Возьми мое сердце
Шрифт:
— Ладно. Эм...
Эмили уже догадывалась, что собирается сказать отец.
— Эм, мне каждый раз как-то неловко об этом спрашивать, потому что я знаю, как тебе недостает Марка. Но уже три года, как его нет. Ты пока никого не встретила?
— Папа, ничего странного в этом вопросе нет. Отвечу тебе: нет, не встретила, но это не значит, что такое не может со мной случиться, С тех пор как мне поручили этот процесс, я уже семь месяцев еле успеваю выгуливать Бесс.
Эмили сама удивилась своей словоохотливости, но потом с облегчением осознала, что ничуть не кривит душой.
— Да, папа, я помню, что уже прошло три года,
— Рад слышать такие слова, Эмили. Уж я-то тебя понимаю, как никто. Когда умерла твоя мама, я думал, что больше не взгляну ни на одну женщину. Но со временем наваливается такое одиночество... Так что, когда в моей жизни появилась Джоан, я уже ни в чем не сомневался.
— Ты молодец, папа. Джоан — просто прелесть, она так мило тебя балует. А значит, и у меня душа спокойна.
— Да, радость моя, она меня балует. Ну пока. Созвонимся через пару деньков.
Повесив трубку, Эмили прослушала семь оставленных на автоответчике сообщений.
С утра ей звонил брат Джек, а также несколько приятелей поздравили с успешным завершением процесса. Кое-кто из них не удержался и деликатно выразил свое удивление по поводу операции по замене клапана, приведшей к полной пересадке сердца. Поступили и приглашения на ужин, а одно просто безотлагательное — на сегодняшний вечер.
Эмили решила позвонить только брату и приятельнице, позвавшей ее сегодня к себе, — остальные могли подождать и до завтра. Вместо Джека она услышала автоответчик и сама надиктовала ему сообщение, а затем связалась с Карен Логан, замужней сокурсницей по юридической школе, которая уже обзавелась двумя детьми.
— Карен, у меня сегодня одно желание: полежать и поплевать в потолок, — взмолилась Эмили. — Если ты не против, давай перенесем встречу на следующую субботу.
— Эмили, сегодня у нас намечается очень незатейливый стол — итальянская паста. Но я и сама собиралась поинтересоваться, какие у тебя планы на следующую субботу... — Голос Карен вздрагивал от волнения. — Мы собирались вытащить тебя в какой-нибудь приличный ресторанчик и заодно пригласить одного человека, который мечтает с тобой познакомиться. Он хирург-ортопед, ему тридцать семь лет, и он — можешь себе представить? — пи разу не был женат! Он такой умница, но совершенно простой и к тому же писаный красавец.
Предвкушая, что приятно поразит подругу, Эмили решила согласиться.
— Звучит заманчиво! Я, пожалуй, приду. До следующей субботы!
Стрелки часов приближались к шести вечера. Она вывела Бесс на десять минут погулять, покормила ее, а потом решила сбегать до ближайшего видеопроката и взять там пару фильмов.
«Сегодня мне меньше всего хочется смотреть "Разыскивается преступник", — подумала Эмили. — Как будто днем и ночью торчишь на работе. Куплю-ка я какой-нибудь готовой бурды, которой я пичкаю себя день-деньской, если верить папе».
Ей так и не суждено было оценить второй фильм: к десяти часам глаза стали слипаться, так что ей поневоле пришлось лечь спать. Первый фильм был ничего, но не супер; она потихоньку клевала носом, пока смотрела его.
В воскресенье утром Эмили проснулась в полдевятого без помощи Бесс или будильника. Удивительно, что Бесс дала хозяйке выспаться тюлю, и Эмили была очень за это благодарна.
На
Эмили вспоминала об этом, выбираясь из теплой постели и снимая с крючка махровый халат. В тот день погода стояла не по-октябрьски промозглая, а она не догадалась одеться потеплее. Ее приятель был так поглощен игрой, что не замечал, как посинели у нее губы. Тогда Марк снял с себя пиджак и велел Эмили надеть его. Она пыталась отнекиваться, но он настоял: «Поймите же, я из Северной Дакоты, для меня такая погода — теплынь!» Гораздо позже она узнала, что большую часть сознательной жизни он провел в Калифорнии. Его отец, кадровый военный, когда-то закончил Вест-Пойнт [19] . По его примеру Марк получил инженерную специальность, а когда переехал на Манхэттен после окончания университета, был зачислен в резерв.
19
Вест-Пойнт — разговорное название Военной академии США.
Теперь родители Марка жили в Аризоне и постоянно поддерживали с ней связь.
«Мы были женаты три года, и его нет со мной уже три года, — думала Эмили, неторопливо спускаясь вниз и совершая привычные действия: выпустить Бесс, включить кофеварку. — Не в этом ли отчасти моя проблема — в потребности с радостным трепетом предвкушать окончание рабочего дня и спешить к тому, кто любит меня, и кого люблю я?» И она ответила себе: «Да, в этом».
«Еще одно воскресное утро... Я не слишком часто хожу в церковь», — призналась себе Эмили.
После свадьбы они подыскали квартиру в Форт-Ли. Марк солировал в местном церковном хоре. Он обладал чудесным голосом. Вот почему, наверное, она так редко бывала на мессах. Если они шли туда вместе, то Марк всегда стоял отдельно, у алтаря...
«Я взойду на алтарь Господа моего, даровавшего мне веселие во младости...»
Эмили опять едва не всплакнула, но решительно сказала себе: «Нет-нет, никаких слез!..»
Ей потребовалось чуть больше часа, но она успела на мессу в церкви Святой Катарины, начинавшуюся в пол-одиннадцатого. К счастью, главой певчих была молодая женщина. Эмили без труда припоминала и повторяла знакомые с самого детства молитвы и респонсории.
«По праву воздаем Ему хвалу и славу...»
«Ибо Твоя есть сила и слава...»
Она возносила молитвы не только за Марка, но и к нему самому: «Благодарю тебя за отпущенное нам время, благословенное время...»
По пути домой Эмили заехала в супермаркет, чтобы пополнить истощившиеся хозяйственные запасы. Ее уборщица Глэдис, приходившая каждую неделю, оставила Эмили длинный список покупок с умоляющей припиской: «Эмили, у меня кончается буквально все!»
«Есть еще одно дело, которое я долго откладывала, но сегодня, наконец, я им займусь, — решила Эмили, расплачиваясь в кассе и попутно попросив у продавца несколько пустых коробок. — Я упакую одежду Марка и отдам нуждающимся. Не годится ей лежать просто так, когда для кого-то она станет настоящим подарком».