не может распространяться бесконечно, а я уже создал за спиной комплекс для маневрирования в воздушном пространстве и во всю ускорялся, поднимаясь выше. Ни я с ребёнком, ни Шонлах, не пострадали и теперь уже вампир вступил в бой.
Я все поражаюсь, какого черта, сам же подавляя свои силы, этот раалфарец может использовать способности, явно не естественного типа? Ну, то есть, контроль крови, как части самого себя, метаморфизм, скорость, сила, поглощение и многое другое у Шонлаха, это естественные свойства его тела, такие же, как у человека — дыхание. Потому, даже в поле подавления такие силы продолжают работать,
— Мне предстоит ещё много исследований… — сказал я самому себе, понимая, что есть ещё бесчисленное количество вопросов, на которые у меня нет ответа.
Полёт вышел не долгий, но очень быстрый, хотя и не на максимальных показателях — мне нужно было не перегружать ускорениями торможением тело мальца…
Через двадцать секунд полёта я покинул зону подавления и тут же моя скорость стала расти ещё больше, так как теперь я летел с помощью телекинеза и им же оберегал ребёнка от перегрузок. Вместе с тем, телепатически я проник в его разум… точнее то, что от него осталось.
Произошло не самое худшее — сознание ребёнка не было стёрто подчистую. Однако, даже мимолетное касание по такому беззащитному и совершенно ещё не сформировавшемуся разуму, не окрепшему, сильной телепатической атаки, напрочь разрушило зарождающуюся структуру сознания.
Выбора особого не было — я приступил к восстановлению всех тех ошметков ментальных структур, что у него находились в голове, в то же время наниты проникли в организм мальца, да в обильно количестве, начав армирование его тельца, наниты буквально соединились с каждой клеткой тела парня, вступали в полный симбиоз с его организмом, для чего я на ходу переставал их программный код. Основную же колонию организовал в мозгу парня, что позволяло мне работать не только с разумом парня ментально, но и со структурой его мозга, напрямую, что, в свою очередь, на порядки облегчает работу, позволяя прямо на ходу переставать нейронные связи, создавать новые или уничтожать старые. А в мозгу дитя из-за ментальной атаки уже начали появляться травмы нервной ткани, которые я оперативно вылечивал.
Мне, ранее, не приходилось настолько глубоко работать с разумным существом на ментальное уровне. Да, я создавал с нуля сознание для Слэнда, как и для Игни, но там действительно ничего сложного не было. У этих духов не было подсознания, с которым сознание нужно синхронизировать, для нормальной жизнедеятельности организма и самого сознания, небыло нужды изгаляться о том, чтобы личность этих существ могла развиваться нормально, целостно, независимо, как это происходит с людьми… с духами было намного проще, но из-за этого, даже спустя столько лет, они и не изменились особо на ментальном уровне. Они, скорее, напоминали мне роботов. Духовных.
Глава 55
А вот тут пришлось постараться. Очень осторожно стягивать и соединять ментальные структуры мальца воедино, порой обнаруживая, что некоторые части были безвозвратно уничтожены, отчего мне приходилось буквально самому и создавать их, вслед за этим нанитами меняя структуру его мозга, чтобы максимально легко позволить телу перенести такую, сначала, ментальную травму, а потом ментальную операцию. И порой то, что наниты слились и встроились в работу всего организма действительно было очень важно — иногда происходили ошибки, от которых даже я не застрахован, и у парня оказывали органы, но тут дело брали наниты и самостоятельно реанимировали органы, при этом беря на себя его функции.