Возращение
Шрифт:
– Да, вполне…
– Онг, скажите, - спросил полковник, - я вижу, вы свободно владеете нашей научно-технической терминологией. Ваша цивилизация – тоже техническая, или техномагическая, как вы говорите? Или вы усвоили какие-то знания, попав уже сюда?
– Попав сюда. Дим владеет технологиями передачи знаний в форме, допускающей быстрое усвоение. Он оставил мне огромный массив знаний по Земле, ее науке, культуре. Включая и опыт ваших лучших экспертов в области разведки, контрразведки, специальных операций. Конечно, усвоение подобного опыта не
В беседе возникла пауза. Онг и Лена давали возможность полковнику обдумать услышанное.
Вдруг зашевелился, зарычал Анчар.
Онг огляделся, замер на секунду.
– К нам приближаются, окружив кольцом, какие-то люди. Несколько десятков, если не больше. Подождите минуту, я просканирую одного из них.
Онг отошел к деревьям, под их прикрытием накинул маскировку. Прыжком прошелся по рядам крадущихся под сенью зеленки вооруженных людей в камуфляже. Нашел пару внедорожников, стоящих на том самом пустыре, где они встретились с Леной. Рядом с ними стояли люди в том же камуфляже, с рациями. Онг выбрал одного из тех, кто не участвовал активно в разговоре, и натравил на него свой артефакт «псион». Через минуту вернулся назад на полянку.
– Нас окружают боевики Плещеева. Не просто криминальные наемники, а натуральные рабы. Каждому из них внедрен имплант подчинения. Ни один из них не состоит на службе в официальных силовых структурах, хотя за всех ручаться не могу. В общем, у нас нет другого выхода, кроме как незаметно вырезать их всех до одного, после чего сменить место дислокации. Такие же импланты стоят у тех, кто вывез вас из СИЗО. А! Я понимаю, как они нас нашли. В импланты наверняка вмонтированы маячки, по которым хозяин может найти в любой момент своих рабов. Это моя ошибка. Я должен был ликвидировать их еще на пустыре, как только остановился там.
– Я тебе помогу. – отозвалась Лена и достала немецкий пистолет-пулемет.
– Еще и контрабанда оружия! – откликнулся на это ее отец.
– Почему контрабанда? Трофеи. Это оружие предназначалось для сирийских мятежников, то есть для тех, кто сейчас, в данный момент, смеет противостоять вооруженным силам Российской федерации. Так что самые настоящие трофеи.
– Анчар, оставайся здесь и сторожи полковника! – произнес Онг и исчез, накинув маскировку.
Его примеру последовали и Лена, и пес.
Минута-другая прошли в полной тишине. Полковник Стерпехов не слышал ни криков, ни выстрелов, ни звуков рукопашной борьбы. Внезапно, в отдалении послышал шум вертолетных двигателей. Полковник начал озираться, но в поле зрения над поляной пока ни один аппарат не появился. Стерпехов, тем не менее, отошел под прикрытие зеленки.
В тот же момент рядом с ним появились и Онг, и Лена.
– Это спецназ ФСБ. Я поднялась над лесом, под маскировкой. Пока падала обратно, успела разглядеть маркировку. Почему они так быстро вышли на нас?
– Почему? – полковник рубанул рукой воздух. – Эх, и я тоже дурак, не подумал, что во всей нашей технике теперь
– Маячок в автомашине? – переспросил Онг.
Получив утвердительный ответ, достал артефакт аннигилятор, подошел поближе к автозаку, навел на него дуло «пистолета». Автозак исчез со всем содержимым.
– Любопытное изделие… - пробормотал полковник. – одно из тех, что ни в коем случае не должны попасть нам в руки?
– Землянам. – поправил Онг. – Безусловно, ни в коем случае. Сами видите результат.
– А, кстати, куда пропала машина?
– Не знаю. Называется «аннигилятор». Этим плетением обзавелся в нашем мире Дим, при том, что ни наша отрядная магиня, ни преподаватели в Академии понятия не имели, что такое вообще возможно. Из арсенала армий той, Древней войны. Нашей или чужих, не знаю…
Вертолеты, тем не менее, продолжали кружить над лесом и прилегающей территорией.
– Сейчас я запрыгну к ним и послушаю, какие у них задачи. – сообщила Лена и тут же растворилась в воздухе.
– Где боевики? – спросил Онга полковник.
– У них действительно есть какая-то форма связи с командованием. Не успел я ликвидировать первый десяток, - думаю, Лена работала с той же эффективностью, - как оставшиеся в живых начали оттягиваться по лесу в сторону внедорожников на пустыре. Меня и результаты моих трудов никто видеть не мог. Я не стал преследовать отступающих, чтобы не провоцировать на более активные действия.
Прошло пять томительных минут. В лесу было тихо, вертолеты продолжали барражировать над лесом.
Наконец, вернулась Лена. Ее лицо, в мимике и красках, изображало гамму эмоций, от ярости до стыда.
– Папа, я набила морду твоему начальнику…
– Что?!
– Да. Я прошла по цепочке от капитана госбезопасности в вертолете до генерала, принимавшего решение. Это твой начальник, Осокин. Если без эмоций, то расклад такой. Ты для них, как сотрудник, больше не существуешь. Разве что как приманка, на которую можно ловить меня. Спецназу на вертолетах приказано арестовать меня, не считаясь ни с какими потерями. Тебя – если под руку попадешь. Ты не знаешь, и я тебе не успела рассказать. Президент, для противостояния заговорщикам, нанял частные структуры, подотчетные его друзьям-олигархам. Поэтому высшее руководство нашей конторы, не из числа предателей, конечно, осталось вообще без вводной. Растерянность, служебное рвение и личные интересы вылились в безумную охоту за мной, по всей Москве и окрестностям.
– Я понял. Но пока не вижу повода бить морды!
– Я сорвалась. Когда я проникла в самые сокровенные замыслы твоего начальника, «услышала», что он думает о тебе, в каких выражениях, я не выдержала, сняла маскировку и отхлестала его по щекам. Он от шока чуть концы не отдал, пришлось секретаршу позвать.
– Значит, и они теперь в курсе твоих булгаковских способностей?
– Да. – Лена совсем смутилась, ее лицо покрылось краской стыда. – Хорошо, что молотка под рукой не нашлось.