Возможны варианты... Книга 1
Шрифт:
Вместе с тем отмечаю продолжающиеся нарушения указанных правил, выявленные в подавляющем большинстве образцов.
Стрелец считает необходимым строго указать на продолжающиеся нарушения.
Материалы направлены в Ваш адрес диппочтой.
Кузнецов.
Образец N19 — чехол мобильного телефона полковника Деменчука.
23.11.2005 г. 19:00 (время
— Здравствуй, Анджей!
— Привет. Поехали. Скорее, пожалуйста.
— Что–то случилось?
— А то. Давай куда–нибудь — посидим. Там и поговорим.
Ехали минут сорок, петляли: подворотни, сдавали задом. Приехали. Шалман на окраине.
— Збышек! Закажи выпить. Разговор будет серьезный… Ну давай! Дай Бог, чтоб не последняя…
Значит так, Збышек! На старых условиях это последняя встреча. За гроши я больше батрачить на вас не буду. Риск большой, и я не такой дурак, как вы себе думаете. Я буду разговаривать только с американцами.
В посольстве исчезло трое или четверо человек. Это чекисты — я их почерк узнал. Завтра будут отправлять в Союз. Ждали конвой, они сегодня приехали. Завтра арестованных увезут. Никто не знает, может, труппы уже. У чекистов с этим быстро. Палачи.
Больше не заказывай — я пить не буду.
— Анджей! Мы так не договаривались. Вот твои деньги. И шеф сказал, что теперь платить будет больше. Мы тебя очень высоко ценим! Хочешь квартиру в Варшаве?
— Ты мне мозги не парь, я пареный. Передай: я знаю код замка, где уничтожают секретные бумаги. Могу туда зайти — ремонт. Технику новую получили.
— Какую технику?
— Я сказал. Только американцам. И не смотри на меня. Кому надо — знает, где я, и если вовремя не вернусь — тебе кирдык.
— Что это?
— П…ц! Понял? Закажи еще немного.
Шифртелеграмма
От 23.11.2005 г. 23:55 вм. Совершенно секретно
Исх. N 1232 Личным шифром
Извините.
Стрельцу.
Гора вышел на встречу. От Лопа выходил известный резидентуре Корус Виктор, поручник Войска Польского. Установочные данные в учетах. Встреча прошла планово. Качество записи удовлетворительное.
Гор потребовал встречи с «американцами», им отдаст выданные ему материалы легенды. Последствия не просчитывает.
Корус вернулся в посольство. Ведется наружное и радиотехническое наблюдение.
Режим активности радиоточек Антанты соответствует суточному графику.
Черный
«Порох» закончил изучение и подготовку. Доложил о готовности.
Беседа с Черным возможна в любой день начиная с ноля часов 24.11.2005 г.
Котов.
24.11.2005 г. 09:02 вм. Берлин.
Резидентура ГРУ.
— Деменчук в городе?
— Так точно. Ваш приказ…
— Ко мне Ильвеса. На десять — Витовского и Ерлыкова.
— Проходите, Вилли Яковлевич. Здравствуйте! Что у Вас с лицом? К начальству с таким лицом ходить нельзя! Оно напрягается и начинает делать больше глупостей, чем определено должностными обязанностями. Садитесь и читайте.
— Я с семи тридцати в конторе — читал. И с командирами групп переговорил.
— Ваше мнение?
— Полной готовности быть не может по определению. Но, видимо, мы вступаем в стадию реализации «Извините».
— Да нет, мой боевой зам, нет… Только первой фазы. Задача: компрометация. Если повезет — перевербовка Черного, ну и до кучи Лопа. В хозяйстве все сгодится. Что у Вас за ночь? Докладывайте. Я на десять вызвал связистов. Потом приму решение. Мне нужна Ваша оценка событий, слушаю.
— Полученные от немцев материалы подтвердились на все сто. Я страховался, и напрасно. Маячок заделали в штаны Горы. Думаю, немцы его пеленговали, но нас поймут правильно. Взаимное недоверие присутствует. Во всяком случае присутствие наружной разведки ощущается. Но немцы вежливы и корректны. Претензий нет. Мы бы действовали так же. Итак!
Гора нажрался в кабаке показательно, Корус его не бросил, оказал знаки внимания: вызвал такси от имени хозяина шалмана. И все обошлось. Доставили домой — скандал: женушка выступила качественно — развлекла соседей. Сдается, сама была подшофе. Гора не помнит ничего.
— На какое еще время Гора Вам нужен?
— Да не особенно… Но и не мешает. Найдем дырку. Пусть встретится с «американцем». Если поляки его оценивают хоть в гран, привяжем Лопа. От этого проходимца толку, конечно, не много, но с паршивой овцы сдерем на стельки! А там видно будет.
Интереснее данные «наружки» и радиоперехвата — за ночь. Вот посмотрите, что получается. В двадцать сорок Корус бросает пьяного Гору у его дома и едет в свое посольство. Двадцать один десять — он в посольстве. Такая небрежность говорит о том, что поляки его уже списали. На месте все установленные нами разведчики во главе с Голиньским. Связь молчит до ноля часов одиннадцати минут. Затем четыре радиообмена с Варшавой. В контексте моего доклада, думаю, Вам следует ознакомиться с почтой. Найдете много полезного. А мне разрешите на минуту к себе — жду срочное?